Глава 32

Все расходятся, повинуясь какому-то едва заметному приказу Райана, и я лишний раз удостоверяюсь, что он не обычный кадет. Здесь что-то большее, чем обычная дружба, здесь слепое повиновение и беспрекословное подчинение. Мы остаемся за столом одни, и через несколько минут столовая пустеет и в зале становится тихо.

Райан тоже поднимается, я же не знаю, что делать, вставать и уходить или плюнуть и остаться здесь? Может никуда не лететь? Я и здесь могла бы отлично учится с другими кадетами. И лаборатории здесь тоже приличные. И это будет лишним положительным моментом, чтобы не встречаться с ним.

— Идем, Карина. Я понял твою позицию. И постараюсь больше не давить на тебя, но есть кое-что… нам суждено быть вместе — он склоняется надо мной, как скала, закрывая обзор, — И тебе все равно придется принять наши правила и традиции, как бы они не были тебе противны.

Я вскидываю на него глаза, в которых сверкает бешенство и уже готова снова выпалить очередную колкость. Но, Райан кладет мне на губы палец, не давая сказать ни слова.

— Не спеши, иначе после можешь пожалеть о своих словах, эйхе. Ты сама вскоре поймешь, что в дали друг от друга мы оба будем страдать и тосковать. И если ты думаешь остаться здесь… я останусь тоже. Ты пока не прочувствовала все прелести связи избранных… но это ненадолго. Я бы не хотел, чтобы ты мучалась от боли, я принял решение и больше его не изменю.

Значит так, да? Отступаю на шаг назад, резко разворачиваюсь, хлещу волосами по лицу парня, но этого уже не вижу, лишь чувствую и стремительно покидаю столовую.

Надо же, какое благородство! Чертов принц! Ведет себя, как король. Как же он меня бесит! Я сказала то, что думаю и не собираюсь отступать от собственных слов. Головой я понимаю, что в чужой монастырь со своим уставом не ходят, но как меня бесит эта его уверенность, что я стану такой же бессловесной вещью, как и их женщины.

В коридоре меня провожают любопытными и завистливыми взглядами, а по мне тут нечему завидовать. Забегаю в лифт, нажимаю свой уровень, и передвигаюсь в лифте на место. До отлета еще около часа, в комнату я не хочу, придется отвечать на вопросы подруги, и подумав, меняю направление движения лифта и отправляю его вниз, к выходу.

Покидаю академию, по уже знакомым дорожкам и иду в тот парк, где мы гуляли в самый первый раз. Сажусь на одну из свободных скамеек и закрываю глаза, внутри все бурлит и трясется от злости и каких-то странных непонятных эмоций, которые как приливная волна то нахлынут, то отойдут назад.

Что я выберу?

Мне не хочется рисковать своей учебой и будущей карьерой, я знаю, что я смогу стать одной из лучших. Смогу ли я полностью сосредоточится на учебе? Или в словах Райана есть истина? Сбрасываю с «комма» звонки и сообщения, не хочу сейчас ни с кем разговаривать и видеть.

Я понимаю, что могу подвести свою команду и их также оставят, я не хочу стать причиной их отстранения. И мои чувства здесь не должны быть на первом месте, а значит я должна с ними справится сама.

В конце концов я не ребенок и не подросток с бушующими гормонами, я взрослая девушка, мне двадцать три, и я вполне в состоянии справится со своими эмоциями и чувствами. Наконец в душе у меня все стихает, мне нужно учится сдерживать свои эмоции и не выдавать их без раздумий.

Я не упущу свой шанс стать лучшим биоинженером и создать свой собственный корабль несмотря на притязания местного короля академии.

Решено!

Я лечу и будь, что будет.

Буду разбираться с проблемами по мере их поступления. С корабля не сбежать, но зато можно найти себе укромный уголок и прятаться там, а если повезет и я смогу завоевать доверие этой самой «Эры»… возможно она вырастит для меня собственную комнату?

Меня охватывает азарт, тряхнув головой, я поднимаюсь, бросаю взгляд на «комм», у меня пятнадцать минут до сбора на площади и погрузки в «аэробусы». Возвращаюсь в общежитие, удивительно его видеть абсолютно пустым, все скорее всего уже там, на площади, провожают избранных на космический корабль. Самый удивительный во вселенной, выращенный, как ребенок с собственным интеллектом, развивающийся и меняющийся в зависимости от условий.

Открываю комнату, мои вещи стоят у порога, так же как я их и оставила. Забрасываю на плечи рюкзак, выкатываю чемодан, и короб с образцами растений.

— Пока Тера.

— До встречи кадет Королева.

Закрываю дверь и бегом припускаю до лифта, через несколько минут выбегаю из него и из дверей академии. На площади собрались двенадцать пятерок, проталкиваюсь через кадетов к своим, значит нас больше, чем пятьдесят. Встаю рядом с Дирком, тот едва заметно кивает мне, я едва успела, ректор уже заканчивает свою речь и буквально через пять минут мы грузимся в «аэробусы». Мои меня замечают и улыбаются, парни забирают мои вещи и помогают нести до багажного отсека.

— Ты успела! — Полина бросается мне в объятия.

— Да.

— Отлично! Мы уже боялись, что ты не успеешь. Нас бы не взяли и сняли все заработанные баллы.

— Я это понимаю и не хочу вас подводить. Учеба для меня важнее, а с остальным разберусь позже.

— Молодец! Я в тебе и не сомневалась.

Мы подошли к парковке «аэробусов», в каждом было по двадцать мест, рассаживали по четыре команды и по курсам. Вместе с нами попали такие же первокурсники, что и мы, а именно факультет пилотирования, в котором учились наши друзья, Семен и Антон тоже со своей пятёркой прошли отбор, попали и две группы второкурсников. Во втором «аэробусе» расположили третий и четвертый курс, ну и в последнем — пятый и командный состав с преподавателями.

Расположившись на удобных и комфортабельных сидениях, ребята стали возбужденно переговариваться. Знакомится и активно выражать эмоции, мне пока не хотелось участвовать в общей суматохе, и я после знакомства отвернулась к окну и смотрела на лежащий под ногами город.

— О чем думаешь? — пихнула в бок Полина.

— Да так… ни о чем и обо всем.

— Что-то тебя на философствование потянуло.

— И тебя бы потянуло, если бы и тебе такое перепало. Думаешь я мечтала о том, что за сотни световых лет встречу какого-то космического мажора и он — вот так сюрприз! Будет моим истинным избранником? Я не знаю, что мне делать. Я просто боюсь. — сжимаю ладони между колен, закусываю губу и едва сдерживаю слезы. Я, как и все девушки, конечно, же тоже мечтала о любви и мечтала встретить того единственного, что станет моим на всю жизнь, быть не только мужем и женой, а любовниками, друзьями и партнерами. И никак не планировала, что в первый же день нахождения на другой планете и в чужой галактике мне заявят, что я принадлежу какому-то нахалу. Который вначале пылал злостью и не хотел и минуты находится рядом, хотя мне это и не нужно было, а теперь повернул на все сто восемьдесят градусов и заявил, что я ему нужна.

Какой девушке это понравится? Вам бы точно не понравилось, как и мне. Да, я не отрицаю, что он мне нравится и меня тянет к нему и рядом с ним мне хорошо и спокойно, я чувствую себя под защитой, даже, когда эта глыба командует. Или я много хочу?

Нет. Я не хочу ломать себя ради здешних правил и традиций, если он хочет, чтобы я могла его полюбить, пусть ухаживает, как это принято у нас, а не командует, как принято здесь. Я согласна пойти на компромисс, и тем более пора что-то менять, мир более чем развитый, а отношения к женщине остались где-то в махровом средневековье.

— Конечно, мне не понять этого. Но и у меня возможно все впереди, вдруг и я встречу своего избранника? — говорит мечтательно Полина, а я возвращаюсь из своих размышлений назад, в кресло, где сижу.

— Что мне делать, Поль?

— Я бы на твоем месте, просто плыла по течению. К сожалению, мы не сможем здесь ничего изменить. Тут столетия, а может и тысячелетия ничего не изменилось по отношению к женщинам. Да их тут берегут, но и не дают право голоса, не дают возможности стать кем-то, выбрать свой путь. У них с рождения уже все расписано, и даже за кого они выйдут замуж. Редко кому удается пойти против семьи или семья идет навстречу, вот как Рине, например, ее отец отпустил в академию и дал право решать самой.