Глава 21

— Олиента, ты очнулась! — голос мамы молотком ударил по голове, и я поморщилась. Опомнившись, графиня Виарог подала мне стакан с отваром. — Выпей. Артиан приготовил специально для тебя.

— Артиан? — спросила я обеспокоенно. — Как он? С ним всё в порядке? А папа? Где он? А его высочество?..

— Сразу столько вопросов, — рассмеялась мама, заставив меня выпить отвар. Отставив пустую кружку на тумбочку, она переместилась ко мне на кровать и крепко обняла. Мы находились в добротной комнате, отделанной в основном деревом. На графские покои, конечно, не тянет, но вполне уютно. — С Арианом и твоим отцом все в порядке: целы и невредимы. Сейчас они расследуют цепочку злодеяний графа Дарреги, но это затянется. Его высочество тоже жив-здоров, залечивает голову в соседней комнате. Пока он находится в оздоровительном сне.

— А что с самим графом Дарреги?

— Убит. Его нельзя было оставлять в живых, — хмуро произнесла мама. — С его силой даже страшно подумать, что от него можно ожидать. Хотя и нынешний резерв Артиана тоже пугает.

— Он не такой! — воскликнула я. — И к власти он никогда не стремился, иначе бы давно плел интриги против…

Я осеклась. Нельзя, нельзя рассказывать об этом!

— Против кого?

— Да против кого угодно, — ответила я. — Мам, получается, теперь во мне нет магии?

— Прислушайся к себе.

Я прикрыла глаза, пытаясь нащупать то, что раньше давало мне магию. Пальцы привычно закололо, а потом на них заплясал небольшая огненная искорка.

— Вы связаны, Олиента, — сказала мама, посмотрев на меня. — Ваша сила — будто на двоих, понимаешь? Ты бы не лишилась своей, увеличив резерв Артиана. Но теперь ты можешь пользоваться и его резервом, когда того пожелаешь, хотя твой собственный сейчас меньше того, что был.

— Мам, моя магия… это ведь магия твоего рода?

— Нашего. Рода элайз, — подтвердила родительница, ласково погладив меня по щеке. — Прости, что тебе пришлось пройти через все эти трудности. Когда-то наша магия была даром небес, нас берегли, нас возносили, а потом… потом нас начали использовать. И дар обернулся проклятьем.

Но теперь уже ничего не вернешь. Главное, что все обошлось.

— Получается, эвиар Дарреги узнал о том, что мы — элайзы? Ты ведь когда-то отдала свою силу отцу? Я слышала от короля, что он очень одаренный маг, хотя сама никогда не замечала, чтобы он использовал магию на полную. Лишь сегодня, когда он заслонил меня щитом.

— Да, моя родная, всё именно так.

— Много ли еще элайз?

Мама пожала плечами. В глубине её глаз поселилась грусть.

— Возможно, мы с тобой — последние из древнего великого рода, а возможно — есть кто-то еще. Но мы с тобой та оставшаяся ветвь, которая, благодаря видоизменению, смогла выжить. В нас с тобой нет магии до инициации, именно это помогло нашим предкам спастись от преследования тех, кто хотел обладать безграничной силой. Раньше в элайзах была магия, поэтому представительниц нашего рода закономерно искали и продолжают искать среди магинь.

— Получается, если бы я не стала обучаться в академии, меня не вычислили бы?

— Боюсь, что это не так. Отец отправил тебя в академию уже после того, как правда о твоем происхождении попала в руки одному человеку.

— Откуда он узнал? И если ты и я не обладали магией до инициации, то твоя мама тоже? Почему тогда… ты стала сиротой?

— Я не могу знать подробностей, малышка, — очертив моё лицо, ответила графиня. — Могу лишь предположить, что мама случайно проговорилась кому-нибудь или кто-то из слуг услышал, а потом передал тому, кому не следовало. На нашу семью напали, как я понимаю, но меня удалось спасти, подменив другим невинным ребенком, дальнейшая судьба которого мне неизвестна. Потом меня подбросили в семью булочника, который сделал меня своей дочерью, а уж о такой сестре, как Мариам, и мечтать нельзя! Я не жалею о том, как сложилась моя судьба. Будь все иначе, я бы никогда не встретила твоего отца.

Я тоже ни о чем не жалела. Однако хотелось быть уверенной, что с моими детьми все будет в порядке.

— Почему папа просто не выдал меня замуж за какого-нибудь простого человека, без магии? Тогда я просто не прошла бы инициацию и ничего этого бы не было.

— Послушай, родная моя, даже если бы ты вышла замуж за немага, то инициации бы не произошло. Тот, кто за тобой охотился, мог бы убить твоего мужа, сделать тебя вдовой и инициировать тебя по всем правилам, как когда-то сделал Дарреги. В твою защиту нужен был лишь один из сильнейших магов, чтобы ты увеличила его резерв и мы вместе смогли бы одолеть врага.

— Но ведь эвиар Дарреги так и не стал моим мужем. Отец не настаивал на этом.

— А это именно то, в чем я была не согласна с Сайроном, — ответила мама, поджав губы. — Он хотел, чтобы магия элайзы в тебе умерла. После двадцатилетия ты бы действительно стала обычной магичкой, но эти способности передались бы твоей дочери. Отец хотел ввести в нашем роду традицию выдавать дочерей замуж после двадцати. Он хотел, чтобы у вас был выбор.

— Неплохой план. Почему же ты с ним была не согласна?

— Ты права: было бы неплохо, но не идеально. Твоя дочь родилась бы с магией элайзы, а ни ты, ни твой муж не обладали бы магией, чтобы обеспечить ей должную защиту. Сначала твой отец хотел полностью избавиться от дара элайзы, чтобы он не просто оставил тебя, но и не передавался твоим детям. Он предпринимал всё, чтобы избавить тебя от этой магии, о нашем секрете знал лишь придворный маг.

— Придворный маг? — удивилась я. — Он был другом отца?

— Он был другом нашей семьи, посвященным в тайну. Он принес клятву верности. Ради того, чтобы быть к нему ближе и под его защитой, мы перебрались в столицу и тратили огромные средства на различные ритуалы и артефакты, чтобы избавиться от дара элайзы. Придворный маг активно помогал, искал информацию в королевской библиотеке и проводил вместе с нами ритуалы. Нам даже стало казаться, что все удалось, но то кольцо, которое тебе подарили на восемнадцатилетие, показало, что все попытки были тщетны.

— Значит, поэтому у вас не хватало средств? Потому что вы тратили все на то, чтобы избавить меня от дара элайзы? — удивленно спросила я, и мама кивнула.

— Твой отец не хотел, чтобы однажды на тебя или твою дочь началась такая же охота, как на меня, в результате которой я стала сиротой еще в младенчестве. Это незавидная участь, моя родная. Я ведь так же, как и ты, не знала, что со мной, пока не вышла за твоего отца в неполные девятнадцать лет. Тогда Сайрон начал искать информацию, и мы поняли, что я — элайза из древнего рода. Потом родилась ты. И мы начали свои попытки избавиться от дара, а уж о рождении второго ребенка не шло и речи: мы боялись, что будет еще одна девочка. Когда мы поняли, что ничего не удастся, решили выдать тебя замуж за сильного мага, способного тебя защитить. Сначала подумали, что Альверт Сарготерри является идеальным кандидатом: его отец — приближенный короля, сам парень обладает немалым резервом, вы оба молоды и привлекательны. А когда помолвка была разорвана, было поздно искать другую кандидатуру. Тогда твой отец принял единственно верное решение обвенчать тебя с Дарреги.

— Значит, ты знала обо всем с самого начала?

— Нет, — покачала головой мама, — я знала не обо всем. И уж точно не догадывалась, от кого именно мы скрываем тебя.

— От графа Дарреги? — сглотнув, спросила я, и мама кивнула.

— Он обвел нас всех вокруг пальца. Притворялся тем, кто окажет помощь. Видимо, он каким-то образом узнал, к какому роду я принадлежу. Однажды он сильно проигрался твоему отцу в карты, а вместо возвращения долга предложил помолвку с его сыном. Твой отец принял это в шутку, но неожиданно согласился. Тогда его устраивала любая возможность, при которой он в будущем сможет защитить свою недавно родившуюся дочь. А у Артиана как раз раскрылись способности, да какие: говорят, его месяц мучила лихорадка, настолько большим был резерв юного мага. Ему было десять. Тогда об этом сплетничали все, кому не лень. Мол, у графа Дарреги сын невероятно силен, его ли он? Но, как я уже говорила, нас обманули. Твой отец рассказал мне об этом после того, как ты отправилась в академию под защиту ректора. Граф Дарреги не умер. — Мама посмотрела мне в глаза. — Он пришел, чтобы исполнить обещание в долговой расписке — жениться на тебе. На раздумья он дал нам три месяца, до твоего двадцатилетия: либо отдаем тебя по-тихому, либо он объявляется, забирает себе титул и женится на тебе по всем правилам. Видишь ли, эта долговая расписка была составлена так мудро. Формулировка была такова: «Граф Дарреги обязан взять в жены Олиенту Виарог, дочь графа Виарога. Обе стороны обязуются исполнить обещания, указанные ниже». Ох, Олиента, твой отец был пьян, когда подписывал это! Он так доверял в ту пору графу Дарреги.

— В женихи был вписан не наследник рода Дарреги, а граф Дарреги. Должно быть, Артиан не придал этому значения, когда отец попросил его жениться на мне, — пробормотала я, опустив голову и понимая весь масштаб обмана.

— Да. Но это также помогло твоему отцу договориться с Артианом и попросить заключить фиктивную помолвку, ведь в долговой расписке указан эвиар Дарреги. Артиан достаточно благороден, чтобы согласиться на условия, не оспаривая их.

— Но почему вы не надавили на него, чтобы он женился?

— На это есть две причины. Твой отец догадывался, чей Артиан сын, значит, если надавить слишком, он просто откажется от помолвки. Тогда мы лишимся возможности использовать его как защиту. Вторая причина, о которой я тебе уже говорила, — твой отец хотел ввести традицию выдавать дочерей нашего рода после двадцати лет, чтобы никому не угрожали такие сумасшедшие фанатики, как старший Дарреги.

— Почему вы сразу все не рассказали Артиану, что угроза исходила от его отца?

— По правде, сначала Сайрон боялся посвящать Дарреги. Вдруг тот откажется от соглашения, узнав, что в дело вмешан его чудом выживший отец? Рассказать о таком нужно было лишь после вашей помолвки, но в этом уже отпала необходимость. Мы перебрались в прибрежную деревню, чтобы иметь возможность быть ближе к тебе и в любой момент приехать в Санбургвиль. На первом этапе Турнира мы тоже за тобой наблюдали, — мама смущенно улыбнулась. — Ты у нас такая умница!

Боюсь, что перебрались они не для того, чтобы следить за моими успехами, а затем, чтобы просто следить. Скорее всего, отец был где-то поблизости при каждом моем походе в город. Они оберегали меня от Дарреги-старшего.

— А мне нельзя было обо всем рассказать с самого начала? — Я немного отстранилась, все еще обиженная этой скрытностью.

— Олиента, мы не хотели тебя пугать. Разве ты не понимаешь, какая ответственность упала бы на тебя? Куда бы ты ни пошла, ты бы оглядывалась по сторонам, ожидая опасности из-за любого угла. Мы не могли обречь тебя на ту судьбу, которую разделили сами.

— Но жить, не зная, что от тебя скрывают твои родители, тяжело.

— Родная, — мама погладила меня по щеке, — теперь все в прошлом. Как и ожидалось, Артиан Дарреги сделал все ради твоей безопасности.

— Но чего ждал граф Дарреги? Почему он не напал на меня, когда я изредка выбиралась в город? Тем более, как оказалось, и сила Артиана для него пустяк.

— Он ждал твоего двадцатилетия. По этой же причине и не объявлялся столько лет. К двадцати годам элайзы входят в силу, значит, и пользы от них будет больше, а потом они становятся обычными, как я тебе уже говорила. А граф Дарреги хотел максимальной силы. Думаю, он уже не раз…

— Убивал элайз? — закончила я жестко. — Ты думаешь, я была не первой?

— Ты видела его силы. Столько могущественных магов с трудом смогли одолеть его, и то только благодаря вашему свадебному обряду с Артианом. Такая мощь возможна лишь в случае, если он уже несколько раз пользовался резервом элайзы.

— Значит ли это, что мы не одни? — возвратилась я к вопросу, с которого и начался этот диалог.

— Да, — раздался голос Вархаута, и в комнату вошел сам мужчина. Я тут же выпрямилась, склонив голову в знак почтения. — И теперь, когда у нас есть ты, орден афхаитов будет защищать тебя ценой своей жизни, а также найдет других девушек с такими же способностями. Наш долг — оберегать редкие магические способности, следить за магическими потоками в мире. Мы верно следуем своим постулатам. Я лично, как и члены нашего ордена, принесу клятву верности тебе и всем элайзам, которые решатся выйти из тени. Мы больше не допустим того, что случилось много лет назад, когда на элайз была открыта настоящая охота. Теперь вы будете в безопасности, поверьте мне. Вас больше никогда не будет ожидать такая судьба, как у ваших родителей.

— Эвиар Вархаут, вы сильно помогли нам, — проговорила я, и мужчина хмыкнул.

— Для меня честь познакомиться с представительницами вашего рода. Я давно вас искал. Для этого же организовал Турнир одаренных пар, чтобы находить вам подобных. Только я не учел, что ваша магия видоизменилась и теперь для пробуждения ваших магических способностей нужна инициации.

Теперь мне придется жить всю жизнь под охраной афхаитов. Единственное, что успокаивает, так это то, что мы с Артианом, скорее всего, самая сильная одаренная пара. И зачем нам вообще Турнир?

Поужинав и переодевшись в легкое белое платье, я заглянула к принцу. Он все еще был во сне. Эвиар Вархаут сказал, что, как только он очнется, его переведут во дворец под лечение придворного лекаря.

— Король хочется вернуть его на домашнее обучение. Говорит, что принц исправился, и теперь видит в нем настоящего наследника Арана. Но что-то мне подсказывает, что он проникся атмосферой Академии Небесного пламени и вряд ли захочет возвращаться во дворец.

— Я буду рада обучаться с ним.

— Кстати, эвиара Дарреги, — с хитринкой посмотрел на меня Вархаут, вызвав смущение. Я ведь совсем забыла о своем замужестве! — Вы с его высочеством полностью провалили задание. Когда вас украл граф Дарреги прямо из-под нашего носа, воспользовавшись стеной воды, Артиан тут же отправился на ваши поиски, а мне и моей команде пришлось разбираться с асфемской гидрой.

— Асфемская, — повторила я, — мы очень долго не могли вспомнить её название.

— Вы лишь недавно начали изучать магию, поэтому вам простительно. А принц всегда был невежественен относительно теории магии, практика ему всегда давалась лучше. Хотя думаю, вместе вы бы справились, если бы в дело не вмешалось похищение.

— Теперь королевство будет разочаровано кронпринцем?

— Отнюдь. Он даст официальное заявление о том, что не стал стоять на пути влюбленной пары, а вы с Артианом тайно обвенчались в церкви. Все выглядит романтично, все счастливы, принц — герой с разбитым сердцем, которого срочно нужно утешить. Все в выигрыше.

— Из ваших уст действительно все звучит неплохо. Много афхаитов пострадало?

Лицо Вархаута потемнело.

— Не будем об этом. Их жизни на совести графа Дарреги-старшего.

Склонив голову, я не знала, что и сказать. Должно быть, мы отделались малой кровью, однако я все равно чувствовала тяжесть. Половицы рядом скрипнули, и из-за поворота вышла матушка.

— Олиента, пойдем погуляем по побережью. Близится закат.

Закат действительно был прекрасен. Я жмурилась, пониже опуская края широкополой шляпы и чувствуя безмятежность. Теперь все тайны были раскрыты и будущее виделось мне безоблачным. Неожиданно чьи-то руки притянули меня к себе. Я оглянулась: мамы рядом уже не было. Давно я тут стою одна?

— Как ты? — спросил Артиан, поцеловав меня в висок. Я развернулась в его руках и обняла мужа за талию, уткнувшись носом в грудь и вдохнув такой родной запах. — Соскучилась?

Артиан приподнял меня за подбородок. В моих глазах стояли бисеринки слез. Он осторожно стер мокрые дорожки и приник к моим губам. Поцелуй не был страстным, да и нежным не был, он был… успокаивающим, умиротворяющим, обнадеживающим.

— Больше никогда не плачь, эвиара Дарреги. Надеюсь, ты не против этой фамилии? Она может быть связана у тебя с плохими воспоминаниями.

— В первую очередь она у меня связана с тобой, — ответила я, продолжая обнимать мужа. — А твоего отца я не ассоциирую с этой фамилией. Думаю, он единственное неприятное исключение из твоего рода.

— Я же вовсе не имею отношения к этому роду, хотя принял присягу и связал себя магически во время вступления в права наследования, поэтому сейчас я смог выбрать на наши запястья татуировку рода Дарреги, а не королевскую, — хмыкнул Артиан. — Хотя когда-то я собирался отказаться от магической связи с родом Дарреги и взять фамилию своей матери, тогда я бы не смог выполнить условия той долговой расписки и заключить с тобой помолвку. Это была бы худшая ошибка в моей жизни.

— Мне отрадно слышать это, мой дорогой супруг, — немного смущенно ответила я и, приподнявшись на цыпочках, легко поцеловала. — Я запомнила из одной романтичной книги фразу о том, слово «вода» — на всех языках звучит по-разному, но это не отменяет того, что без неё не было бы жизни. Так и ты: какими бы не были твои фамилия или титул, ты — моя жизнь. — Я сделала паузу и дотронулась рукой до щеки с намечающейся щетиной. — Артиан, это ведь не ты должен меня успокаивать, а я тебя. Ты потерял отца.

— Его я потерял еще двадцать лет назад, Оли. Сейчас это был лишь отголосок прошлого, очерненный поступком этого человека. Моя боль, которую я испытал после потери того, кого считал отцом, к кому испытывал привязанность, давно отболела.

— Я рада это слышать, — откликнулась я и обняла его крепко-крепко, даря всю свою нежность и поддержку. — Артиан, а твоя мама?..

— В последнее время она живет за границей и редко появляется в Аране. Видишь ли, он бывшая любовница короля, вдова, поэтому неугодна при дворе.

Я кивнула, понимая его. Какой для неё будет неожиданной новостью, что бывший муж — жив! Брачные татуировки, скрепляющие браки в Аране, можно было расторгнуть в храме. После смерти одного из супругов они не исчезали магическим образом, и каждый для себя решал — оставаться с ними и нести бремя вдовства или же избавляться от них, выводить полностью, открывая себя для новых законных отношений.

Дальше мы с Артианом долго целовались на закате. Упоенные и счастливые. Потом медленно возвращались домой. Легкие волны моря накатывали на берег. Я придерживала шляпку, и меня заботило лишь то, как бы не намочить подол платья. Эта мысль показалась мне безумной и правильной, настоящим определением счастья: женщина чувствует себя действительно счастливой лишь тогда, когда её волнуют сущие пустяки! Вроде намоченного в морской воде платья.

Я думала, мы вернемся к особняку, где остановились мои родители. Но мы неожиданно свернули в другое место и вышли в небольшому уютному домику, больше похожему на хижину.

— Где мы?

— В небольшом зачарованном месте, которое я построил еще в студенчестве. До этого я никого сюда не приводил, но раз у нас намечается первая брачная ночь…

— Артиан! — возмутилась я, покраснев до кончиков ушей. — Как тебе не стыдно смущать меня?

— Смущать или возбуждать, м-м? — Он резко притянул меня к себе, доказывая всю силу своего желания. О боги милостивые, дайте мне терпения и смущения, ибо оно как-то неожиданно испаряется, стоит моей фантазии воспроизвести образ Дарреги в одном набедренном полотенце.

— Давай хотя бы зайдем в дом, — проговорила я и открыла калитку, как мой взгляд зацепился за герб. Герб рода Дарреги. Я должна привыкать к нему как к своему собственному. А ведь я его видела раньше — на печати, которая осталась от моего спасителя, — но вспомнила об этом только сейчас.

Эту же печать, видимо, нашли на пепелище, когда Дарреги подстроил свою смерть. Ну конечно! Я еще удивлялась, как она сломалась при землетрясении: они ведь необычайно прочные, закаленные множеством заклинаний, а тут разломилась от падения на землю. Она уже была на грани, а это падение послужило лишь окончательным ударом.

— У меня плохая зрительная память, — констатировала со вздохом.

— Не переживай, сегодняшнюю ночь ты запомнишь в малейших деталях.

— Как самоуверенно!

— Тебя что-то возмущает?

Возбуждает, скорее. Но ему об этом ни за что не признаюсь! По крайней мере, не сегодня.

— Значит, это был ты — тот, кто спас меня во время землетрясения десять лет назад?

— Да. Кто бы мог подумать, что ты такая воровка.

— Что?! Да как ты…

Мне захотелось стукнуть мужчину по плечам, тогда Артиан перехватил мои запястья и прижал к себе. Он смотрел мне в глаза.

— Ты украла не только печать, но и моё сердце. Неси ответственность, моя дорогая жена.

— Ты тоже, — искренне ответила я, зарывшись пальцами в волосы мужчины. — Неси ответственность за мои чувства. Ведь я люблю тебя не меньше.