Глава 10
Когда я пришла в себя, Кристиана рядом почему-то не было. Зато от приоткрытой балконной двери шел характерный запах сигаретного дыма. Курит.
Хотелось пить, но встать с кровати казалось непосильной задачей. Тело, после двух пережитых оргазмов, ощущалось чужеродно, словно состояло из желе - ни одна мышца не хотела двигаться. Поэтому я вновь уткнулась лицом в подушка, вбирая носом запахи нашей страсти. Все вокруг пропиталось ароматом оборотня, сексом и даже немного потом. И от этой какофонии у меня в буквальном смысле мутилось в глазах.
Сумасшедшие ощущения…
От холодного вечернего воздуха, попадающего в комнату через балконную дверь, у меня побежали по коже мурашки. Однако не успела я нырнуть под одеяло с головой, как под чужим весом прогнулся матрац, и к моей спине прижалось чужое, крепкое тело. Горячее, как печка.
- Прячешься от меня? - склонился над моим ухом парень, согревая его своим дыханием. А я в этот момент словила себя на мысли, что хочу перевернуться и прижаться к нему сильнее, вобрать в себя его умопомрачительный, сводящий с ума запах, в котором после всего произошедшего я ощущала и нотки своего. И от этого бабочки летали в животе.
- Нет, мне просто холодно, - после этих слов руки оборотня спеленали меня сильнее, отчего простынь мне больше не требовалась.
- Как себя чувствуешь? - Чувствую? Точно не как обычно. Однако это совсем неплохо.
Честно говоря, я всегда думала, что никогда не смогу быть с кем-то, кроме Майкла. Я выходила замуж с мыслью, что это раз и навсегда. Однако случилось так, как случилось.И с этим уже ничего не поделаешь…
Мне было так плохо и одиноко все эти три года, что я вряд ли могла представить, что смогу вступить в какие бы то ни было отношения с другими…
Конечно, никто не отменял физиологию омег и нашу особенность организма в виде ежемесячной течки, но со своими потребностями я нашла способ справляться сама. Как бы то ни было, уже давно придумали блокаторы и прочие вещи, поэтому у меня и мысли не было набрасываться на кого-то ради удовлетворения своих низменных желаний, хотя, признаюсь честно, подобные мысли бывали... и они пугали…
А этот вечер и вовсе стал полной неожиданностью для меня. Безумно смущающей, немного пугающей и, тем не менее, хорошей. И, к своему стыду, в голове стали мелькать ужасающие, сравнительные мысли, что с мужем это было… не так…
Рима, какой кошмар!
- Все в порядке, - мой голос медленно перешел в тихий стон, стоило Кристиану прикусить нежную кожу на шее, а ладонью взять в плен мою грудь, выкручивая и оглаживая чувствительные соски.
- Хочу тебя без презерватива, - сказал он, лихорадочно шаря по моему телу руками, оставляя собственнические метки-укусы.
Невольно я прикусила губы, чтобы с них не слетели лишние звуки, хотя сдержать их было так трудно…
- А как же… твои анализы? - мой голос то и дело срывался, а мысли едва ли формировались в единую слаженную цепочку.
- Я чист, в тумбочке лежат последние результаты, - язык Кристиана прошелся по моей шее, а мои пальцы сами собой сжались в кулаки, - Посмотришь?
Черт, какие уж тут…
- Я тебе верю, но… ты не хочешь спросить меня об этом?
Сзади послышался сдавленный смешок.
- Ты пахнешь, как чертов рай. Не думаешь ли ты, что если бы ты была чем-то больна, я бы это не почувствовал?
Мамочки! Насколько же силен его зверь, если по запаху он может улавливать даже такие интимные нюансы?!
Впрочем, подобные размышления быстро выветрились из моей головы, стоило Кристиану заняться мной вплотную. Моя спина сама по себе прогнулась в пояснице, куда уже требовательно прижимался Альфа своим эрегированным членом. Терся им, заставляя меня дрожать и покрываться предательскими мурашками.
- Подними ногу, - приказал оборотень, при этом сам отводя мое бедро в сторону и прикасаясь пальцами к уже давно горячим и покрытым смазкой половым губам, и без промедления скользя пальцами внутрь, отчего мои мышцы вновь стянулись вокруг них. Сзади послышался мученический мужской стон, от которого меня саму затрясло от желания еще хлеще.
Внутри еще немного саднило после первого раза, однако все эти моменты мигом вылетели из моей головы, когда Кристиан принялся ласкать мой клитор и делать неспешные фрикции пальцами, отчего горячая волна прошлась по всему телу до самых кончиков пальцев.
Горячее томление протоптанной тропой спустилось вниз живота, и мне уже совершенно не хотелось сопротивляться каким-либо действиям оборотня, который управлял мной, как умелый кукловод своей послушной игрушкой. Двигал меня, как ему удобно, трогал везде, где только можно, осторожными касаниями заставляя меня пылать. И, когда я уже была готова буквально умолять его о пощаде, пристроился сзади, крепко удерживая меня за приподнятую ногу, и проник внутрь. Сразу же задавая бешеный темп, двигаясь резко и беспощадно.
Из моего горла стали прорывать гортанные крики, которые тут же потонули в широкой, мужской ладони, которой оборотень заткнул мой рот. Влажные, хлюпающие звуки соития наполнили комнату, от которых у меня горели уши и щеки.
Срывающееся дыхание Альфы стало и вовсе очередной спусковой кнопкой для моего оргазма, когда все ощущения и чувства в теле соединились воедино. Меня затрясло от подступающего удовольствия, скручивающего все мышцы внизу живота.
Стрела сладкой боли прошила меня насквозь, и я прикусила руку оборотня, услышав его жуткий рык, когда он, окончательно теряя рассудок, буквально пришпилил меня к постели, не давая выбраться из этого плена. Заставляя чувствовать, как пульсирует его плоть внутри меня, наполняя меня мужским семенем, и окончательно падать в беспросветную темноту от переизбытка ощущений, обуревающих мое непривыкшее ко всему этому тело…
***
Я не знаю, сколько прошло времени, когда я все-таки смогла открыть глаза, которые невыносимо пекло и сушило. Черт…
С вечера я забыла снять линзы и теперь я ощущала все «прелести» своей оплошности. Тела оборотней всегда непредсказуемо реагировали не неестественные для их организма вещи наподобие диоптрических линз, филлеров и прочих примочек, к которым часто прибегали люди из-за веяния моды и других причин.
Впрочем, оборотням все это и не требовалось.
Другой же вопрос, что без линз я буквально не могла существовать в обычной жизни, однако реакция моего организма на них всегда была неоднозначной и непредсказуемой. Бывало, что мои глаза опухали и зудели, в белках лопались капилляры, заливая их кровью, или еще что похуже.
Поэтому я чертыхалась, мысленно проклинала себя за свою забывчивость, из-за которой сейчас страдала. А уж прибавить ко всему этому еще и жуткую головную боль, невыносимую слабость и обессиленое после сумасшедшей ночи тело, то не было ничего удивительного, что я чувствовала себя до ужаса паршиво.
Еще и Кристиан…
Во сне оборотень успел подмять меня под себя, накрыв нас обоих тёплым одеялом, из-за которого я буквально задыхалась, не сдерживая болезненных стонов.
Вот же ж…
Я попыталась вылезти из под него, но это оказалось не так то просто, особенно, когда он, почувствовав мешающие его сну шевеления, накинул на меня до кучи еще и свою тяжеленную руку.
Да что б тебя!
- Лежи смирно, еще рано, - сонно пробормотал Альфа, уткнувшись носом мне в плечо и блаженно вздохнув.
Вот везет кому-то, никаких проблем в жизни! А я уже хотела завыть от того, как с каждой секундой мои глаза жгло все сильнее. Еще и капли в неизвестно где пропавшей сумочке…
- Не могу, мне срочно нужно встать. Выпусти! - потребовала я.
- Неа…
- Мои глаза… - я не успела закончить, как краем уха услышала какое-то шевеление за дверью спальни, но не предала этому особого значения и продолжила, - Где моя сумка?
- Без понятия, потом найдем. Что там у тебя с глазами? - Кристиан заспанно проморгался, приподнимаясь на локтях и хмуро вглядываясь в мое лицо. И сразу же меж его бровей появилась тревожная морщинка, - Блять!
- Все настолько плохо?
- Рима…
Не успела я дослушать, что он хотел сказать, как скрипнула дверь спальни и в проходе оказалось трое:
- Шелдон, не!..
Что происходит?!
- Сюрприз! - крикнул вихрастый черноволосый мальчик, держа в руках огромный торт с горящими свечами, пока с его головы чуть ли не спадал праздничный колпак, а за его спиной стояла незнакомая мне парочка, держа в руках разноцветные, гелевые шары.
Боже!
Кто это?!
Кристиан, быстро сориентировавшись в ситуации, завернул меня по самый нос в пуховое одеяло, тихо выругался про себя, все еще оставаясь в неглиже, и сердито сверкнул глазами на непрошенных гостей.
- Уведи их отсюда! - рявкнул непонятно кому оборотень, отчего я даже вздрогнула, но не прекратила рассматривать слезящимися глазами новоприбывших, а в особенности торт с говорящими сами за себя на нем циферками «двадцать один».
И осознание, осенившее мою голову, мне совсем не понравилось…