50. Попытки спасти

Сыновья внемлют моей просьбе, и устало выбираются из оврага, положив свои золотые головы мне на колени. Я слышу их усталое дыхание, им тяжело, но также я чувствую упрямство, из-за которого они ни за что не бросят своего отца.

- Отдохните немного, хоть ваш папа уже давно там, он сильный и не погибнет так скоро, а вам нужна передышка и помощь, - чувствую, как их тела напрягаются, готовые в любой момент сорваться с места, если я предложу что-то, что им не понравиться. – Риал, Арий, я знаю, что вы тоже очень сильные, и я вижу ваше стремление спасти родителя, но бесконечные полёты вверх-вниз без посторонней помощи в конец вас измотают. Передохните. Отдышитесь. И летите за Муном. Втроём вы наверняка сможете поднять папу.

Я не верю, что говорю это, наверное, было бы лучше попробовать убедить их в том, что спасение обречено на провал, но я не могу этого сделать. Они меня не послушают, будут упрямо пытаться, пока не наступит момент, когда я не дождусь их подъёма наверх.

Молодые драконы переглядываются, издавая странные рокочущие звуки, и, как две выпущенные из лука стрелы, стремительно взмывают в небо. Провожаю их взглядом и вижу, как они разлетаются в разные стороны. Ну вот, втроём они точно его спасут.

Их нет совсем короткое время, буквально через четверть часа на небе уже три драконьих силуэта, которые летят именно сюда.

Смотрю на них и глотаю беззвучные слёзы. Я не могу оставить их без их любимого отца. Он много вложил в них, пока я была в Арагоре, он воспитал из них настоящих героев, с моей стороны было бы великой подлостью откинуть всё это и настаивать на гибели Архиала.

Теперь я уйду, не знаю, куда, но точно не останусь рядом. Может он позволит мне хоть изредка видеться с мальчиками, но я не буду включать упрямство. Кто я сейчас против него. Слабая сошка. Ни магии, ни дара, ни метки истинности. Он сотрёт меня в порошок, правильнее будет исчезнуть из поля его зрения.

Мун с двумя своими учениками ныряет туда, куда они его зовут. Через пару минут на зелёной траве лежит еле дышащий окровавленный Архиал. После долгого нахождения в отравленном ведьмами овраге, он больше похож на мёртвого, чем на живого.

- Мама, пожалуйста, вылечи его, - мои маленькие герои с надеждой смотрят на меня большими драконьими глазами.

- Я больше не имею такой возможности, я лишена дара, - тихо шепчу я им, и два разочарованных взгляда больно режут и без того разрывающуюся душу.

- Что нам делать, Мун, - обращаются они к своему гувернёру, но тот видимо, тоже бессилен и не может ничего предложить.

Вдруг меня осеняет воспоминание, как дракон лечил моего отца своим пламенем.

- Вы должны настроиться на исцеление и вызвать синее драконье пламя, - торопливо рассказываю я им свою догадку. – Драконы умеют это, но как именно вы должны это сделать, я не знаю.

С одной стороны вроде и помогла, даже вселила надежду, но вот как осуществить это двум несовершеннолетним дракончикам, я не знаю.

- А Мун может это делать?

- Мун не золотой, это сможете сделать только вы, но я не уверена, хватит ли у вас на это сил, - пожимаю я плечами и закрываю руками лицо, желая хотя бы немного передохнуть от окровавленного вида своего бывшего истинного.

Считаю до двадцати, открываю глаза и наблюдаю, как мальчишки пытаются друг на друге проверить продуктивность выдоха. Пока пламя красное, а я точно помню, что при лечении оно было синим.

Подхожу ближе к лежащему на траве дракону, опускаюсь рядом с ним на колени и пытаюсь поймать блуждающий взгляд. Мне кажется, что он сейчас в пограничном состоянии, не видит, не слышит, практически не чувствует.

- Мун, помоги перевернуть его на живот, - прошу я гувернёра мальчиков, который уже обратился в человека для удобства.

Мы вместе, как можно бережнее меняем положение тела, и я вскрикиваю от ужаса, увидев его спину и плечи. Его голову мы поворачиваем набок, руки сгибаем в локтях, подтягивая кисти ему под щёку. Он слегка рычит, значит больно и боль он всё-таки чувствует.

- Нужно снять с него порванную камнями одежду, - приходит мне в голову мысль, которую тут же оспаривает Мун.

- Его нужно отнести домой и срочно вызвать лекаря, - подсказывает жёлтый дракон.

- Он сам себе лекарь, он справится с любыми ранами, если его пробудить. Он рычал, когда мы его ворочали, нужна боль на порядок выше, у вас есть нож или клинок?

Мун вытаскивает из своего камзола чехол с вложенным в него коротким клинком и протягивает мне. Пальцы слегка подрагивают, начинаю с низа, я аккуратно режу ткань камзола и рубашки до самого воротника, разрезая и его.

- Теперь нужно снять, поможете?

Мун смотрит на меня с недоверием, но помогает стянуть пропитанную кровью ткань со спины Архиала. Открывшееся глазам зрелище вызывает характерные позывы, и я крепко зажимаю рот рукой, стараясь глубоко дышать.

- Мальчики, идите сюда, - я понимаю, что это зрелище не для детей, но им придётся через это пройти, если они хотят видеть своего отца живым.

Волоча свои золотые хвосты по зелёной траве, два небольших дракона приближаются, с тоской глядя на раны своего родителя. Похоже, я ошиблась, внешний вид их совершенно не пугает.

- Мы не можем выдыхать синее пламя, у нас только красное, - расстроено проговаривают она практически в один голос.

- Не страшно, красное тоже подойдёт, - успокаиваю я их, хотя сама нервничаю гораздо сильнее. – Прижгите ему раны, жар пламени дезинфицирует и запечёт кровь. Возможно, нам удастся остановить кровотечение, и это ему точно поможет.

Риал и Арий не задают лишних вопросов, они мгновение колеблются, но уже через пару секунд выдыхают огонь на израненное тело своего отца.