Глава 42

Я пару раз дергаюсь, пока, наконец, понимаю, что это Агайо. Мы все замираем, стараясь даже не дышать.

Солдаты и Армандо проходят мимо, не замечая нас в темноте.

— Вы и пять минут без меня не проживете, глупые курицы! — шепчет мне на ухо Агайо. — На север небось собрались! Раз я догадался, то и Армандо догадается. А он уже домой вернулся. Если не слишком устал, то к утру вас хватится, а если злость в нем кипит, то прямо сейчас в вашу комнату пойдет. Это хуже всего. Уже где-то через час за вами начнется погоня. Далеко вы не уйдете на его земле!

Я отрываю его ладонь от своего лица.

— А ты что предлагаешь? — тоже шепотом спрашиваю я. Хотя армия Армандо уже далеко, но страх все еще живет во мне.

— Отсидется на юге, пока все не успокоится. Там он не будет вас искать. Бои идут на востоке, твои родители — на западе, её — на севере, — он тычет в Зару. — Остается юг. Туда он не сунется.

Конечно, Агайо все складно говорит. И головой я с ним согласна, но на сердце тревога. Никогда он не был сердобольным. Но медлить и вправду нельзя, и я решаюсь:

— Хорошо! — а про себя думаю: как только дойдем до места тут же сбежим от него. И все же с мужчиной в дороге двум девушкам безопаснее, чем одним.

Зара в разговоре не участвует, только с опаской поглядывает на Агайо. Я ее понимаю. Никто не знает, как лучше сейчас поступить, и какие опасности нас поджидают в дороге.

Агайо ведет нас все дальше и дальше от замка: сначала через небольшое поле, а потом через темный старый лес.

Я едва не приседаю от страха при каждом подозрительном шуме и шорохе, пытаясь что-то разглядеть в кромешной тьме. Зара жмется ко мне.

Только Агайо идет так, словно сейчас у себя дома и знает здесь каждый уголок. Его уверенность нас немного ободряет и успокаивает.

Он приводит нас к заброшенному дому. Двор совсем не ухожен: всё поросло травой, в центре валяется сломанная телега с отвалившимся колесом. Хозяйственные постройки совсем покосились, а доски кое-где совсем вывалились.

Хорошо, что Агайо уже протоптал тропинку, и нам не приходится продираться сквозь высокие стебли.

Мне даже понятно, почему дом бросили: вокруг ни души. Жить в таком месте, наверняка, жутковато.

Когда Агайо открывает дверь, то несмазанные петли пронзительно и зловеще скрипят. Я не спешу входить: помню еще домик ведьмы. А вот Зара беззаботно входит.

— Здесь даже спать негде! — восклицает она с порога.

— Да уж. Без удобств! Но можете к Армандо вернутся, он вам койки точно предоставит, — ворчит Агайо, снимая плащ.

Я тоже вхожу. Зара права. В лунном свете виден только стол, да какие-то лохмотья в углу на которых явно и спал все эти дни Агайо. Да уж… Радужные планы в моей голове разбиваются о суровую реальность.

Мы укладываемся прямо на жестком деревянном полу: выбора все равно нет.

Мне не спится. Я постоянно прислушиваюсь к тому, что творится за окном. Армандо уже в замке, вопрос в том, как быстро он узнает, что его пленница пропала. Да и еще немного влажное платье неприятно холодит.

Агайо спокойно храпит на своих тряпках.

— Ты доверяешь ему? — тихо шепчет Зара.

Я только качаю головой:

— Нет. Но и выхода тоже не вижу. Он прав. Нас легко поймают…

И тут я вспоминаю еще кое о чем. И как я только могла о ней забыть?!

— И эта ведьма. Она же нас быстро увидит в своем котле.

Побег мне уже кажется довольно глупой затеей.