Глава 56
Глашатаи останавливаются каждые несколько шагов и дуют в длинные трубы, подавая сигнал. За ними следуют воины с пиками и кривыми мечами на широких поясах.
А уже за ними — несут роскошные носилки, покрытые алым бархатом.
Их несут четверо чернокожих мужчин, поддерживая тяжёлую конструкцию на плечах.
На носилках восседает огромный человек. Толстый, с гигантским животом, который даже просторный халат из золотой парчи не может скрыть. На голове у него чалма, усыпанная драгоценными камнями. А из-под неё выглядывают щеки: огромные, дряблые, влажные от пота.
Маленькие заплывшие глазки почти не видны под складками лица. Когда процессия ступает на невольничий рынок, трубачи замолкают.
Воцаряется тишина. Люди почтительно склоняются. А кто-то из приближённых торжественно провозглашает:
— Султан Фахр уд-Дин Осман-бей — повелитель луны и солнца, а также нашей страны!
Я на мгновение ловлю себя на мысли, что, может быть, султан нас спасёт, — но тут же замечаю Агайо в его свите. Нет, если Агайо оказался рядом с султаном, значит он точно что-то недоброе замыслил, и надеяться на спасение не приходится.
Зара дёргает меня за руку и шепчет на ухо: — Бежим, пока все на султана глазеют!
Я оглядываюсь. И правда: все склонили головы перед повелителем, и сейчас никто не смотрит в нашу сторону. Зара осторожно выбирается из носилок и тянет меня за собой. Али, стоящий к нам спиной, пока ничего не замечает.
Я тяжело спрыгиваю на землю, чувствуя боль в отёкших ногах. В этот момент осознаю, что для Зары я буду сейчас лишь обузой. Но она по-прежнему держит меня за руку, так что толком я ничего сделать не могу.
Я шепчу ей: — Беги, что есть сил.
Зара оборачивается, удивлённо глядя на меня, словно уже что-то подозревает.
Она точно не захочет бросать меня одну. Нужно её как-то обмануть. Зара тянет меня вперёд, и я делаю пару шагов вместе с ней, а потом внезапно выдёргиваю свою руку и толкаю её вперед:
— Беги!
В этот миг Али замечает наш побег: — Ловите их!
Зара оборачивается. Господи, неужели вернется? Я, напрягая связки, кричу изо всех сил, так что горло даже дерет: — Беги!
В глазах Зары появляется такая тоска. Это бьёт меня в самое сердце. Но она всё же поворачивается и начинает бежать, проваливаясь в жёлтом песке при каждом шаге.
Охрана Али, было срывается с места, но тут он замечает, что к нам направляется султан, и жестом останавливает их: — Пусть бежит. Всё равно сдохнет без воды в пустыне. Товар, конечно, жаль…
Он разворачивается к султану, который уже приблизился, и произносит с подобострастным поклоном: — Приветствую луноподобного султана.
Но султан даже не смотрит на Али — его маленькие, заплывшие глазки устремлены на меня. Краем глаза я замечаю, как Зара удаляется всё дальше, и внутри меня вспыхивает крохотная надежда, что она все же спасётся.
Султан жестом подзывает к себе Агайо, а затем тычет в меня пухлым пальцем, унизанным перстнями: — Эта?
Агайо молча кивает. Тут же на него обрушивается полный ненависти взгляд Али, но Агайо лишь усмехается.
Султан разглядывает меня, недовольно кривя губы: — Не похожа она на Истинную. Невзрачная какая-то…
Теперь уже Али ухмыляется, ожидая, как Агайо будет выкручиваться. Метки-то на мне нет. Как он что-то султану докажет?
И тут я понимаю, что судьба не на мой стороне, и вообще какая-то злая тётка. У меня начинает нестерпимо зудеть запястье. Значит метка сейчас появится на моей коже.
Я креплюсь, стараясь не подавать виду, а сама при этом стараюсь незаметно вывести руну на запястье.
— Визирь, проверь её, — приказывает султан, кивая мужчине в белом, стоящему рядом.
Всё! Я пропала! Я не успеваю дорисовать заветный символ!
Визирь подходит ко мне, грубо хватает за руку и задирает рукав. Я пытаюсь вырваться, но тщетно.
Метка — предательница горит на моем запястье.
— Я же говорил вам, луноподобный султан, что она Истинная, — торжествующе заявляет Агайо, бросая взгляд на Али. Тот что-то зло шипит сквозь зубы.
— И как договаривались: вы получите ещё и Дракона в подарок, — с поклоном добавляет Агайо.
У меня от удивления брови ползут вверх. Какого ещё Дракона? Трудно представить, что он смог притащить сюда Дориана или Армандо…