Глава 12. Всё пошло не по плану

Филипп

Тихо открыл дверь в комнату и застал милую картину: Ириана с улыбкой смотрела на свою преданную служанку.

Но зацепило меня ни это, а её взгляд. Он был иным, словно моя жена за эти сутки повзрослела лет на десять. От прежней наивности не осталось и следа. И даже в чертах лица что-то неуловимо изменилось — она перестала быть юной девочкой. Ей на смену пришла молодая красивая и уверенная в себе женщина. На такой бы и корона смотрелась уместно.

Нахмурился. Как я мог пропустить момент взросления собственной супруги? Или это события последних суток так отразились на её внутреннем мире и внешнем виде?

Вот вроде бы без причёски, в одной сорочке, но прекрасна как богиня.

Ириана заметила меня, и улыбка мгновенно сошла с её лица. Взгляд стал холодным как лёд. И в нём промелькнуло …презрение?

Супруга моргнула, пряча эмоции, и вернула внимание служанке. Отдала ей пустую тарелку, тепло поблагодарила за еду, и та тут же засобиралась на выход.

Дождался, когда она уйдёт и лишь потом прошёл к освободившемуся стулу. Под колючим взглядом голубых глаз. Не понимая, как себя вести с этой новой Ирианой.

Сел и окинул её оценивающим взглядом. Задержался на торчащих сосках, просвечивающих сквозь тонкую ткань сорочки. Её грудь меня всегда приводила в восторг.

Прежняя Ири уже бы сгорала от стыда прикрываясь до самой шеи. А эта сидит с гордо поднятой головой и тоже меня рассматривает. Но не как мужа, а как врага.

Может я в самом деле не знаю свою жену, и теперь, когда все маски спали, вижу её настоящую? Тогда получается, что всё, что говорила Люсина, правда?

Внутри зашевелилось незнакомое чувство. С удивлением осознал, что ревную.

— Вы пришли меня рассматривать? Уже забыли, как выгляжу? Или сравниваете? — в голосе проскользнула ирония.

Брови невольно дёрнулись вверх. Ири и ирония вещи несовместимые.

А ещё покоробило, что она обращается ко мне как к чужому. Я понимаю, что она потеряла память, но, судя по её поведению, забыла не всё.

— И с кем я тебя должен сравнивать? — ответил ей в тон.

— А у вас что, много вариантов?

Успел заметить брезгливое выражение, тут же спрятанное за холодной улыбкой.

Что происходит? Служанка успела ей всё рассказать? Или память никуда не терялась? Но тогда всё равно непонятно такое отношение. Она всегда смотрела на меня глазами преданной собаки, ловила каждый взгляд и каждое слово. А для новой Ирианы я словно грязь под ногтями. Не могла она так сильно измениться за одни сутки. И прикидываться кроткой целых пять лет при наличии такого характера тоже не могла.

Пауза затягивалась и мне нужно было что-то говорить.

— Не стоит верить всему, что говорят слуги. Не помню, чтобы ты раньше любила сплетни.

Дёрнула одной бровью, и уголком губ.

— Сплетни? Слуги? Вы о чём, сударь? Эта милая девушка лишь проявила заботу, и покормила меня. Мы с нею не настолько знакомы, чтобы кого-то обсуждать. Тем более, учитывая тот факт, что я никого не помню.

— А мне кажется, что ты лукавишь, Ири. Ты знаешь больше, чем хочешь показать.

— Вы правы. Но то, что я знаю, незнакомым людям не расскажешь. Да и со слугами о таком не поговоришь. Я бы могла обсудить это с … кем-нибудь из местного сыска, например. Но, как понимаю, в этом нет смысла, так как мой супруг как раз им и заправляет.

Супруга тщательно подбирала слова, и изъяснялась довольно странно, но витиеватость её высказываний не помешала мне понять то, что она имела в виду.

Сощурился, всмотрелся в лицо. Она достойно выдержала взгляд. С видом ни в чём неповинного человека. Я знаю, чем отличается невиновный от виноватого. И она сейчас не играла.

— Возможно, ты что-то поняла неправильно. Я тебе не враг. И мы всё ещё женаты, ты помнишь об этом?

Усмехнулась.

— Ненадолго, так ведь? Каким будет ваш следующий шаг, достопочтенный граф? Сошлёте меня в Тмутаракань или отдадите на растерзание вам подобных?

Она словно в душу смотрела. Ещё это презрение во взгляде… Всё моё мнимое благородство, которое я планировал перед ней разыграть, улетучилось как эфир. Я почувствовал себя последней сволочью.

Но я не имею права проиграть эту игру, какое бы чувство вины ни испытывал. На кону стоит не только мой статус в обществе, но и моя жизнь, и возможно, жизнь самого короля. Ириану уже не вернуть в высшее общество, какой бы невиновной она ни была, а мне нужно делать свою работу. И я её сделаю, чего бы мне это ни стоило.

— Как раз это я и пришёл обсудить.

Ири откинулась на подушку и скрестила руки на груди.

— Странно, что вы что-то решили обсудить со мной, а не со своей любовницей... Но я вас слушаю.

Моя выдержка дала трещину. И даже не потому, что Ири узнала о моей связи с Люсиной, а потому, что она на это реагировала так, словно ей было наплевать.

Схватил её за предплечье. Сжал. Сильнее, чем планировал. Хотел, чтобы она посмотрела на меня как прежде. И подумал, что, возможно, страх мне вернёт прежнюю жену. Но в ответ получил снова не то, что ожидал.

Ни визга, ни слёз не последовало. Она посмотрела на место захвата, потом резко наклонилась и практически в лицо прошипела:

— Руку убрал…

И я убрал. От неожиданности.

Ириана потёрла то место, которое я только что сжимал, чуть поморщившись. Судя по красным пятнам синяк будет знатный.

Мысленно чертыхнулся. Что со мной происходит? Почему я веду себя с нею как идиот?

— Извини, я не хотел…

Её красивая бровь поползла вверх. Замолчал. Она права: глупое оправдание.

— Вы что-то хотели сказать. Говорите. И уходите.

— Я хотел обсудить отступные.

Она явно не поняла о чём речь. Но растерянность быстро спряталась за маской равнодушия.

— Твои родственники от тебя отказались. И после развода тебе некуда будет идти… — говорил, и сам себя ненавидел. А она сидела с каменным лицом.

— Я выделю тебе своё дальнее имение и буду высылать 100 лиронов в месяц в качестве содержания.

Не знаю почему, но я в одно мгновение решил удвоить сумму. Вдруг понял, что тех пятидесяти, запланированных изначально, ей не хватит даже на еду. А ей ведь ещё нужно будет чем-то отапливать дом в холодный период.

Разрабатывая свой гениальный план, я забыл о главном: что Ири ни в чём не виновата. Что она лишь жертва политических игр. Почему-то поверил в бредни Люсины, и возненавидел собственную жену. Прав был король: та, кто имеет доступ к телу, имеет власть и над разумом.

Посмотрел на Ири: смотрит словно сквозь меня.

Она права. Я действительно поступаю с нею как последняя сволочь. Но я всё исправлю. Вот только разберусь с врагами, и исправлю.