Глава 9

Что сделать? Ронгар ведь не серьёзно? Это он так проверяет мою выдержку? Ну не рассчитывает же он на то, что я горной ланью, вприпрыжку помчусь в кровать, по пути сбрасывая с себя одежду?

Нет, именно так он и думает, судя по его горящему взгляду.

— Ладно, мне нетрудно отнести тебя на кровать и раздеть. Даже приятно будет, — говорит он, поднимаясь.

— Стоять! — рявкаю я и вытягиваю руки, защищаясь от его прикосновений.

Ронгар замирает и вздёргивает насмешливо бровь. Мол, неужели ты всерьёз вздумала мне перечить?

А я вздумала, и ещё как!

— Стою, — ухмыляется дракон. — Будут ещё приказы? Желаете, чтобы я сам разделся, а потом вы, жена?

Вот же гад! Он и издевается! Ну подожди…

Наклонившись и глядя ему в глаза, я провожу кончиком языка по своим губам. Взгляд Ронгара опускается на них, и кадык дракона нервно дёргается.

— Милый муж, это приказ? — выдыхаю я.

— Если хочешь, то может быть и приказ.

Голос мужа приобретает рычащие нотки.

Вот бы треснуть ему по голове этим тяжёлым подносом, вот только боюсь, последствия мне не понравятся. С таким, как генерал, не играют, но он меня вывел из себя своей наглостью. Так что…

— Хочу напомнить, что с недавних пор я им не подчиняюсь. — Я делаю глубокий вдох.

Внимание дракона сосредотачивается на моей груди.

— Мой хозяин не ты.

Кажется, до генерала доходит смысл сказанных мною слов, потому что его глаза опасливо прищуриваются. Вот и получи ответочку, дорогой муж! Что, не привык к отказам?

Муж медленно выпрямляется, я тоже. Слежу за тем, как он приближается ко мне, и ноги начинают дрожать. Он же не посмеет взять меня силой? Ведь так? Дракон слишком горд, чтобы получить женщину против её воли.

Однако Ронгар всё приближается, а я отступаю, пока не ударяюсь о стену. Мамочки, мне конец! Генерал упирается рукой в стену и приближает своё лицо ко мне, затем шепчет мне в губы:

— В эту игру можно играть вдвоём, дорогая.

Ронгар прикасается к моей щеке, его рука спускается по моей шее, легонько сдавливая её.

— Вскоре ты сама придёшь ко мне и попросишь взять.

Дракон отступает резко, оставляя меня одну. Фух, пронесло. От испуга колени трясутся так, что хочется спуститься по стеночке.

— Надо быстрее отсюда выбираться, — шепчу я.

— Ну я бы так не спешил, дорогая.

Внезапно в комнате появляется Оргос собственной персоной, заполняя комнату серым туманом. Ему бы поменьше пафоса.

— Ты молодец, хорошо держишься. Правильную тактику выбрала. Дракон — охотник, так что заставь его побегать за тобой.

Что он несёт? Не собираюсь я никого заставлять за мной бегать. Тем более генерала, от которого мне стоит держаться подальше.

— Подальше не получится. Ведь ты находишься здесь только для того, чтобы генерал стал рабом любви. Ты сделаешь так, что он потеряет от тебя голову.

Что я должна сделать? Но это не входит в мои планы.

— Зато входит в мои. Так что либо мы заключаем сделку, либо я заставлю тебя это сделать, — объявляет божок.

В следующий миг кровь в венах будто в лаву превращается. И тут сколько угодно можно быть сильной, но крик от адской боли вырывается из моего горла.

— Вот что с тобой будет, если посмеешь мне не подчиниться. Так что будь умничкой, и заключим сделку прямо сейчас.

Согнувшись пополам, я пытаюсь отдышаться. Боль постепенно уходит, но страх испытать её вновь не даёт мне расслабиться. Только сейчас я осознаю, каково это, когда над тобой имеют власть. Больно и неприятно.

И зачем ему сделка прямо сейчас? Ведь можно заключить её завтра или послезавтра, но Оргос требует сейчас. И как мне сопротивляться, если я нахожусь в «божественном» рабстве?

— Что? Сейчас? — оглушает меня рёв божка.

Затем он исчезает так же быстро, как и появился. Вот же гадство. И надо было мне так влипнуть⁈

Ну ничего. Я сильная, и я справлюсь! Иначе никак.

Надеясь, что меня больше не потревожат, я забираюсь в кровать. Для своей же безопасности не раздеваюсь. Мало ли, вдруг Ронгар передумает и решит явиться среди ночи? Нельзя расслабляться!

Что это? Мой сон прерывает какой-то звук, от которого на душе становится неспокойно.

Резко распахнув глаза, я зажмурилась от яркого солнца. Проснулась от пронзительного крика, который повторяется вновь. Что происходит?

Поднявшись с кровати, я выхожу в коридор. Вроде как крики доносились снизу. Спустившись в гостиную, я замираю от ужасающей меня картины. На полу лежит сжавшаяся в комочек Мари, а над ней возвышается Селеста, держа в руках тяжелую кочергу.

Она что, бьёт ребёнка?

— Это ты стащила моё колье! Ты хоть знаешь, сколько оно стоит? Да тебя обезглавят за воровство! — верещит эта сумасшедшая.

— Госпожа, клянусь, я ничего не брала. — Мари всхлипывает.

И я ей верю. Не знаю почему, но я уверена, что девочка ничего не крала.

— Врёшь! Да я тебя на месте прибью! — Селеста вновь замахивается.

Не раздумывая, я подбегаю к гадине и крепко перехватываю её руку.

— Только посмей тронуть девочку, и следующий удар получишь ты, — холодно произношу я.

Не знаю, откуда у меня берётся сила, но в это мгновение я готова прибить Селесту. Терпеть не могу насилие. А когда обижают детей, да и в целом людей, которые не могут ответить, это приводит меня в ярость.

— Да как ты смеешь⁈ Оборванка! — рычит гадина, замахиваясь свободной рукой уже на меня, пронизывая безумным взглядом.

— Что здесь происходит?