6. Ася

Ася – Доброе утро! – сквозь сон слышу совсем не голос Макса. Медленно открываю глаза и вижу перед собой высокую стройную рыжеволосую девушку. На ней элегантный брючный костюм цвета слоновой кости. Волосы завиты голливудской волной. Она деловито стоит напротив, держа в руках блюдце с чашечкой кофе. Она выглядит так, будто бы была только что вынута из модного журнала. – Доброе, – тихо отвечаю и обвожу глазами комнату в поисках того, по чьей причине нахожусь в этом доме. Но спальня пуста. – Простите, а вы кто? – потираю сонные глаза и кидаю на нее осторожный взгляд. Непонимание сковывает мои мысли. – Это я у тебя должна спрашивать, – шикает незнакомка. – Хотя, не отвечай. Я и так догадываюсь, – девушка отходит к окну и делает несколько глотков из чашки. Она окидывает меня оценивающим взглядом и вновь смотрит в окно: – Раньше мой муж предпочитал иных женщин, – нотки презрения слышатся в ее голосе. – Муж? – мои губы шепчут это слово, словно пытаясь осмыслить ситуацию. – Да, – кивает. – Хозяин этого дома. Соломатин Максим Викторович. Он, разве не предупредил, что женат? – один уголок ее губ дергается вверх. – Как это в его стиле, – ее слова пронзают меня как удар молнии. Господи, наверное, сейчас было бы гораздо лучше, если бы Максим оказался маньяком и мое жертвенное тело нашли бы весной, когда в лесу сошел снег. Потому что то, что происходит со мной сейчас, в сто раз хуже. По крайней мере, я бы не чувствовала себя так гадко и мерзко. Какой позор! Браво! Еще вчера я была брошенной женой, а сегодня уподобилась той блондинке, с которой мне изменил муж. Хочется порыдать в голос, но это не исправит ситуацию. Поэтому я просто молча закрываю руками глаза. От стыда хочется провалиться сквозь землю. – Значит так. У тебя на все про все есть десять минут. Одевайся и проваливай от сюда, – голос незнакомки звучит решительно. Девушка мажет по мне взглядом полным отвращения и выходит из спальни, оставляя меня одну. Слезы жалости к себе начинают течь по щекам мокрыми дорожками. В висках пульсирует болью. Подрываюсь с кровати, хватаю с кресла свои вещи и начинаю одеваться. Быстро надеваю через голову трикотажное платье. Дрожащими пальцами начинаю натягивать колготки. Руки совсем не слушаются. Затем поднимаю с пола свою сумочку и достаю телефон. Пытаюсь разблокировать экран и понимаю, что он сел. Черт! Как же я уеду от сюда? Обуваю свои сапоги, надеваю пальто и тихо выхожу из комнаты. Стоит признаться, что при свете дня этот дом выглядит совсем по-другому. Он большой, светлый и очень просторный. В интерьере много натурального дерева. Шагая по коридору, стараюсь не издавать лишних звуков. В поисках выхода я руководствуюсь исключительно своей интуицией. В конце коридора вижу широкую лестницу и спускаюсь на первый этаж. Внизу вижу все ту же рыжеволосую девицу. Мое сердце колотится как ненормальное. Мне дико стыдно перед этой женщиной. Я не могу смотреть ей в глаза и видеть лицо полное презрения, но заставляю себя это сделать, потому что мне как-то надо от сюда уехать. Поэтому я набираюсь смелости и подхожу к ней: – Извините, пожалуйста, но не могли бы вы мне вызвать такси, – выдавливаю из себя севшим голосом и закусываю губы, понимая, что это был единственный вариант выбраться из этого места. С недовольным выражением лица она берет в руки свой телефон и что-то в нем печатает. Ждет несколько секунд, а затем отвечает: – Машина прибудет через пятнадцать мину. – Спасибо, – киваю я и спешу поскорей покинуть этот дом. Выхожу на улицу и вдыхаю прохладный, морозный воздух. Горькие чувства и мысли окутывают меня, словно густой туман. Судьба играет со мной жестокую шутку. Еще вчера я была женой, счастливой и уверенной в завтрашнем дне, а сегодня я оказалась падшей женщиной, которая разрушила чью-то семью, даже не зная об этом. И Максим… Почему Максим скрыл, тот факт, что он хозяин дома? Почему не сказал, что женат? Зачем он меня так жестоко обманул? Это была какая-то злая игра? Дура! Какая же вы непроходимая тупица, Анастасия Петровна! Зажимаю виски, прикрывая глаза от слепящего солнца. Кошмар… Это все какой-то дурной сон! Поднимаю голову и делаю глубокий вдох. Надо как-то взять себя в руки и успокоится. Но для начала покинуть это злосчастное место. *** – Подождите, пожалуйста! Буквально несколько минут, – прошу пожилого таксиста и мигом выскакиваю из машины. Вспоминая о том, что в конверте есть деньги отложенные на оплату коммуналки в этом месяце. Забегаю в подъезд. Лифт все так же продолжает находиться в нерабочем состоянии поэтому, словно антилопа гну, бегу вверх по ступенькам. Сегодня суббота – выходной день. Мой, почти бывший, муж наверняка еще спит. Он любитель повалятся в выходной до обеда. Но ничего, придется ему оторвать свою тушку от кровати и открыть мне дверь. Поднимаюсь на нужный этаж, подхожу к двери и остервенело жму на дверной звонок. Раз за разом, пока не слышу шум за дверью. Мгновение и она открывается. – У-у-у… явилась, – сонно тянет Евгений и выкатывает за порог два больших чемодана. – С днем рождения! – мужчина хочет закрыть у меня перед носом дверь, но я вовремя подставляю ногу. –Это, что? – растерянно спрашиваю я. – Барахло твое, – рявкает. – И вот еще, чуть не забыл, – всовывает мне в руки папку с документами, в которой покоится банковская карточка и заначка на коммуналку. Будет чем рассчитаться с водителем. – Как это благородно, с твоей стороны, Женя, – ерничаю я, при том, что меня знатно потряхивает на нервной почве. – Отдать мне мои вещи. А все остальное: технику, мебель, которая была куплена на мои деньги, ты не хочешь мне отдать? – А на кой она тебе? У тебя разве есть дом, куда ты все это перевезешь? Вздыхаю, понимая, что спорить с ним сейчас бесполезно. Это был момент, когда стоило признать, что наш брак давно уже был, как сдохшая лошадь, которую я бесперспективно пыталась реанимировать. Евгений продолжал стоять у двери, демонстрируя свое безразличие. Да, и, к сожалению, он прав. Нет у меня дома. И мебель мне совершенно ни к чему. – Знаешь, Жень, – с обидой в голосе бормочу я, – когда я выходила за тебя замуж, думала, что ты настоящий мужик. За которым я буду, как за каменной стеной. А ты оказался, гнилой доской, меж двух дыр. – Э-э-э… Все это херня! – отмахивается он – У меня скоро ребенок будет и семья нормальная. Вот это важно. А все что ты мне сейчас говоришь – это до спины, или еще ниже. – Рада за тебя, – иронично отвечаю я, пытаясь найти в его взгляде хоть каплю совести. Но понимаю, что ее там давно нет. Она пропала. Исчезла. Испарилась вместе с его порядочностью. – Надеюсь, это будет нашей последней встречей. Давай разводиться без скандалов, как взрослые люди, – напоследок произносит Евгений. Мужчина возвращается в квартиру, оставляя меня стоять у двери с чемоданами и документами в руках. Когда дверь за ним закрывается, я ощущаю облегчение. Наконец-то это закончилось. Мы больше не связаны друг с другом. Затем забираю свои чемоданы и шагаю в сторону лестницы. С гулким стуком стаскиваю их по лестнице. Из-за чего соседка со второго этажа начинает возмущаться, но я не обращаю на нее никакого внимания. Выхожу из подъезда и спешу вернуться к своему такси. Увидев меня, водитель выходит из машины и помогает мне загрузить чемоданы спрашивает: – Теперь куда? – мужчина оглядывает мои скромные пожитки. – Не знаю, – отвечаю я и тут же ловлю на себе недвусмысленный взгляд армянина. – То есть знаю, –и называю адрес нашего офиса. Сегодня выходной и кроме охранника в здании никого нет. Возможно, он сжалится надо мной и пустить переночевать еще хоть одну ночь. А там я что-нибудь придумаю с жильем. – Погодите, – говорю водителю, вспоминая, о вчерашнем некрасивом поступке. Чтобы хоть как то, очистить свою совесть, сначала я решаю отвезти деньги за вчерашний ужин, а потом ехать на работу. Я работаю бухгалтером в одной логистической фирме. Веду учет и анализ финансов. Создаю различные финансовые отчеты, такие как баланс, или отчет о прибылях и убытках. Также готовлю налоговую отчетность и контролирую бюджет. Наш офис находится на территории бывшего исследовательско-экспериментального механического завода. Фирма арендует весь второй этаж. Помимо кабинетов, там есть комната отдыха, где стоит диван. Есть чайник, холодильник и микроволновка. Как-нибудь перекантоваться один день я смогу, а дальше буду искать не дорогое жилье. Сегодня на смене самый добрый из охранников – дядя Вова. Он возрастом, как мой отец. Всегда доброжелательный. Встречает всегда с улыбкой. Никогда не записывает мне опоздания. Я коротко описываю свою ситуацию, и мужчина без лишних вопросов пропускает меня. Но с условием, что это только на один день. Ставлю свои чемоданы в углу, снимаю пальто и устало плюхаюсь на диван. Закрываю глаза и пытаюсь собраться с мыслями. В один момент моя жизнь рассыпалась на пазлы, которые мне снова придется собрать, чтобы получилась цельная картинка. Из плюсов – у меня есть работа, которую я хорошо знаю и люблю. Из минусов – у меня нет жилья, нет больше мужа, и надежды на светлое будущее тоже нет. Открываю чемодан и достаю оттуда чистые вещи. Для начала я хочу переодеться и выпить кофе, а там дальше заняться поиском жилья через интернет. Возможно, удастся снять комнату, или хотя бы, малюсенькую квартирку, чтобы много за нее не платить. Переодеваюсь и привожу себя в порядок. Расчёсываю волосы и заплетаю их в длинную косу. Среди белья, все в том же чемодане, нахожу свою косметичку. Беру маленькое зеркальце и вытираю остатки, не смывшейся водой туши. Затем прячу все обратно. Делаю растворимый кофе и спешу в сторону своего кабинета. Сажусь за рабочий стол и включаю компьютер. В здании непривычно тихо. Открываю самый популярный сайт, на котором собственники, без посредников, оставляют объявления о сдаче, или продаже жилья. Резонней было бы обратиться к риелтору, но денег у меня на это нет. Пока сайт загружается, я открываю соседнюю вкладку. Как там эта девушка называла его фамилию? Соломин… Нет… Соломатин! Соломатин Максим Викторович – вбиваю в поисковике его ФИО. Так… Что тут у нас? Ага… Бизнесмен-ресторатор. Открытие ресторанов по всей стране. От описания его ресторанов и кулинарных шедевров, которые можно попробовать только там, заставляют мой живот урчать от голода. Со вчерашнего вечера и не ела ничего, кроме кофе и нескольких сухих печенек, которые я нашла на импровизированной офисной кухне. Возвращаюсь к информации о Максиме. Помимо всего прочего, мужчина активно инвестирует в фермерскую промышленность. Хм…, наверное, для того, чтобы поставлять мясные продукты сразу в рестораны, без посредников. Умно. Что еще? – скольжу указательным пальцем по колёсику компьютерной мышки. Замечен в нескольких любовных скандалах. Женат. Прекрасно! Моя жизнь в настоящих руинах, а его, по всей видимости, процветает. Это у него, наверное, хобби такое. Знакомиться с наивными девушками и разводить их на интимы. И вы, Анастасия, оказались очередной жертвой, этого самовлюбленного мерзавца. Правду говорила моя бабушка: все мужики одинаковые! А я еще, дура наивная, деньги за ужин отвезла. Совесть меня, видите ли, заела. Тоже мне, совестливая нашлась. Сволочь! Со злостью закрываю вкладку с Соломатиным и открываю сайт по поиску жилья. Просматриваю доступные объявления. Цены на аренду квартир в этом городе, весьма высокие. Очень хочется найти что-то ближе к работе, чтобы не тратить слишком много времени и денег на дорогу. Но в этом районе, как назло предложений почти нет. А то, что есть слишком дорого. Делаю глоток остывшего кофе и спиной чувствую на себе взгляд. Затылком ощущаю, что кто-то в упор смотрит на меня. Резко поворачиваю голову влево и вижу нашего генерального, который стоит в дверной проеме, сложив руки на груди и внимательно за мной наблюдает. От испуга фонтаном изо рта выплескиваю кофе на пол. – Как вы меня напугали! – хватаюсь рукой за сердце и перевожу дыхание. Александр Николаевич, нагло и оценивающе скользит по моей фигуре сверху-вниз и обратно. Его чересчур брутальная элегантность, всегда меня настораживала. И сейчас немного пугает. Особенно то, как он смотрит на меня. Я чувствую себя беззащитным кроликом перед ним. Мужчина он, конечно, видный, ни прибавить, ни отнять. И половина наших женщин, пускают по нему слюни. Но мне становится не по себе от одного его присутствия рядом. – Это ты меня напугала, – с ухмылкой произносит он и переступив порог заходит в бухгалтерию. – Приезжаю я, значит, в офис, чтобы забрать ключи, которые случайно забыл в кабинете, а охранник мне и говорит, что Анастасия Петровна сегодня на работе, – игриво произносит мужчина. – Александр Николаевич, понимаете…– от волнения начинаю заикаться, а он двигается все ближе и ближе. – Тут такое дело… У меня сложная жизненная ситуация. В общем, – глубоко вдыхаю, и набравшись смелости выдаю – Мне жить негде. Я осталась на улице, в прямом смысле этого слова. Можно я здесь одну ночь переночую? Я обещаю, что завтра же что-нибудь найду, – в умоляющем жесте складываю ладони. От волнения горло перехватывает спазмом. – Не понимаю, Якушева, – мужчина медленно шагает прямиком на меня и останавливает буквально в тридцати сантиметрах. – Зачем тебе ночевать, здесь? – А где? – тихо спрашиваю я, боясь, что он выгонит меня из офиса, но он делает еще хуже. Мужчина молча берет меня за плечи и привлекает ближе к себе: – Можешь переночевать у меня, – шепчет он сексуальным голосом. Мне кажется, он меня сейчас поцелует… Аааа! Черт, черт, черт! Я скукоживаюсь и начинаю дрожать. – Нет, спасибо, – отвечаю я с трепетом в голосе и резко отступаю, вырываясь из его захвата. – Я лучше в гостиницу поеду. – Зачем тебе гостиница, – ухмыляется он и снова наступает, а я все отхожу и отхожу назад. – У меня прекрасный дом. В нем даже сауна есть и бассейн. Отдохнешь, выспишься, – в его глаза я вижу дьявольские огоньки. Я стараюсь сохранять свое самообладание, и вновь отвечаю: – Александр Николаевич, мы с Вами, наверное, неправильно поняли друг друга, – дрожь в голосе выдает перед ним мой страх, и я понимаю, что мужчину это еще больше подначивает. А мне отступать уже больше некуда, я спиной упираюсь в холодную стену. – Ты уверена в этом, Анастасия Петровна? – он снова сгребает меня в охапку, а я что есть силы отталкиваю его. – Уверена, – прорезается мой голос. – Как и в том, что сексуальные домогательства на рабочем месте уголовно наказуемы! – чеканю по буквам каждое слово. – И, если вы не прекратите свои действия, я напишу на Вас заявление в полицию. Он начинает громко смеяться. – Ну и дура ты, Якушева, – вытирает руками выступившие он смеха слезы. – Какая же ты дура, – говорит с легким тоном, немного успокоившись. Я не могу понять, что происходит, но на всякий случай отхожу к своему рабочему столу. – Прекратите меня оскорблять, – отрезаю я, понимая, что эта ситуация ничем хорошим не закончится. – Да кому ты нужна, чтобы тебя оскорбляли, – чтобы успокоится от смеха, он подкатывает глаза и несколько раз глубоко вдыхает. – А заявление ты, конечно, напиши. Прямо сейчас. – Какое заявление? – насторожено спрашиваю. – На увольнение, – отвечает так спокойно, словно минуту назад ничего не произошло. – Как? За что? – выкрикиваю я и подаюсь вперед. – Да не за что, – небрежно отвечает он. – За то, что идиотка! Забирай свои вещи и проваливай от сюда, – кивает на дверь. – Так, куда же я пойду? Обида душит. Я готова разрыдаться перед ним прямо сейчас. – Мне все равно. Ты птица вольная. Иди куда хочешь. Внутри меня что-то надламывается. Наверное, это моя последняя надежда, мой шанс на нормальную жизнь. Мое сердце бьется, как удары барабана, и я чувствовала, как обида и страх смешиваются внутри меня. Но я решаю не сдаваться. – Александр Николаевич, это несправедливо! – кричу я, чувствуя, что моя ярость переполняет меня. – Вы не можете уволить меня без объяснения причины! Это нарушение закона! Он лишь хмыкнув отвечает: – Анастасия Петровна, я могу уволить кого угодно, когда угодно, без объяснения причин.