Глава 5 · Вероника

Я понимаю, что мне не отвертеться. Но продолжаю лихорадочно придумывать очередную порцию лжи.

— В общем, мам. Мы почти все обсудили и решили, что сейчас он занимается своим проектом. Мне ведь никакая помощь пока не нужна. Срок же маленький.

— Как ты не понимаешь, — продолжает она. — Сейчас тебе нужна не помощь, а законный брак.

Ну что она заладила: брак да брак?

Чувствую, что с каждым словом слов становится меньше. И меньше желания вообще о чем-то разговаривать.

Бессилие и усталость — все смешалось внутри. Я смотрю на маму. Хочется, чтобы она обняла меня, нежно поговорила, успокоила. А не читала все эти нотации, которые я и так знаю.

Почему она никогда не проявляла ко мне любви? Почему она всегда держала меня в ежовых руковицах? Даже отец иногда осекал ее и просил быть мягче. Хотя сам не отличается нежностью.

— Мама, оставь меня, — не выдерживаю я.

Она удивленно смотрит на меня.

— Так дело не пойдет. Ты едешь со мной к отцу.

— Зачем? Что мне у вас делать?

— Развеешься. Я же вижу, что тебе плохо. И не надо утверждать обратное. Твой Олег, скорее всего, просто поставил тебя перед фактом. Сказал, что у него на носу повышение, и сейчас ему не до ребенка. А ты и расстроилась. И ничего вы не обсуждали.

— Да, мама! Так и сказал! — взрываюсь я. — А потом добавил, что ему этот ребенок вообще не нужен. Это лишь помеха.

— Что⁈ — вскакивает она со стула. — Помеха? — в ее глазах загорается огонь ненависти к Олегу. Она и так-то его недолюбливала всегда. А теперь еще и это. — Ты хоть понимаешь, что его позиция не поменяется, даже когда проект успешно завершится?

— Не факт. Может, он подумает и все осознает. А уже завтра придет, и будет извиняться.

— Не придет, — твердо заявляет мать.

— Ты его не знаешь! — обиженно произношу я.

— Зато я хорошо знаю мужчин. А ты еще молода и неопытна. Да и наивна.

— Хорошо, мама. Ты во всем права. А я — дура. Ты это хотела услышать? Услышала? Теперь довольна? — взрываюсь я. — Оставь меня в покое. Я хочу побыть одна!

— Но Вероника…

— Правда, мне нужно побыть одной.

Мама тяжело вздыхает, но все же выходит в коридор.

— Ладно. И помни, что всегда можешь к нам приехать.

За ней захлопывается дверь, а я снова начинаю рыдать.

* * *

На следующее утро просыпаюсь и думаю, что мне все это приснилось. Но потом с ужасом понимаю, то все было правдой.

И боль снова пронизывает меня насквозь. Внутри все сжимается от обиды и непонимания.

Но нельзя же все просто так оставить? Я должна поговорить с ним. Пусть он объяснит мне, что происходит. Ведь дело не только в его повышении. Здесь точно есть еще что-то.

Привожу себя в порядок, пытаюсь позавтракать. Но аппетита нет. Выпиваю два стакана йогурта и начинаю звонить Олегу.

Но он не берет трубку.

Первый звонок.

Второй.

Третий.

Каждый гудок отдается болью в груди. Неужели он действительно игнорирует меня? После всего, что между нами произошло?

Я откладываю телефон и пытаюсь собраться с мыслями. Что же произошло на самом деле?

Да, я сказала ему о беременности. Да, это не входило в наши планы. И он растерялся.

Хотя его реакция была какой-то неправильной. Это не просто растерянность. Там было что-то еще. Страх? Паника?

«Тебе рано об этом думать», — повторяю я его слова вслух. Рано? Мне двадцать три года! Мы встречаемся уже год, практически живем вместе. О чем он говорит?

А еще его проект… Конечно, для него важна карьера. Я понимаю. Но неужели настолько, что он готов бросить меня в такой момент? Когда я больше всего нуждаюсь в его поддержке?

Снова набираю номер. Опять не отвечает.

Может, стоит поехать к нему домой? Или на работу? Нет, на работе неудобно. Там люди, коллеги, а разговор предстоит серьезный.

И тут я вспоминаю, что не знаю адреса, где он живет. Он называл только район и все. А я даже не замечала, что он никогда не приглашал меня к себе.

А если он просто прячется от меня?

Я хожу по квартире из угла в угол, чувствуя, как внутри все кипит. Злость смешивается с болью, обида со страхом.

А что, если он действительно будет настаивать избавиться от малыша? Что, если для него наши отношения были не такими серьезными, как для меня?

Нет, не может быть. Он же говорил о будущем. О том, как мы будем жить вместе. Планировали отпуск на лето. Он не мог все это придумать.

Или мог?

Телефон молчит. Я смотрю на экран, надеясь увидеть его имя, но ничего. Даже сообщения не приходят. Как будто я для него больше не существую.

Слезы подступают к горлу. Комок застревает в горле.

Я не хочу плакать, не хочу быть слабой. Но как же больно! Как можно просто взять и исчезнуть, когда человек рассказывает тебе такую новость?

Даже если он не готов, даже если испугался можно же поговорить, объяснить, найти решение вместе. И не прикрываться проектом.

А он просто сбежал.

Может быть, мне действительно стоит появиться у него на работе? Подождать, когда он будет выходить из здания и поговорить с ним? Нет, это уже похоже на преследование. У меня еще есть гордость.

Но что тогда делать? Ждать, пока он соизволит объявиться? А если он не объявится вовсе?

Я инстинктивно кладу руку на живот. Там, внутри, зарождается новая жизнь. Наша с ним жизнь. И он даже не хочет об этом говорить.

Снова набираю номер. На этот раз трубку берут после длинных гудков.

— Олег? — голос срывается от волнения.