ГЛАВА 23 · Галина

На следующее утро первым ко мне приходит Денис.

И тут даже понимать ничего не надо. Я все вижу по его глазам. По отчаянным, обреченным, измученным глазам. Темные круги под ними свидетельствуют о бессонной ночи. Сын с понуро опущенной головой приближается ко мне.

Я встаю с постели, осторожно крадусь ему навстречу. За два больших шага он преодолевает оставшееся между нами расстояние и падает в мои объятия.

– Мама, прости меня. Я такой дурак… – голос сына выдает его острое состояние. В нем просачиваются нотки боли и отчаяния. Вожу ладонями по его спине, пытаюсь утешить, поддержать.

– Все хорошо, сынок. Все в порядке, – тихо шепчу я, не находя больше слов. Значит, Гриша приходил вчера неспроста. Он понял, что его похождения раскрылись и решил выставить меня во всем виноватой.

– Прости, что не поверил тебе, не поддержал. Вел себя как последний кусок дерьма, – виновато проговаривает Денис, встряхивая головой. – Мне так стыдно.

– Все в порядке, Дэнчик, – отвечаю с легкостью, показывая тем самым, что я не держу на него зла. Я прекрасно понимаю чувства сына, я хочу ему помочь. Я хочу хоть немного облегчить его боль. Избавить от страданий. Сделать все, что в моих силах. Отстраняюсь от сына, чтобы заглянуть ему в глаза. Чтобы вселить ему надежду в светлое будущее и доказать, что это далеко не конец, как ему сейчас, возможно, кажется.

– Я не злюсь на тебя. Любовь затуманила твой разум, ослепила, сбила с толку. Такое бывает.

В глазах сына блестит благодарность. Он качает головой, устало прикрывая глаза.

– Теперь я понимаю твои чувства. Это… Ужасно. Как теперь с этим жить, мама?

– Жить дальше, сынок. Просто жить дальше, – с мягкой улыбкой отзываюсь я, заботливо поправляя его растрепавшиеся волосы. – Все пройдёт, милый. Время лечит. А я буду рядом. И твой брат.

– И скоро ещё братик или сестричка, – сын усмехается, хоть и с горечью, но на его губах сияет тень улыбки, и мне уже на душе становится теплее.

– Угу, – киваю я, поглаживая ладонями его плечи.

– Мам, когда наш отец стал таким? – глухо проговаривает сын, я беру его за руку и веду к своей койке. Мы оба присаживаемся, я беру его за руку.

– Не знаю, Денис. Сама не поняла, как это произошло. Просто однажды я не вовремя пришла домой и понеслось… – с досадой выдыхаю я, переживая за сына. Но я верю, что он справится. Он обязан отряхнуться от этой грязи и пойти дальше. Как и я, как и Стас.

– Он бы продолжал врать…

– Скорее всего. Вчера он приходил сюда, устроил небольшой концерт, – делюсь с сыном неприятной новостью. Он вскидывает на меня встревоженный взгляд.

– Не переживай, со мной всё хорошо. Его почти сразу же вывели отсюда. Это ты его побил?

Денис медленно кивает. А я понимаю, что эти побои – самая малость, что заслуживает предатель. Несмотря на боль и тоску, я рада, что все всё узнали. Рада, что у сыновей открылись глаза, и теперь они знают правду о своём бесстыжем отце.

– Стас тоже от себя добавил, – грустно усмехается. – Видела бы ты его глаза.

Следом в палату заходит Стас. Его взгляд тоже немного расстроенный, но пободрее, чем у Дениса. Все-таки старшему сейчас тяжелее всех нас, он переживает двойное предательство.

– Ты как? – интересуется младший у старшего, положив ладонь на его плечо. – Пойдёт, – отстраненно отвечает Денис.

– А теперь рассказывайте, как вам удалось всё это сделать. Мальчишки делятся со мной подробностями вчерашнего вечера, а я мысленно аплодирую их сообразительности и оперативности. Даже не ожидала, что правда вскроется настолько быстро.

Рада, что у меня такая крутая команда.

– Мам, а что дальше? – вполголоса спрашивает Денис, рисуя замысловатые узоры на моей ладони.

– Что дальше? – задумчиво протягиваю я. – Подам на развод, соберу свои вещи… И здравствуй, новая жизнь, – придаю голосу легкость и беззаботность, хочу заразить своем настроем и мальчишек.

– Мам, а можно мы с тобой? – спрашивает Стас, следом за ним подключается и Денис.

– Мы устроимся на подработку, будем помогать тебе и сами оплачивать свою учебу. Когда родится малыш, будем с ним нянчиться. Чтобы наш папаша не думал, что мы без него не сможем. Утрем ему нос и докажем, что нам и без него прекрасно.

На лице растягивается безмятежная трогательная улыбка. Беру своих мальчиков за руки, не прекращая улыбаться. Такой расклад мне очень даже нравится. Чувствую, как сердце начинает оттаивать от толстой ледяной брони после предательства Гриши. У меня есть поддержка. Мощная поддержка. Они не дадут мне упасть, а я не дам им.

– Мои ж вы хорошие, – притягиваю своих родных к себе в объятия. – Конечно можно, вы ещё спрашиваете. Куда ж я без вас, мои защитники.

– Мам, ты у нас самая лучшая, – тихонько шепчет Стас, уткнувшись в моё плечо. – Прости нас за всё.

– Уже простила, дорогие мои. Уже простила, – проговариваю искренне, от всей души, с легким сердцем. Потому что я точно уверена, что впереди нас ждет новая счастливая жизнь. В которой нет места предателям.