Глава 32

Ульяна

– Ты добилась своего, – бурчит Виктор за завтраком, не поднимая на меня глаз. Со вчерашнего дня мы с ним так и не смогли нормально поговорить. Он постоянно огрызался, фыркал, уходил от ответа. А затем я и вовсе решила, что лучше мужа не трогать и дать ему время, чтобы он остыл. Боялась, что разговор ни к чему не приведет, и что ссора только разрастется с новой силой.

Тимоша итак плохо спал сегодня, всю ночь хныкал, ворочался, просыпался. Вместе с ним и я глаз не сомкнула. Видимо, малыш был под впечатлением от нашей вчерашней перепалки, ведь до этого он никогда не видел, чтобы мы с Виктором так сильно ссорились, кричали друг на друга.

Да что там говорить, между нами в принципе ссор никогда особо и не было. Мы жили, можно сказать, душа в душу. Пока в доме не появился Стас.

При одном лишь воспоминании о бывшем, сердце начинает биться чаще, а когда вспоминаю, как он вчера утешал Тимошу, какой был с ним ласковый, нежный, заботливый… Внутри всё и вовсе сжимается в тугую пружину.

Кстати, о Стасе…

Интересно, он придет на завтрак? Или снова будет отсиживаться в своей комнате?

– Не понимаю, о чем ты? – лишь спустя несколько секунд отвечаю мужу, смотря на него вопросительным взглядом.

– Я отдал Стасу деньги за его долю, – произносит Виктор, поднимая на меня взгляд. – По рыночной стоимости. Чтобы ты не считала меня такой гнусной сволочью, – в его голосе звучит упрёк. Обида.

Поморщив носом, он принимается за завтрак, разрезая омлет на мелкие кусочки.

Надо же…

В груди что-то встрепенулось. Я рада! Искренне рада, что Виктор сделал правильный выбор! И что у Стаса теперь есть на руках та самая сумма, которая поможет ему вновь встать на ноги, начать новую жизнь. На лице невольно растягивается улыбка, а сердце начинает бойко стучаться в ребра.

– Вить, ты молодец! – говорю я мягко, с нежностью, положив свою ладонь на его руку. – Всё сделал правильно. Я горжусь тобой, – даже злость к мужу, которая копилась во мне весь вечер и всю ночь, резко улетучилась. Я благодарна ему за то, что он меня послушал. И поступил по совести.

Виктор хмыкает, убирает мою руку.

– Не обольщайся, – произносит он холодно. – Я сделал это только ради того, чтобы этот бездельник не мешался под ногами!

В голосе мужа столько неприязни, что у меня мурашки по коже пробегают.

– Но… – начинаю я, но Виктор меня перебивает.

– Стас уже уехал, – сообщает он, вставая из-за стола. – Так что всё плохое позади.

– Как это… – улыбка тут же исчезает с моего лица, а грудь сдавливает тисками.

Едва не давлюсь воздухом. Сердце больно сжимается. Уехал?

Как уехал? Так быстро? Даже не попрощался?

Почему-то становится грустно. Одиноко.

Сердце пронзает острый укол от того, что Стас ушел молча, по-английски.

Словно я ничего для него не значу…

Словно он, только получив свои деньги, тут же улетел на всех парусах.

С другой стороны, а что ему ещё было делать?! Но…

Я уже начинаю по нему скучать. Сердце тянется к нему. Ноет. Болит.

Неужели мы с ним больше никогда не увидимся?

Виктор смотрит на меня так пристально. Внимательно. Будто бы подозревает.

Тут же нервно прокашливаюсь и изображаю невозмутимый вид, вернув подобие улыбки.

– Да. Ты прав. Это только к лучшему.

– Я отвезу Тимофея в садик, – заключает муж, меняя тему. – А ты можешь заняться своими делами.

– Хорошо, – отвечаю я тихо, качнув головой.

Всё ещё не верю, что его больше нет в этом доме. Что я не встречусь с ним случайно на кухне, в коридоре, в гостиной… Что бывший больше ничего мне не скажет, не посмотрит в глаза своим пронзительным взглядом, не прикоснется, не поцелует…

Мысли о Стасе, как назойливые мухи, роятся в моей голове, не давая мне покоя.

Виктор уходит. Я остаюсь одна. В тишине.

Начинаю убирать со стола, механически загружаю посудомоечную машину. Нужно чем-то себя занять. Отвлечься. Иначе моё самокопание, мои бесконечные размышления, мои терзания до добра не доведут. Кажется, я уже начинаю сходить с ума.

Стас исчез. Растворился в воздухе. Словно призрак. И у меня будто бы в тот же миг по нему ломка началась!

Такая невыносимая, мучительная, что хочется забиться куда-нибудь в угол, свернуться калачиком и рыдать. Громко. Во весь голос.

Так, Ульяна, прекращай! Соберись! Ты как влюбленный подросток, ей-богу! Будто бы бросил парень, и ты без него жизни не видишь!

Тебе есть ради кого жить! У тебя сын. Муж. Семья.

Пытаясь взять себя в руки, начинаю ковыряться в шкафу, чтобы перебрать вещи и выкинуть ненужные. Хоть какое-то занятие.

Вдруг, боковым зрением, замечаю какое-то движение в окне. Подхожу к нему ближе, опираюсь о подоконник. Сужаю взгляд,

пытаясь сфокусировать зрение. Что?

Стас?!

Не может быть…

Он выходит из такси и направляется к воротам соседнего дома. Который уже пару месяцев как сдается в аренду, но почему-то желающих так и не нашлось.

В его руках всё та же небольшая спортивная сумка, с которой он приходил в наш дом.

Я, кажется, дышать забываю. Воздух застревает в горле. Крепко держусь за подоконник, чтобы не рухнуть. Ноги ватные становятся. Подкашиваются.

Вот только… Следом за ним из машины выходит молодая, симпатичная девушка. Блондинка. С длинными, волнистыми волосами. Стройная.

Они что-то говорят друг другу. Живо. Эмоционально. Шутят. Смеются.

Затем… Берутся за руки и заходят в дом. Вместе.

Неужели…

У него есть девушка?!