Глава 23.

Несколько лет назад

Это случилось не в банальной кофейне и не на шумной вечеринке. Мы встретились в самом неожиданном месте — в полумраке антикварного книжного магазина «Фолиант», пахнущего старым переплетом, пылью веков и воском для дерева.

Воздух здесь был густым, настоянным на времени, а за каждым стеллажом скрывалась своя история.

Я искала редкий сборник стихов для отца, поднявшись на цыпочки и безуспешно пытаясь дотянуться до хрупкого фолианта на самой верхней полке. Пальцы скользили по грубому холсту переплета, и я уже готова была сдаться, как вдруг почувствовала теплое присутствие за спиной. Чья-то рука с длинными, ухоженными пальцами, пахнущая дорогим кожаным ремнем и легкой нотой сандалового дерева, легла на корешок рядом с моей.

– Позвольте, – прозвучал над самым ухом низкий, бархатный голос. От его тембра по моей спине пробежали крошечные мурашки. – Эта полка, кажется, ненадежна.

Я отпрянула, задев плечом его грудь, и обернулась, чувствуя, как заливаюсь краской. Передо мной стоял Он.

Высокий, в идеально сидящем темно-сером пальто, с пронзительным, изучающим взглядом цвета темного шоколада. Этот мужчина не улыбался. Он… уверенно владел пространством. С легкостью, одним плавным движением, достал книгу, которую я безуспешно пыталась подцепить, и протянул мне. Его пальцы на мгновение коснулись моих, и по руке разлилось короткое, электрическое тепло.

– «Северные элегии». Хороший выбор. Меланхоличный, но сильный, – его взгляд скользнул по корешку, а затем медленно, оценивающе, вернулся ко мне, будто изучая каждую черту моего смущенного лица. Он не спрашивал, нужна ли мне помощь. Он ее уже оказывал, по праву сильного.

– Спасибо, – я взяла книгу, чувствуя себя неловкой школьницей, пойманной за недостойным занятием.

Вардан, с его озорными глазами и простой, почти деревенской непосредственностью, никогда не вызывал у меня такого ощущения. С Варданом было легко и весело, как с старым другом. Этот же мужчина с первых секунд дал понять – с ним не будет легко. С ним будет… интенсивно.

– Максим, – представился он, и его имя прозвучало как заклинание. Его взгляд все еще скользил по мне, задерживаясь на губах, на растрепавшихся от стараний волосах, и я чувствовала этот взгляд почти физически, как легкое прикосновение.

– Варвара, - неловко прошептала я, ощущая, как по спине вновь пробегают предательские мурашки, а в груди что-то замирает и тут же начинает бешено колотиться.

– Варвара, – повторил он, обдумывая имя, растягивая гласные. Оно в его устах зазвучало по-новому – значимо и изысканно, как будто он держал его на языке, пробуя на вкус. – Вы часто ищете приключения в таких местах? – В его глазах играли искорки насмешливого интереса.

– Только когда ищу подарки для отца, – улыбнулась я, пытаясь вернуть себе хоть каплю самообладания и сжимая в мокрых ладошках шершавую обложку книги.

– Практично, – он кивнул, и в уголках его глаз наметились едва заметные лучики. – А позволите ли вы себе непрактичное? Ужин, например. Сегодня.

Это было не предложение. Это была мягко сформулированная команда, облеченная в форму приглашения. В его тоне не было ни тени сомнения, что я соглашусь. И это, черт возьми, сработало.

Мысленно я тут же сравнила его с Варданом.

Вардан в подобной ситуации нервно бы потер затылок, придумал бы какую-нибудь дурацкую шутку про «девочек, которые любят пыльные книги» и, краснея, пробормотал бы: «Ну, если хочешь, может, куда-нибудь сходим? Как друзья?» Максим же не оставлял пространства для сомнений. Он брал то, что хотел. И в тот момент он хотел меня.

– Сегодня? – переспросила я, больше для приличия, чувствуя, как горит лицо.

– Жизнь слишком коротка, чтобы откладывать интересные знакомства, – парировал он. Его взгляд был тяжелым и притягательным, как гравитация. В нем читался не просто интерес, а собственнический азарт, вызов.

Он уже видел меня своей.

И это не было неприятно. Это было пьяняще. И мне, черт побери, это нравилось. Нравилась эта стремительность, эта почти грубая определенность.

Вардан был как теплое летнее солнце – ласковое, предсказуемое, безопасное.

Максим был как гроза – непредсказуемый, мощный, заряжающий воздух электричеством, от которого перехватывало дыхание и хотелось бежать под дождь, подняв лицо к небу.

– Хорошо, – согласилась я, и мое сердце забилось чаще не от страха, а от предвкушения чего-то нового, опасного и безумно притягательного.

– Отлично, – он достал из внутреннего кармана пальто тонкий, черный смартфон. Его движения были выверенными и экономными, без единого лишнего жеста. – Назовите ваш номер. Я заеду за вами в восемь.

Я продиктовала цифры, голос чуть дрожал.

Он не стал перезванивать, чтобы я сохранила его номер. Он просто кивнул, как будто все было решено раз и навсегда, и его память не нуждалась в таких подстраховках.

– До встречи… Варвара, – он повернулся и ушел, его пальто развевалось за ним, как плащ. Он не оглянулся.

Я стояла среди стеллажей с древними книгами, сжимая в руках «Северные элегии», и понимала, что только что моя жизнь разделилась на «до» и «после».

До Максима. И после.

В ушах еще звенел его бархатный голос, а на пальцах будто бы оставалось тепло его мимолетного прикосновения.

Тогда, в том старом магазине, его властность, его уверенность, эта безжалостная целеустремленность казались проявлением силы. Признаком настоящего мужчины, который знает, чего хочет, и берет это, не размениваясь на сомнения.

Контраст с простым и добрым Варданом был разительным и, увы, в тот момент – целиком и полностью в пользу Максима.

Как же слепа бывает юность, принимая токсичный контроль за прочность, а патологическую ревность – за пылкость любви.

Я тогда еще не знала, что за бархатным голосом и ухоженными руками скрывается душа кобеля, видящего в женщинах не спутниц, а трофеи.

И что его романтичная фраза «жизнь слишком коротка, чтобы откладывать» на деле означала лишь одно: «я слишком жаден, чтобы ждать».