Глава 14

Валентина

Вернулись мы достаточно поздно. Пообедали и поужинали мы в ресторане в торговом центе, как и планировали, так что, голодными не были.

А вот Витя тоже не остался голодным, судя по пластиковой посуде с остатками еды, которую я увидела, занося пакеты с продуктами на кухню. Заказал, значит, не обидел себя.

Остался не голодным. А сейчас небось храпит лежит в комнате. Я уж точно к нему не пойду!

Оставила шубу в гардеробной, раскидала продукты по холодильнику и решила, что надо бы выспаться. Завтра тяжёлый день. Как бы я не хотела уйти отсюда, сейчас я не могла.

Ради дочки я должна была остаться. Тем более, нужно было видеть лицо мужа, когда он откроет свой подарок. Это будет услада для моих глаз.

Новый год конечно семейный праздник… Семьи-то уже и нет никакой, но я так не хотела расстраивать Катю. Ради неё я потерплю ещё чуть-чуть. Потому что для моей дочки новый год это самый любимый праздник. Она любила его больше, чем свой день рождения, правда. Я всегда удивлялась этому, но так оно и было.

Для неё это день волшебства. День, когда исполняются мечты, когда случается невозможное. «Лучший день в году» — так всегда говорила Катя. Помню её довольное, счастливое личико с самого детства. Каждый год у неё глаза горели тридцать первого декабря. И за пару дней до этого тоже, в предвкушении волшебства…

— Давай спать, мам. А то завтра рано вставать. Уборка, готовка. Сама знаешь… — сказала Катя, зайдя на кухню.

— Да, милая. Ты иди, я сейчас пойду тоже, — сказала я и сделала суетливый вид, будто мне нужно ещё кое-что сделать.

— Хорошо, мамуль. До завтра, — протянула Катя, поцеловав меня в щёку и побежала наверх в свою комнату.

А я лишь хотела ещё пару минут подумать. О том, как жить дальше. Как нам делить Катю после развода? Она уже совершеннолетняя и конечно, говоря «делить», я имею ввиду обоюдное влияние друг-друга на неё. Витя ведь может настроить её против меня.

Этого я и опасаюсь, хотя очень сомневаюсь. Ведь Катя у меня ну очень смышленая и никогда не идёт ни у кого на поводу. Так что… Может и не стоит мне опасаться.

Ладно, время уже реально позднее. Нужно засыпать. Я ведь почти двое суток не спала. Сейчас только коснусь головой подушки, сразу же вырублюсь.

Поднявшись на второй этаж, прошла мимо нашей с Витей спальни. Как я и предполагала, он крепко спал, мощно похрапывая и видел третий сон, совершенно не волнуясь за нас с Катей. Мало ли, где мы… Сволочь такая. Ладно я, но Катя… Или он думал, что раз она со мной, значит можно не волноваться?

Хотя… Пусть так и думает. Пусть думает, что со мной она как за каменной стеной, всегда в безопасности. Это для меня лучше будет.

Прошла в гостевую спальню, которая всегда пустовала в нашем доме, завалилась на большую, двуспальную кровать и мгновенно уснула, даже не раздевшись толком. Как же я устала. Выжитая как лимон.

Проснулась от Катькиного будильника. Он так громко пищал, что я слышала его сквозь две закрытые двери её спальни и моей. Что ж, вставать всё равно надо было, хоть я далеко не отдохнула и не сильно то и выспалась.

Прошла в душ, скинув наконец с себя вчерашнюю одежду, умылась, привела себя в порядок, накинула халат. Мои вещи были в гардеробной в нашей спальне, как и чемодан, который я собирала. Так что, выбора у меня не было и мне пришлось идти туда.

Открыв дверь, я поняла, что Витя ещё спал. Странно, почему так долго? Ведь вчера он не пил. По крайней мере пустых бутылок, которые обычно оставались после него, я не видела.

Обычно, когда он не выпивал, то вставал очень рано и либо уезжал на работу, либо работал у себя в кабинете. Даже в выходные выделял несколько часов своей работе. Трудоголик, будь он не ладен…

Я быстро зашла, взяла одежду, которую надену этим вечером и ту, в чём буду готовить и снова ушла в гостевую спальню. Муж и бровью не повёл. Всё продолжал храпеть.

Зайдя в гостевую, оделась и пошла вниз.

Проходя мимо кабинета мужа, увидела белые разводы на полу возле входа. Всё таки ловушка сработала. Даже сам решил вымыть пол. Хоть и коряво, но всё таки вымыл. Правда, перемывать надо за ним. Конечно, он ведь никогда в жизни этим не занимался.

Ладно хоть попытался. Видимо, так на него повлияли мышеловки, о которых я его предупредила. Решил не раздражать меня и не оставлять срач. Хоть здесь он правильно поступил.

Приоткрыв дверь, увидела, как на его рабочем столе лежат те самые, не сработавшие мышеловки. Всё таки он аккуратно вытащил их из своих тапочек. Ну ладно, это к лучшему. Не хотела я его калечить и не жалею, что всё таки призналась и рассказала. А вот с мукой вышло смешно. Надо будет пересмотреть запись с видеокамеры.

Не стала терять время и пошла готовить. Это же ужас, сколько всего нужно было сделать. Да, у меня был целый день в запасе, но выжатой как лимон в двенадцать ночи мне быть тоже не хотелось. Что же делать?

— Доброе утро, мам, — за моей спиной услышала голос Кати.

Обернувшись, увидела, что моё солнышко ещё умыться не успела, а уже прибежала вниз поздороваться со мной. Заспанная, в белом домашнем халате, она пыталась проморгаться и прийти в себя после сна.

— Доброе утра, доча. А ты чего так рано встала? — спросила я в ответ.

— Тебе же помогать надо, — сказала она.

Моя сладкая девочка. Она как ответ на мои молитвы. Пришла, чтобы помочь. Значит, выжатой как лимон мне не предстоит быть.

— Слушай, а что готовить будем? Идейку запекать? — спросила я.

— Нет, мам, зачем нам эта суета на новый год? Может, сделаем проще?

— Это как? — удивилась я.

— Давай папу попросим заказать праздничный стол. Ну, горячие блюда. А мы с тобой только салаты настругаем. А то будем как две вымотанные курицы под вечер и в двенадцать тридцать пойдём спать. А я так не люблю, ты же знаешь…

А Катя в очередной раз была права. И как я сама не подумала об этом варианте? Салаты настругать это пару часов максимум. И не нужно будет стоять у плиты весь день. А Витя… Пусть раскошеливается. Не обеднеет всё равно.

— А давай, — улыбнулась я. — Тогда, может ты поспишь ещё, отдохнёшь, раз времени у нас полно?

— Нет, мам, я уже проснулась. Засыпать не хочется снова. Тем более в такой прекрасный день… — Катя подошла к окну и посмотрела через него на улицу.

Погода и вправду была чудесная, как и вчера. Ветра совсем нет, хлопья снега медленно падают на землю. Всё белым бело. Как в сказке. Не припомню ни один новый год за свою жизнь, чтобы был таким…

Таким одновременно ужасным и красивым… Красота снаружи, но внутри, у меня в душе, просто ад… Нельзя показывать это дочери. Только не сегодня. Пусть будет праздник для неё настоящим чудом, как и каждый прожитый ранее.

— Ну хорошо, золотце. Тогда я приступаю к готовке. Ты присоединяйся, когда захочешь.

— Хорошо, мам. Умоюсь, переоденусь и приду, — кивнула Катя, прикрыв зевоту ладонью и снова пошла наверх в свою комнату.

Не успела я почистить морковь, как вниз спустился муж.

— Валь, мне тут Катя сказала заказать еду. Что ты хочешь? — спросил он, как ни в чём ни бывало.

Так странно, что его голос не излучал тот холод и агрессию, что была пару дней назад. Да, он был пьян тогда, но всё же…

— Мне всё равно, — даже не взглянув на него, сухо ответила я.

— Понял, — произнёс муж и вышел из кухни.

Ни слова больше. Странно даже. Не стал цепляться. Видимо, чувствует, что не стоит меня сейчас трогать.

Время неуклонно шло к вечеру. Мы с Катей почти закончили делать салаты, когда я вспомнила, что хотела кое-что ещё…

Пирог. Пирог со слабительным!

Витя как раз только уехал встречать подругу дочери. Дочка ушла отдохнуть в свою комнату, а я осталась на кухне и приступила к своему плану.

Завела тесто, дождалась пока поднимется, добавила начинку, чтобы было по-вкуснее ему, чтобы побольше съел и поставила в духовку.

Тем временем приехала доставка. Столько всего Витя заказал. Рыба, мясо ягнёнка, баранина, свинина, говядина, шашлыки.

У меня глаза разбегались и я не знала, куда это всё ставить. Но всё же у меня получилось уместить всё это за большим, праздничным столом в гостиной.

Казалось, что вот-вот и стол рухнет под тяжестью переполняющей его еды, Но так только казалось…

Ещё через час, когда пирог был готов и я вытащила его остужаться, услышала смех. Женский смех. Вышла из кухни и увидела, как муж заводит домой эту рыжую бестию, подругу Кати.