Глава 13.

Всеволод.

Неплохой ресторан. Негромкая живая музыка, зал выполнен в тёмных тонах, а мебель выглядит и кажется очень дорогой. Я тут бывал пару раз, когда клиенты назначали сами встречу. Если место назначаю я, то всегда выбираю заведение около офиса или дома.

Осматриваю зал, пока нам несут напитки. Уверен, что не я должен начинать разговоры разговаривать. Рассматриваю обстановку, а сам радуюсь собственным маленьким победам – я взял несколько небольших заказов, пока ожидаю результатов тендера. Только пару дней назад мы выступали с ним, презентовали, и вот, я теперь жду результат. Моя победа даст мне новый толчок в будущее и я смогу выйти на новый уровень дохода.

Официантка подходит, дёргает уголком губ в улыбке и ставит с подноса на стол наши напитки и нехитрую закуску в виде нарезанного вяленого мяса и лимона. Собеседник напротив тут же кидает в свой стакан с виски два кусочка льда.

Я тоже кидаю, едва он оставляет в покое щипцы в небольшом ведёрке. Прикусываю дольку лимона и, быстро чокнувшись со стаканом Адама, выпиваю немного крепкого напитка. Съедаю кислый фрукт и смотрю на мозгоправа.

Долго он собирается с мыслями, конечно. Сам же позвонил. Сам вызвал на разговор. По телефону был смел. А сейчас что мешает?

– Поговорим о Виоле? –спрашивает, наконец, Адам. Откидывается на спинку кожаного дивана и улыбается.

– Попробуй, – усмехаюсь я. – Если ты решил, что можешь говорить со мной о моей же жене, я с удовольствием послушаю.

– Слушай, мне самому не очень приятно с тобой разговаривать вот так. И о ней. Но я не вижу другого выхода. А после того вечера – я не могу оставаться в стороне. Больше не могу и не хочу, – уверенно говорит он. Видимо, он настраивался на это.

– Занятно, – хмыкаю я, – только всё равно понять не могу, зачем, вообще, о чём-то разговаривать. Виолетта не выбирает ни тебя, ни меня.

– М, – улыбается Адам, кивая пару раз. – То есть то, что могло произойти, не позвони ей ваша дочь – тебе не доказательство того, что она по-прежнему не может нам отказать? Она вряд ли простила нас обоих… Но как там говорят? От ненависти до любви один шаг?

– Что ты хочешь? – прикусываю следующую дольку лимона и облизываю губы. – Не отказывайся. Можешь даже побороться со мной на равных за право вновь переспать с ней. Но…

– Зачем ты ей это предложил? – мозгоправ складывает руки в замок и заинтересованно на меня смотрит. – Интересно наблюдать, когда твоя жена занимается сексом с другим? Или ты извращенец? На сайтах с порно есть даже такая категория…

– Я решил, что если она сделает то же самое, что и я, то мне и ей станет проще договориться, – произношу я, перебивая точно так же, как и он – меня, на полуслове. – Ты сейчас включил защитную реакцию, пошлишь и шутишь. А мне как-то, вообще, не смешно. Виолетте плохо и больно, причём, судя по всему, из-за нас обоих. Сейчас появилась у неё обида и большая боль из-за меня. И она вспомнила твой поступок. А в тот вечер, как по мне, мы всё испортили.

– Да, ты прав. Я немного защищаюсь, чтоб понять – ты чувствуешь то же самое, что и я или нет, – произносит Адам. – Ответишь честно?

– Смотря на что, – ухожу от прямого ответа, но киваю. И он считывает мой положительный ответ тела.

– Тебе понравилось? – в лоб задаёт этот вопрос Адам, поддевая кусок вяленого мяса, и отправляет его в рот. – Простой вопрос.

– Нет, не очень простой, – вздыхаю. Если признаюсь, то точно что-то пойдёт в наших отношениях и коммуникации не так. Если скажу «нет», совру и не смогу потом себе самому объяснить – зачем соврал.

В общем, я понимаю, – мне интересно узнать, что хочет предложить Адам. Потому киваю несколько раз и вздыхаю. Адам вздыхает также и продолжает:

– Я почти забыл её. Даже, когда вспомнил, старательно не думал о ней и, отчасти, не хотел ввязываться в ваши проблемы. Она сама приехала на сеанс, а я решил, что это неплохой способ узнать, какой она стала. От той малышки, которую я знал, сейчас мало, что осталось. И от этого она меня ещё больше волнует… Потому да, после всего, что произошло, я не могу от неё отказаться. Мне она нравится, я хочу её. И я вижу, что она волнует и тебя.

– Да. Я совершил, и не раз, глупость. И как это исправить, я понятия… – у меня приходят пара смс-ок на телефон. Удивлённо отвлекаюсь и вижу сообщения от подруги Ви, несколько фотографий и короткое название клуба, в котором эти фотки сделаны.

Ох, зря она надела это платье. Тонкая сеточка на её теле смотрится так сексуально, что я в момент хочу разорвать эту шнуровку. Понимаю, почему я раньше был всегда против этого платья. Его хочется нахер сорвать и, как следует, наказать Ви, за то, что надела его. Молча поворачиваю экран телефона к Адаму, и он замирает, так и не выпив.

– Где она в таком виде? – сглатывает Адам. Понимаю его. Хоть и пускает свои слюни на мою жену, но понимаю прекрасно. Сам пускаю такие же слюни и ловлю стояк на картинки. А что будет в реальности? Кончу в штаны? Вероятно, ибо её запах сводит с ума не менее внешнего вида.

– В клубе.

– Пиздец, – Адам залпом выпивает виски и закусывает лимоном. – Её там могут поймать за эти сетки…

– Предлагаю… – не верю, что говорю это сам. – Самим её поймать, – я уверен ещё и в том, что Адам бы не стал просить о встрече, а также обговаривать всё это, если бы не болело. А у него болит и ноет где-то внутри, как и у меня. Я не знаю, как с ним бороться, но определённо знаю, что я хочу вернуть свою жену себе. Я хочу заслужить прощение и не быть в её глазах последним мудаком. А оно так и есть. Пока что.

Тут нужно действовать быстро. Не давать ей время осмыслить, перевести дыхание или просто даже остановиться на секунду.

Чтобы она просто не успела подумать и обдумать все риски, вспомнить то, какие мы оба предатели, и сбежать от нас обоих.

Нельзя ей давать вспоминать о том, что мы её предали.

Музыка так сильно бьёт в уши битами, что у меня уходит пара минут, чтобы привыкнуть и расслабиться. Рядом мой сегодняшний компаньон, или собутыльник, тоже высматривает на танцполе нашу цель. То, как мы ехали сюда – отдельная песня. Оба следили за дорогой и знаками, отказавшись от такси. Выпили мы совсем не много, не успели бы больше. А когда останемся наедине, можно добавить, чтобы набраться смелости и забыть на пару часов о том, что секс втроём – это неправильно и жутко.

– Вон, – Адам резко кивает в сторону с баром, около которого я вижу свою детку. Она вытанцовывает с коктейлем и совсем никого вокруг не замечает. Пока рядом с ней ошиваются всякие типы и всё засматриваются, выжидают удобного момента подойти и познакомиться с ней.

Но нет. Никто её и пальцем не тронет.

Мы идём быстро, не отставая друг от друга. А когда уже оказываемся близко к Ви, хватает лишь одного взгляда, чтобы мы договорились её окружить. Адам делает небольшую дугу, а я шагаю к ней со спины, чтобы уже вскоре поймать её в объятия.

– Никуда тебя не отпущу, – она сначала слабо пытается вырваться, и я решаю наклониться к её ушку, чтобы побольше вдохнуть аромат её пленительных духов.

Девушка вздрагивает и быстро отходит, потому что я позволяю. Вижу, что ей идти некуда и что её тут же ловит Адам, жадно осматривая её и почти что раздевая своим взглядом.

– Я тоже сдаваться не намерен.

– Меня забыли спросить, – кричит она нам, явно не ожидающая, вообще, нас здесь увидеть. – Я ни с кем из вас отношения строить не собираюсь.

– Ничего, – подхожу, вжимаю её тонкое тело в Адама и едва держу себя в руках, – это решаемо.

– Мы добьёмся тебя заново, – слышу в Адаме уверенность и понимаю, что и сам думаю так же.

– И ты от нас не сбежишь, – добавляю, проводя носом по волосам. Её запах, действительно, заводит.

Не дав ей возможности обдумать, я просто закидываю её на плечо и уверенно иду на выход. Мне всё равно, как я выгляжу, и всё равно на слабые возмущения Виолы. Моё терпение и самоконтроль дают сбой. И судя по тому, как Адам открывает мне двери и забирает у Ви сумочку, чтобы та её не упустила, – у меня появился союзник.

У машины я ставлю её на ноги и встречаюсь с злым, но блестящим от выпитого, взглядом. Усмехаюсь, отчего-то знаю, что малышка не будет убегать. Она и сама напряжена… А я могу помочь снять стресс. И Адам не против.

– И? – Виолетта выгибает бровь, смело рассматривая нас обоих. – Дальше что?

– Дальше ты едешь домой и снимаешь это блядское платье с себя, – Адам открывает дверь машины и ловко запихивает её внутрь, садясь следом. – Не стой истуканом, Сева, поехали.

Моргаю и обхожу авто, чтобы сесть за руль и уже через секунду газануть. Надеюсь, сейчас мы тоже не попадём на пост полиции и меня не оштрафуют. Хотя… Кажется, всё равно даже на это.

– Просто оставьте оба меня в покое. Я так много прошу? – всхлипывает Виола. – Я хочу жить своей жизнью, забыть о вас… Почему так сложно просто меня оставить?

– Это, действительно, очень сложно, – произношу я.

– Я бы поспорила, – Виола вздыхает. – У меня же как-то получается.

– Да? – кажется, терпение Адама тоже на пределе. Он, не дождавшись её ответа, резко притягивает её ближе и впивается в её губы, почти что слизывая её губную помаду.

Сглатывая, я пролетаю на жёлтый. Сейчас я даже не смогу пол минуты стоять, желая поскорее перехватить инициативу и самому впиться в мягкие губы…

Она ему отвечает. Позволяет усадить себя на его колени и обхватывает ладонями его лицо. Мне бы сейчас прям начать ревновать. Злиться, что она так податлива в его руках и выгнать его на ходу из машины. Но мне хочется только присоединиться. От желания плывёт в глазах похуже, чем от выпитого виски, а дрожь проходит по всему телу. Я кусаю губу в предвкушении и давлю газ в пол.

– Не разбейся, – тихо просит Ви, не сдерживаясь и наполняя салон автомобиля своими стонами. Я выкручиваю руль, поворачивая к нашему дому. Мы близко.

Паркуюсь быстро и без проверки – ровно или нет. Выхожу из машины, обхожу её, открываю заднюю дверь, едва не сорвав её с петель. Забираю свою жену с колен Адама и прекращаю их поцелуй.

– Собственник.

– Если бы был им, ты бы сейчас пошёл лесом, – отвечаю я, хмыкнув. – Не провоцируй.

– Не дай ей прийти в себя, Сев, – напоминает Адам, и я резко сажаю её на себя, подхватив под бёдра. Платье едва не задирается к талии. Я кусаю её нижнюю губу, пока она, кажется, ничего не слыша, обхватывает мою шею. И не сопротивляется.

Мы быстрыми перебежками бежим внутрь и там – к лифту. Едва створки едут, отрезая нас от внешнего мира, я прижимаю её спиной к стене и ловлю лицо одной ладонью, впиваюсь в её губы сам. Она тут же отзывается стоном на мои поцелуи и сама отвечает, сжимая ворот рубашки. Я возвращаю ладони на её бедра и сжимаю их, сильно.

Заводит и то, что рядом стоит Адам и наблюдает за нами. Не знаю, почему. Раньше со мной никогда такого не было, а тут… Словно я не признаю, что это мой конкурент, соперник и враг. Словно это мой союзник, и без него мне не добиться вновь моей девочки…

В квартиру мы вваливаемся. Адам не долго ищет в женской сумочке ключи, а как только мы оказываемся в прихожей, я закрываю входную дверь на замок, тут же почувствовав Адама. Он прижимается к Виолетте со спины и приникает губами к её шее. Ладони накрывают её грудь, а девушка только прерывисто выдыхает, сжимая меня сильнее ногами.

– Это не правильно, – шепчет она снова.

– Молчи, просто молчи, – шепчу я, добираясь пальцами к её трусикам. У меня темнеет в глазах от перевозбуждения и желания обладать ею сегодня. И нет сил сдвинуться дальше, пройти в спальню… Чувствую себя дикарём, когда провожу по тонкому кружеву трусиков и с наслаждением замечаю, что она возбуждена. Да и судя по моментальной дрожи от моих прикосновений, она, действительно, откладывает все разговоры на завтра.

– Пиздец, как я хочу тебя, Ви, – шепчет в полной темноте Адам. Отчётливо слышу, как он расстёгивает молнию на спине, и платье, ослабевая, спускается к талии, оголяя грудь. Он тут же накрывает голую кожу ладонями и сжимает соски, от чего малышка выдыхает мне в губы.

– Тогда не останавливайтесь, – просит тихо она перед тем, как поцеловать меня. Я отвечаю, не в силах ей отказать. Провожу по трусикам снова, срывая её судорожный вздох мне в губы. Она запускает пальцы мне в волосы и стонет.

– Идём куда-то, – просит Адам. – Неудобно.

И я соглашаюсь, снимаю её с себя и уверенно сдираю, как выразился Адам, блядское платье. Ви остаётся в одних трусиках и спешно прикрывает грудь ладонью. Но я отвожу её руку и, откинув прядь её локонов назад, шепчу в ушко, подталкивая за Адамом:

– Не закрывайся, ты прекрасна.