Глава 3

Я поставила сумку на пол, схватила на изготовку один из своих сапогов-ботфортов, которые так и валялись на полу прихожей, и начала красться на кухню.

Мы живем вдвоем. Ключи есть только у Лешкиных родителей, но они к нам не собирались. Кто же там?

Осторожно заглянув на кухню из коридора, я облегченно выдохнула. На полу валялся разбитый керамический горшок с фиалкой. Я ее еще со съемной квартиры отросточком привезла, очень уж у нее красивые ярко-фиолетовые цветочки.

Я совсем забыла, что после того, как фен задымился, я приоткрыла створку окна, чтобы проветрить, а горшок ее как раз придерживал. Уходя из дома, я про это забыла. А сейчас я резко открыла дверь и, видимо, кто-то внизу одновременно со мной распахнул дверь подъезда, получился сквозняк, и створка распахнулась.

Я подошла к фиалке, бережно взяла в руки половинку горшка с комом земли и прошептала, глядя на фиолетовые цветочки:

— Ну вот, милая моя. Мне разбили сердце, твой дом тоже разбит. И мне в этой квартире больше не места…

Я уселась прямо на пол и разревелась. Только сейчас меня прорвало на слезы. Я сидела, прижимала к себе покалеченный цветок и рыдала. Боль и обида пробивались наружу, ища утешения, но пока его не было. Прохладный ветерок из раскрытого окна гулял по полу, и только когда у меня начали подмерзать коленки, я поднялась на ноги.

— Поревели, пора и честь знать, — произнесла я, обращаясь к фиалке, — мы с тобой переезжаем!

Первым делом я умылась, привела себя в порядок и сходила на балкон. Там стояла коробка с ненужным барахлом, в которой давно лежал старый пластмассовый цветочный горшочек ядовито-оранжевого цвета. Оттенка «вырви глаз». Даже не помню, откуда такая «красотень» появилась в нашем доме, учитывая, что кроме фиалки других растений в квартире не было.

Откопав эту прелесть, я попыталась втиснуть в горшок ком земли с корнями, но емкость оказалась маловата. Пришлось лишнюю почву в мусорное ведро стряхивать.

Когда со срочной пересадкой было покончено, я принялась собирать свои вещи. Гардероб у меня был приличный, а еще шубка, зимняя куртка, обувь… На себе я все это не уволоку. А собственно, куда волочь-то?

Я села на кровать в спальне, разглядывая вытащенное из шкафа шмотье, и задумалась. У меня было два варианта, куда податься: либо в Сергиев Посад к родителям, либо к Тае — моей лучшей подруге.

Мы с ней познакомились два года назад, когда я после четвертого курса проходила стажировку в одном женском журнале и клепала статейки о модных расцветках летних шарфиков и прочей дамской лабуде. А Тая трудилась помощником художника-полиграфиста. Красиво картинки и тексты на страничках располагали, в фотошопе огрехи фотографов исправляли.

Оказалась, что мы с Таей ровесницы. На обед ходили вместе, много болтали, смеялись. Она вообще была та еще приколистка. За словом в карман не лезла, и всегда на позитиве. Если что-то шло не так, она говорила:

— Это не проблема, а задача! И мы ее сейчас решим.

Пожалуй, я отправлюсь к моей решальщице. В этом варианте был еще один плюс — Тая жила в собственной отдельной трехкомнатной квартире. Родом она была из Костромы, где ее семья владела тремя прибыльными ресторанами. Вот родители и приобрели жилье для дочери в столице…

Я взяла телефон и набрала номер подруги. Когда та ответила на звонок, я промямлила в трубку:

— Привет, Таюх. Можно, я у тебя поживу?

Пару секунд она помолчала, а потом осторожно спросила:

— Чего случилось, Мариш?

— Застукала, как Лешка на рабочем столе свою секретутку шпехал.

— Ох-ре-неть, — протянула подруга, — конечно, приезжай. Тебе с вещами помочь?

— Нет, — вздохнула я, — я самое ценное и нужное в два дорожных чемодана уложу. На такси приеду. Только ты меня у своего подъезда встреть.

— Без базара, — твердо произнесла Тая. При этом я даже представила, как она утвердительно кивнула головой.

— Спасибо. Я наберу, когда подъезжать буду.

Попрощавшись, я достала с антресоли два больших чемодана, которые мы с Лешкой купили, когда ездили на море прошлым летом. Вместительные, из серебристого прочного пластика, на четырех колесиках.

В один я сложила необходимую на ближайшие месяцы обувь, благо впереди было лето, а еще шубку, зимнюю куртку и летнюю кожаночку. В середину теплых вещей я засунула свое сокровище — дорогой ноутбук. А к нему мобильный роутер, который мы брали с собой в поездку. Мне без вай-фая нельзя…

Дело в том, что после свадьбы Лешка заявил, что я должна сидеть дома, а не по офисам с утра до вечера юбку просиживать. Я не стала спорить. Только работу не бросила и продолжила сотрудничать с парой электронных журналов и несколькими блогерами. Все это приносило мне доход почти пятьдесят тысяч ежемесячно, и сейчас у меня на карте скопилась порядочная сумма! Без мужа не пропаду.

Для заработка мне нужен только компьютер и интернет, а так — могу жить хоть у черта на рогах!

Пока я складывала вещи, то все время поглядывала на телефон. В душе я ждала, что Лешка станет названивать, писать извинительные сообщения. Но мобильник молчал, как партизан. Я даже пару раз его включала и проверяла, все ли нормально со связью… С мобильной связью был полный порядок, а вот у моего мужа со мной и с его совестью она полностью прервалась.

Вот же подонок! Если бы он пришел домой, а тут я с соседом на кухонном столе предаюсь интиму… А он психанул и ушел из дома, то я бы ежеминутно названивала, прощение вымаливала. Хотя какое тут прощение? Это предательство, а предателей прощать нельзя.

Я застегнула замок первого чемодана, когда дверной звонок разразился трелью.

Неужели муж рванул следом за мной и сейчас начнутся извинительные сцены с целованием ног и клятвами в дальнейшей верности?