Глава 44

Миша хотел поселить меня на первом этаже, чтобы мне не пришлось спускаться — подниматься по лестнице несколько раз в день. Даже хотел перетащить одну кровать со второго этажа… Но я отказалась.

Прыгать на одной ножке я еще не разучилась, а устраивать целую перестановку из-за меня не хотелось.

Мы с Таис расположились в соседних спальнях. Комната Миши была напротив моей, а еще одна пустовала.

Когда мы впервые поднялись наверх, Тая спросила:

— Мишань, а на фига тебе четыре спальни? Ты же, когда строился, еще Маришку не знал.

— Так, я с расчетом на будущее, — ответил он, — одна спальня мне с новой женой, вторая для маленькой Таечки, третья для Илюшки, а четвертая для гостей… Или кто там еще у нас родится.

Таис удовлетворенно кивнула:

— Тогда все логично. Но на случай сломанных ног все же надо на первом этаже спаленку предусмотреть. Или вдруг гости толпой понаедут… На свадьбу, например.

Вот же зараза! Она и так нас уже свела, а все никак не угомонится. Сдается мне, Таис теперь примется за организацию свадьбы… Еще до моего развода.

Мне даже стало неудобно перед Мишей. Но, кажется, мой жених вполне лояльно относится к Таюхиным причудам, и его ее напористость совсем не парит. Он спокойно рассказал про планировку:

— На первом этаже гостиная, кухня и кабинет. И бойлерная. В гостиной диван раскладной, большой. В кабинете тоже поставлю небольшой диванчик, он тоже будет раскладываться, если возникнет необходимость. А если приедет большая толпа гостей, то я их к Никите отправлю, сама их там распределишь, — засмеялся Миша.

Тая уперла руки в бока и сердито посмотрела на него. Мол, ишь, чего выдумал, она тут наше будущее устраивает, так ей еще и гостей размещать?!

Я решила прервать этот разговор:

— Таис, рано еще об этом. Не торопись.

— Ну, ладно, — неожиданно легко согласилась она, — пойду вещи разбирать. Потом тебе помогу.

Она утопала в отведенную ей комнату и завжикала там замками от своих чемоданов.

Миша поцеловал меня в щеку и тоже засобирался:

— Мариша, я поехал. До встречи всего полчаса осталось. Вы тут располагайтесь и хозяйничайте. За уборку не хватайтесь. Завтра человек из клининговой компании придет и наведет чистоту. До вечера.

Он сбежал по лестнице, внизу хлопнула дверь, и он уехал. Мы с Таис остались одни.

Не прошло и трех секунд, как она вошла ко мне в комнату и спросила:

— Мариш, давай твою родню считать. Сколько человек из Сергиева Посада приедет? Мне надо всех по спальным местам распределить…

***

Первую неделю мне все же пришлось нелегко. Спускаться и подниматься на одной ноге было крайне неудобно, а наступать на больную конечность даже в лонгете очень дискомфортно. Но Мише я в этом не призналась. А то, точно перетаскивание кровати затеет. Мое предложение спать в гостиной на диване он отверг…

Можно, конечно, совсем не спускаться. Таис бы носила мне еду наверх, но… На улице стоял май! Все зеленело, расцветало, светило теплое солнышко. У меня не было ни малейшего желания чахнуть в комнате.

Мы с Таис выработали стратегию: утром я встаю, принимаю душ, одеваюсь, она помогает мне спуститься на первый этаж, и все. Тут я и работаю, и ем на кухне, как белый человек, и выйти во двор не проблема. Вечером на второй этаж меня поднимал Миша на руках.

Сам он уезжал к восьми утра… Обедал в городе, в ресторанах, но возвращался домой не поздно. Мы с Таис кормили его ужином.

Первые дни Тая притаскивала от Никиты разные настольные игры, и мы весело проводили время, а на четвертый день она сказала, что будет ночевать в доме Никиты.

— По вечерам с тобой Миша, — проявила несвойственную ей корректность Таис, — вам нужно больше наедине бывать. Ты мне теперь утром звони, когда тебе помощь нужна, я сразу прибегу.

Я удивленно посмотрела на подругу:

— Таечка, ты не приболела, — я даже ее лоб пощупала, мало ли, температура.

Но она отмахнулась и выдала житейскую мудрость:

— Если я у вас все время крутиться стану, как вы мне будущих родственников делать будете? Не могу же я до старости их рождения ждать!

В этом была вся Таис. Я думала, что она так аккуратненько освобождает нам время для уединения, а ей только новых будущих родственников подавай! Пришлось ей напомнить, что между мной и Мишей тоже есть некие договоренности, но Таис проявила настойчивость.

— Ты, Маришка, мужика-то не перемаринуй! Я же вижу, как он на тебя смотрит. Ты уже один фиг — свободная женщина. С Лешкой у тебя все окончательно и бесповоротно закончилось, а Мишаньке ласка нужна. Ну, не будете вы пока чпокаться тютелькой в тютельку, но поваляться в обнимку, поцеловаться от души нужно… А там, глядишь, и договоренности ваши пойдут побоку. Все же взрослые люди, тебе невинность беречь не нужно. И Мишка не из той категории, что поматросил и бросил. Стал бы он из-за пары-тройки потрахушек с тобой между городами мотаться, мужа твоего мутузить, да еще и подружку твою прибабахнутую у себя селить! Сама подумай.

Тая права. Я прекрасно все понимала, что она говорит, но при всем желании — это было неосуществимо. Пока. Странная из меня получалась партнерша для секса: одна нога в пластиковом корсете, а чуть тронь, так сразу больно. Об этом я сказала Тае, но столь веский довод ее не убедил. Она твердо заявила:

— С этой ночи я живу у Никиты. А ты тут отмазки придумываешь, потому что боишься остаться ночью с Мишаней наедине. Просто у тебя другого мужика, кроме Лешки не было, вот ты и трусишь. Хватит! Привыкай к новому мужу.