Глава 4

– Котёнок, – Виктор присаживается на краешек кровати и легонько поглаживает меня по ноге. – Ты весь вечер на кровати лежишь. Может всё-таки сходим куда-нибудь? Поворачиваюсь лицом к жениху и сильнее кутаюсь в одеяло. Низ живота ноет, будто кто-то невидимый вонзает свои когти и проталкивает всё глубже и глубже. По спине пробегает холодная испарина. Кажется, у меня поднялась температура. – Точно не сегодня. Я себя чувствую неважно, – отвечаю я и прихватываюсь за них живота. – Завтра же пойдёшь в больницу и никаких потом, – строго заявляет мужчина. Наш диалог прерывает громкий рингтон мобильника. Виктору кто-то звонит. – Прости, родная, это по работе, – отвечает мужчина и уходит разговаривать в коридор. Нервно сглатываю. Раньше Виктор не стеснялся разговаривать по телефону в моём присутствии. Сколько помню, он ни разу не уходил, ни разу не прятался. На слегка трясущихся ногах бесшумно подкрадываюсь к входной двери и вслушиваюсь в разговор мужчины. – Ты хочешь, чтобы я сейчас приехал? Настолько не терпится? – моего слуха касается приглушённый голос Виктора. – Не терпится… – одними лишь губами произношу я и, прилипнув ухом к входной двери, пытаюсь расслышать голос жениха. – Хорошо, я сейчас приеду. Но только недолго, до полуночи, моя себя плохо чувствует. Сердце пропускает очередной удар и уходит в пятки. Виктор собирается уйти неизвестно куда до самой ночи… Хоть что тут гадать. К любовнице он пойдёт… Руки невольно начинают дрожать. – Нет! – гоню от себя дурные мысли. Любовницей может оказаться кто угодно, но точно не моя родная сестра. Это просто череда чудовищных совпадений и не более. Громкие шаги Виктора заставляют прийти в себя и быстро ретироваться под одеяло. – Котёнок, ты как? – обеспокоенным голосом спрашивает Виктор. – Болит, – протягиваю в ответ, сворачиваясь в позу эмбриона. – А ну-ка покажи, где болит. Виктор стягивает с меня одеяло в сторону. – Тут, – тыкаю пальчиком в низ живота. – Матка, значит, – задумчиво произносит Виктор. – Понятно, завтра помимо анализов ещё и к гинекологу сходишь… Нет! Кричит всё внутри меня. Никаких анализов, никакого гинеколога, пока я на все сто процентов не буду уверена, что Виктор верен мне. – Это месячные. Вот-вот начаться должно, – нагло вру. – Цикл сбился, значит, – качает головой. – Тогда тем более надо к гинекологу. Ты не забывай, что сразу после свадьбы мы начнём пытаться зачать. О здоровье надо думать, Котёнок. Молча киваю и прикусываю язык. Кажется Виктор мне поверил и не догадывается, что я беременна. – Котёнок, у меня срочные дела в офисе появились. Вопрос с постройкой медгородка надо решить сегодня. – Ты сейчас бросишь меня и уедешь? Уже девять часов. Какая может быть работа на ночь глядя? – перебиваю мужчину на полуслове. – Очень важная работа. Вопросы, касающиеся многомиллионных инвестиций, не терпят отлагательств! – басом отрезает Виктор и с осуждением смотрит на меня. – В общем, я погнал. Ты, если что, звони. Окей? – Окей, – слабым голосом отзываюсь я и смотрю в горящие пламенем глаза любимого. – Ты надолго? – Не особо, к полуночи постараюсь управиться. – К полуночи?! – выкатываю глаза от удивления, будто бы и не слышала его разговора по телефону. – Ты никогда так поздно не задерживался на работе… – Да, к полуночи! Я раньше никогда медицинский городок на более чем пять тысяч сотрудников не строил. В общем, не жди меня. Ложись спать! – строго проговаривает мужчина и, не дав вставить мне и слова, выходит из спальни. В горле застревает комок, а в глазах начинают собираться слёзы. Мне казалось, что я знаю своего мужчину лучше всех, но теперь я сомневаюсь в каждом его слове… На работу он поехал. Не верю! К любовнице развлекаться удрал! Поэтому и в коридор вышел, чтобы я только не слышала его диалога. Мой разум рисует картины, от которых становится тяжело дышать. Он – мой жених, и она – моя единственная родная сестра… Нет, этого просто не может быть. Это просто больная фантазия! Громкий хлопок входной двери приводит меня в чувства. Виктор скорее убежал обжиматься со своей ненаглядной любовницей… В комнате становится невыносимо душно. Я встаю с кровати и начинаю ходить из угла в угол, надеясь, что движение поможет унять боль внизу живота. Воспоминания нахлынули волной: наши прогулки по набережной, его крепкие объятия, шёпот тёплых слов на ухо, смех. Как же сладок был этот момент безмятежного счастья. Но теперь всё это кажется таким далёким и недосягаемым… Я подхожу к окну и смотрю на тёмное небо. Тяжёлые тучи собираются на горизонте, предвещая бурю. Ровно такая же буря разворачивается в моей душе. Что же ждёт меня завтра в кабинете моего мужчины? А если я и в самом деле застану своего жениха с родной сестрой? Что тогда? В комнате начинает сгущаться вечерний полумрак. Я поднимаю рубашку Виктора, небрежно брошенную на стул. Мои пальцы ласково поглаживают мягкую хлопковую ткань. Но вдруг что-то привлекает мое внимание – алое пятно на воротнике. Я подношу рубашку ближе к лицу, и мое сердце пропускает удар. След от губной помады… Красной губной помады. Той самой помады, которую использует моя сестра. Оттенок просто один в один… Меня охватывает холодный ужас. Сердце начинает бешено колотиться, и в голове проносятся мириады мыслей. Я не могу поверить тому, что вижу перед собой. Почему? Неужели Мария всё-таки обманула меня? Но как такое возможно? Она же помогала мне узнать имя любовницы… Да и сообщения приходили, когда сестра была рядом со мной. В горле застревает ком, а на глаза наворачиваются слёзы. Я чувствую, как пол уходит из-под ног. Воспоминания нахлынули волной: Мария недавно приходила к нам на ужин, Виктор был особенно приветлив с ней. И более того, он откуда-то знает, где место её работы… Всё, что раньше казалось милым и безобидным, теперь обрело другое значение… Мои пальцы дрожат, и я не могу отвести взгляд от этого несчастного следа губной помады на воротнике. В голове звучат вопросы: что теперь делать? Неужели это она писала все эти сообщения? Я подношу рубашку к лицу и в нос пьёт до боли знакомый аромат женского парфюма. Именно такие духи я дарила младшей сестре на её двадцатипятилетие…