Глава 12

– Не понимаю, с какой такой стати ты съехала с квартиры, когда пусть бы он шел лесом! – негодовала сестра. – Сонь, он никуда не собирается съезжать. А думаешь, просто видеть его, слышать и отбиваться от приставаний? Он же почему-то считает, что стоит затащить меня в кровать, и у меня тут же память сотрется, – ковырялась я вилкой в плове, который приготовила сестра. – А если он шмару свою притащит? – Да плевать… Все равно продавать придется. – Так легко сдашься? – Сонь, ты хоть не начинай! И так тошно. У меня знаешь как в груди все горит и болит? А видеть его постоянно – это же лезвием по свежим ранам! Зачем мне это? Не хочу… – До сих пор не верю, что Тим с тобой смог так поступить, – сокрушалась сестра. – Смог, – горько усмехнулась. – И, кажется, сам не считает, что совершил что-то ужасное. – Эта коза сейчас обрадуется, что ты с горизонта убралась, и по полной начнет окучивать Тима. – А зачем мне такой муж, который поддается окучиваниям другой женщины, м? Вот скажи, зачем мне это? Ждать, придет ли домой или не придет? И постоянно думать, где был, с кем был, что позволил себе? – Мне так жаль, Дань, – внезапно всхлипнула сестра. – Мне правда так жаль, – начала она плакать. – Сонь, ты чего? – испугалась я, увидев сестру такой. Она ведь плакала только у мамы на похоронах, а любые жизненные проблемы воспринимала стойко. – Вы ведь для меня примером настоящей любви всегда были! – начала рыдать в голос сестра, а по щекам стекали крупными каплями слезы. – Я же ни на мгновение не сомневалась, что до старости вместе будете! О какой любви может идти речь, если даже вы не справились! – уткнулась лицом в ладони сестра, сотрясаясь всем телом. – Сонь, ну ты чего, – я подсела ближе к ней, обнимая. – Если у нас не вышло, не значит, что то же самое случится с тобой. Есть хорошие, верные мужчины. И ты обязательно встретишь такого! – гладила ее по голове, прижимая к себе. – А ты? – не могла она успокоиться. – А я попробую жить самостоятельно. Я ведь одна никогда не была. Буду жить для себя, – попыталась рассмеяться. Я ведь и правда не знала, что значит быть без мужчины. Тимур у меня первый и единственный со старших классов. Мы во взрослую жизнь шагнули вместе и шли рука об руку, прикрывая тыл друг друга. И как жить, не оглядываясь на мужчину рядом, не дожидаясь от него помощи, я не знала. Но была уверена, что обязательно с этим справлюсь. – Все будет хорошо, – не знала, для кого говорила эти слова, для сестры или для себя, но всхлипывания прекратились, и Соня отстранилась от меня, вытирая слезы. – Прости, развела тут мокроту. Сейчас приведу себя в порядок – и на работу. – У меня тоже сегодня стоят вечерние пары. – И ты поедешь в таком состоянии в университет? – удивленно посмотрела на меня сестра. – Мне нужно как-то отвлечься, – я встала, убирая со стола за собой тарелку. – Если буду сидеть в четырех стенах, то не перестану себя жалеть. И в конечном итоге сойду с ума. – Наверное, ты права, – замерла в дверном проеме сестра. – Справимся и без него! – вскинула подбородок и спряталась в глубине квартиры. – Справимся, – я оперлась на столешницу у раковины, восстанавливая дыхание и смаргивая накатившиеся слезы. – Обязательно справимся. – Здравствуйте, Дарья Макаровна! – улыбнулась декан, увидев меня в тот момент, когда я после пары выходила с кафедры. – Людмила Николаевна, здравствуйте! – кинула взгляд поверх ее плеч и встретилась с пристальным взором серых глаз. – Алексей Александрович, – кивнула одному из главных спонсоров университета. Высокий широкоплечий блондин, а по совместительству миллионер и филантроп, давно стал предметом воздыхания всего женского состава университета. Но сколько бы женщин ни пыталось зацепить его хоть чем-то, ни с кем он не переходил рамок делового общения. Еще бы! Зачем ему какие-то преподавательницы, когда на фотографиях в сети рядом с ним сплошь модели и актрисы. – Здравствуйте, Дарья… Макаровна, – Морозов произнес мое имя так, будто смаковал его на вкус. – Уже убегаете? – окинул меня взглядом с ног до головы, тем самым вгоняя в краску. – Заскочила после пар на минутку, чтобы перекинуть материалы статьи, – кивнула на кафедру, где стоял мой рабочий компьютер. – А мы как раз с Алексеем Александровичем собираемся пить чай и обсудить, какое оборудование требуется обновить в кабинете аудирования, – сегодня женщина явно была в настроении, и это радовало. Никто не любил попадаться на глаза нашему декану, потому что очень редко у нее находились добрые слова не только для студентов, но и для преподавателей. – Присоединяйтесь к нам. – Простите, Людмила Николаевна, но сегодня никак не могу. – Очень жаль, – продолжала улыбаться она, будто и не заметив моего отказа. Значит, не особо сильно хотела видеть меня за чаем. – Действительно, очень жаль, – добавил Морозов, продолжая сверлить меня глазами. – Всего доброго, – кивнула им на прощание и поспешила к выходу. – До встречи, Дарья, – крикнул вслед мужчина, но я никак не отреагировала на это. Пока шла до стоянки, пыталась убедить себя, что мне померещились многозначительные взгляды и намеки Морозова. С чего вдруг ему проявлять ко мне интерес, когда я глубоко замужняя женщина? Была замужней… Вспомнила, что так и не отправила заявление на развод. Решила сделать это немедленно, как только окажусь в машине. Но не успела я нажать на кнопку на брелоке сигнализации, как увидела рядом со своим автомобилем высокую брюнетку, сидящую на бампере моей машины, как на своем. – Что ты здесь делаешь? – щеки мгновенно вспыхнули, стоило увидеть эту профурсетку. – Как что? – усмехнулась Виктория. – Жду тебя. Мне кажется, нам есть о чем поговорить.