58 глава

Оля

Я стояла за стеклом, которое с моей стороны было прозрачным, а со стороны допросной выглядело как зеркало. Сюда меня привёл Никита. Я помнила его ещё со времен университета. Они с Юрой учились вместе. Хороший парень.

Позвонил неожиданно утром и предложил приехать, понаблюдать за допросом, если я захочу. И я не отказалась. Юре говорить ничего не стала, и удалось не пересечься с ним, когда приехала.

Так что всю очную ставку я находилась совсем рядом, хоть об этом и почти никто не знал. Сейчас же можно было бы уже уйти, но я как прибитая стояла и слушала разговор мужа с Никитой.

Вообще, после очной ставки у меня осталось много смешанных чувств. С одной стороны, получалось, что Юра мне, вроде бы как, не изменял. Но с другой…

Всего, что было, могло просто не случиться, не поведи он себя так, как повёл. У меня оставалось слишком много вопросов.

Зачем он согласился на обед со Светой? Зачем пил в день корпоратива? Что за обнимания со Светой были у него в офисе, которые застал наш сын? И я же сама слышала, как девушка на работе мужа говорила, что видела, как Юра со Светой скрылись в его номере. А сейчас получалось, что его в номер затащили…

Но, если с предыдущими вопросами я ещё могла как-то жить, попытаться получить на них ответы, то мучило меня другое. То, как Юра отреагировал, когда я всё узнала.

Я считала, что мы доверяли друг другу, а он стал скрытный, озлобленный, и эти его слова про то, как я собираюсь обеспечивать Тимофея… До сих пор стояли комом в горле. Даже если он сказал это в сердцах, наверное, это задело меня больше всего.

Потому что можно обижать меня, не любить, выбирать другую, но сын! Тимофей был его сыном! Как он мог пытаться манипулировать мной с помощью него?

На словах Никиты о том, чтобы Юра не упустил своё солнце, у меня на глаза выступили слёзы. Я уже несколько дней не плакала, что было почти рекордом, учитывая моё состояние, гормоны беременности и то, что происходило в нашей жизни.

Никита с Юрой ещё немного поговорили по делу, и знакомый мужа вышел из допросной, оставив Юру одного. Всё закончилось.

Свете и её мужу грозил тюремный срок, а их дочку должны были передать бабушке, которая собиралась оформить опекунство. Но, понятно, что необходимый уход и реабилитацию она вряд ли смогла бы обеспечить. Не говоря уже про школу, в которую сейчас ходила девочка. Она стоила дорого.

Юра встал со стула, убрал руки в карманы джинсов, в которые был одет сегодня, и повернулся к зеркалу, с противоположной стороны которого стояла я. Он этого знать не мог, но на секунду мне показалось, что он видит меня, и я даже стушевалась немного, сделав шаг назад.

Но муж смотрел несколько секунд, потом опустил глаза в пол и тоже вышел. Теперь на два помещения я осталась одна.

- Ольга, Юра только что уехал, так что вы можете выходить, если ждали, пока он уйдет. – Зашёл в комнату, где я находилась, Никита.

- Да, спасибо. Спасибо большое, что организовали моё присутствие тут, для меня это было важно.

- Да мне было не сложно. – Кивнул мужчина. – Постарайтесь не рубить с плеча. Я вот так развёлся, а теперь жалею. Память такая странная штука, всё плохое стирает, в воспоминаниях только хорошие моменты остались. Приезжаю теперь к дочери раз в месяц, чаще не получается, а этого так ничтожно мало. И в такие моменты думаю, что ради того, чтобы хотя бы быть ближе к ребёнку, стоило попытаться перебороть себя.

- Может, ещё не всё потеряно? Вы всегда можете попытаться снова сойтись с женой.

- Там уже поезд ушёл. Она второй раз замуж вышла. А у вас ещё все возможности сохранить брак есть.

На обратном пути домой я всю дорогу обдумывала слова Никиты. Я сомневалась, не знала, что делать. Сомнения грызли меня изнутри.

В момент, когда я узнала, что Юру могли посадить, я очень испугалась. Тогда я подумала, что, может, и могла бы простить. А сейчас, когда всё немного успокоилось, опять была не уверена.

На подъездной дорожке у дома стояла машина Юры. Он опередил меня и приехал раньше. Значит, сразу из участка помчался сюда.

В машине никого не было, и я зашла в дом, откуда до меня донеслись голоса Юры и Тимофея. Они услышали, как хлопнула дверь, и вышли через несколько мгновений в прихожую.

- Привет! Я приехал, Тимофей и мама твоя меня внутрь пустили, накормили обедом даже. Звонил тебе, хотел узнать, где ты, но ты не отвечала.

- Отъезжала по делам. Как всё прошло?

Лицо Юры осветилось радостью, он явно хотел поделиться со мной результатами очной ставки, которые я знала и без него.

- Поговорим в нашей старой спальне? – Спросил он.

- Давай лучше на кухне. – Не согласилась я. – Я попрошу сейчас маму с Тимом перейти в гостиную пока.

Мама очень выразительно на меня смотрела, показывая на Юру взглядом, но я лишь закатила глаза, попросив её выйти и сказав, что нам с Юрой нужно поговорить.

- Я тебе не изменял, Оля. Между нами со Светой ничего не было. Если не веришь, я могу попросить видеозапись с очной ставки. – Первое, что выдал муж, когда мы остались одни.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍- Не надо. Я верю тебе и так.

- Я ожидал… какой-то более бурной реакции. – Нахмурился Юра. – Ведь если измены не было, то развод отменяется, так?

- Я не знаю. Понимаю, что это глупо, иррационально, но прямо сейчас я не могу представить, как мы будем с тобой снова вместе. Мне нужно время. Чтобы понять, готова я тебя простить или нет. Потому что меня обидел не только тот факт, что ты мог изменить мне со Светой, а в большей степени, что ты утаил от меня то, что вообще общался с ней, не уволил, когда я просила, и вообще вёл со мной себя как… плохо, в общем.

- Но на меня столько всего навалилось, я просто…

- Я всё понимаю, Юра. Но мне от этого не легче. В следующий понедельник назначено заседание суда по разводу, вот тогда и встретимся. А пока, я думаю, каждому из нас нужно побыть в одиночестве, чтобы всё обдумать и взвесить.

- Но я не хочу больше быть один! Я так мечтал снова быть с вами…

- Давай хоть раз в жизни сделаем то, что хочу я, а не ты.