Глава 46

— На, читай, — бросает мне Сава, как только я сажусь в его машину.

В воздухе витает напряжение. Давит, оседая на мои плечи. Никогда ничего подобного не чувствовал в присутствии друга. А теперь вот… даже не знаю, о чем с ним говорить. Неприятное чувство. Но и притворяться, что все в порядке, не могу. Не умею… не с ним… Его глаза смотрят прямо, но я вижу в них надрыв… ту боль, что я испытываю и сам, находясь рядом.

— Что это? — неохотно беру из его рук папку, хотя и сам прекрасно знаю, что это, вернее догадываюсь. Компромат. На Злату. По другой причине он бы не приехал.

Устало вздыхаю. Меня эта ситуация бесит.

Я понимаю, что мое бегство от действительности, когда все летит к херам, как никогда требует моего личного внимания. И хорошо бы еще присутствия. Мне как никогда нужно действовать, вести переговоры, что-то делать. Но я не хочу. Впервые ничего не хочу. Хочу жить как обычный человек, а не оглядываться каждый раз, ожидая угрозы.

Совесть противно свербит, напоминая мне, что от прошлого, которое еще пока мое настоящее, не убежишь. Нужно сначала поставить все точки над «и» и оборвать концы. Закончить все дела и лишь потом мечтать о будущем.

Я и так успел урвать себе немного времени. Отсрочить неизбежное. Пора возвращаться.

— Я хочу, чтобы ты внимательно изучил эти документы.

Во взгляде друга плескается непоколебимая уверенность, а еще упрек, который поднимает со дна моей темной души протест. Я не хочу окунаться в это дерьмо. Не хочу, млять, разрушать то, что и так строилось как попало. Мое отношение к Злате… Внутри все дрожит от ощущения краха. Я знаю, что, если открою эту гребаную папку, все полетит в бездну… с огромной высоты. С бешеной скоростью. И меня за собой потянет, разрывая сердце в хлам. Всего меня вдребезги.

Подушечки пальцев неприятно покалывает.

Тарабаню по белоснежному картону. В унисон со стуком собственного сердца.

— Ты уверен, что мне это будет интересно? Или не все известно? Я же не сидел здесь без дела.

Сава взрывается… словно я взял и переключил его какой-то предохранитель. Весь вытягивается как струна. Вены на шее вздуваются. Взгляд такой… что и меня пронимает всего. Я знаю, что он на грани… и сам в таком же состоянии.

— Да, млять… Влад… ты совсем со своей сучкой ничего не видишь… я жопу рву, решая наши проблемы. Ты ни хрена не знаешь. Иначе бы не сидел вот так спокойно. Тебе не то что бы должно быть все это важно. Ты все это затеял… Ты.

Лицо Савы покрывается алыми пятнами. Глаза горят.

— Вот скажи мне, Горький. Я хоть раз тебя подводил?

Судорожно сжимаю папку, понимая для себя, что мой единственный друг сотню раз прав.

— Давал повод во мне сомневаться? — остервенело, искажая свои губы в нервном оскале, приближается к моему лицу, глядя прямо в душу. — Реши, пожалуйста… ты со мной или нет. Иначе… — пальцами зарывается в рыжие волосы. Так он принимает для себя тяжелое решение. — Я все оставлю как есть. Не буду бесконечно прикрывать твою задницу и срываться по любому поводу.

Бьет себя по коленям.

— Ты понимаешь, что на тебя готовится облава. Со всех сторон. И мне уже нечем крыть… только этим.

Кивает на папку, выбивая из меня воздух.

Я просто соглашаюсь с ним, не в силах спорить или что-то доказывать. Не вижу смысла. И так знаю, какой будет цена моему сумасшедшему желанию обрести свое счастье. И тот следователь из прокуратуры не в силах изменить финал. Никто не в силах. Нужно придумать план, как уберечь Злату. Как огородить ее от этой грязи.

А самому…

Беру папку и просто выхожу из машины, оставляя друга один на один со своим гневом.

Планирую подняться в наш номер…

— Влад, — окрикивает меня Елена… — Я в ванной комнате нашла… это твое или Златы?

Забираю из ее рук флешку. Златы, наверное. Она была на втором этаже.

Верчу темный пластик в руках. Меня всего подначивает посмотреть ее содержимое. Но что-то внутри меня упорно тормозит мой порыв.

В голове полная каша.

Нет… нужно брать себя в руки. Нужно наконец все закончить. А для этого придется просмотреть чертову папку, позвонить на нужные номера… и сделать все, чтобы, когда все рухнет, ни в коем случае не зацепило ни Злату… ни Саву.

Только я за всё отвечу.

Заворачиваю за угол. Там, в гуще деревьев, у хозяев этого загородного отеля есть собственная беседка. Прямиком направляюсь к ней.

Вытягиваю ноги, расположившись на невысоком диванчике, и открываю злосчастную папку, вчитываясь в текст.