16. Миссия (не)выполнима

После третьего гудка друг берёт трубку.

-Привет, сладкая. Чем обязан?

- Мне очень нужна твоя помощь, — перехожу сразу же к делу.

- О как?! Я всегда к твоим услугам. Но говори быстрее, я бегу на совещание. Что нужно сделать? — торопливо спрашивает друг.

- Ты можешь увести родителей из дома, сегодня вечером?

- В этом нет необходимости. Они уехали в санаторий, — уверенно отвечает Алекс.

- Отлично, — выдыхаю и, покусывая губы, продолжаю: — Тогда пункт два. Нужно, чтобы ты провёл с Демидом время, вне дома, а потом… потом…

Мне неловко просить его об этом. Учитывая наше прошлое. Хоть мы и остались друзьями…

- Привёл его и свалил? — перебивает Алекс серьёзным тоном.

- Неловко просить тебя об этом…

- Да, ладно, Гартман, прекрати. Затащу брата в бар на пару бокалов горячительного. А потом привезу домой и исчезну. К полуночи, нормально? — невозмутимо перебивает меня парень.

- Да. Спасибо, — смущённо благодарю друга, прощаюсь и сбрасываю вызов.

Конечно, мне всё это даётся нелегко. Я никогда и никому не устраивала свиданий. Обычно их устраивают для меня. Но если это поможет вернуть мужа, то я переступлю свою гордость и сделаю это.

***

Почти полночь. Окидываю придирчивым взглядом гостиную Савицких.

По всей комнате расставлены свечи. Они создают интимный полумрак и настраивают на романтический лад.

Тихо играет лёгкая, чувственная композиция.

Уютно потрескивает камин.

По всему журнальному столику расставлены закуски. Сырная и мясная тарелки, фрукты, канапе на любой вкус.

Рядом со столиком, на специальной подставке, красуется ведёрко с охлаждённым шампанским. Пить его я не собираюсь, лишь сделаю вид.

Беру с тарелки клубничку, отправляю её в рот и удовлетворённо шепчу:

- Кажется, всё готово…

Подхожу к двери и, смотрясь в большое зеркало, изучаю себя.

Длинные, распущенные, уложенные волнами волосы.

Лёгкий макияж.

Чёрное платье на тонких бретельках. В нём я была, когда у нас с Демидом был первый раз.

Тонкие чулки подчёркивают стройные ноги, а высокие шпильки добавляют рост.

С довольной улыбкой поглаживаю, практически плоский животик.

У входа раздаются знакомые, мужские голоса. Поднимаю глаза к потолку и одними губами шепчу: “Спасибо”.

Делаю несколько шагов назад, но всё равно слышу весёлый голос Алекса:

- Ты иди домой, а я вернусь в бар. Там одна красотка подмигивала мне. Возьму телефончик. Вдруг пригодится?!

- Да у неё просто был нервный тик. — подкалывает брата Демид и удивлённо продолжает: — К тому же она уже уехала, скорее всего. Будет она тебя ждать?!

- Может, и тик. Но вызван он моей нереальной красотой и ошеломительной харизмой. А значит, она ещё там, ждёт меня и надеется на встречу — смеясь, отшучивается друг.

Демид недовольно бубнит и подходит к двери:

- Да-да… Вали уже… А ещё меня называет идиотом…

Отмираю. На цыпочках крадусь в гостиную и прячусь за колонну недалеко от входа.

Привлечённый музыкой и светом, исходящим от подрагивающих свечей, Демид проходит в центр комнаты. Осматривается.

Преодолевая внутреннюю дрожь, уверено цокая каблучками, выхожу из своего укрытия. Тихо говорю:

- Сюрприз!

Демид разворачивается. Окидывает меня жадным взглядом с головы до ног. В океане его серо-голубых глаз плещутся различные эмоции. Очень хочу верить, что ему нравится, то, что он увидел, и он не выставит меня за дверь.

Не прекращая на меня смотреть, муж резко проводит рукой по волосам и решительно направляется в мою сторону.

Инстинктивно делаю шаг назад и упираюсь спиной в стену. В метре от меня Демид замедляется, а сократив расстояние до полуметра, и вовсе останавливается.

Я с наслаждением, вдыхаю его мужественный запах. Лёгкие нотки мускуса, сандала, табака и виски кружат мне голову.

Муж смотрит на мои губы, начинает наклоняться. Меня бьёт мелкая дрожь. Сейчас он меня поцелует. Я таю от предвкушения. Так соскучилась по его нетерпеливым, требовательным губам. Прикрываю глаза.

Рядом с моим ухом раздаётся шёпот:

- Неплохая попытка, малыш. Жаль, что ничего не выйдет…

Удивлённо распахиваю глаза.

Как это не выйдет?! Да как он смеет?! Это мы ещё посмотрим…

Быстро спускаю лямки и выскальзываю из платья. Внимательно смотрю на мужа.

Сжав челюсти, Демид голодным взглядом скользит по моему телу. По ключицам, обнажённой груди, останавливается на торчащих сосках.

Нервно сглатывает, и его взгляд опускается ниже к поясу для чулок с бантиками. Его любимый, от которого у него всегда, цитирую “сносит крышу”.

Но когда его взгляд касается моего ничем не прикрытого, гладкого лобка, он издаёт рык, рукой хватает меня за талию и с силой прижимает к себе.

Демид утыкается мне в висок. Тяжело дыша, вдыхает мой запах. Его твёрдые пальцы больно сдавливают кожу. Ещё чуть-чуть и начнут хрустеть кости. Но я не издаю ни звука. Даже не дышу.

Мы оба замерли и боимся пошевелиться. Демид борется с собой, а я жду. Жду, что он сдастся.

Вдруг Демид резко бьёт кулаком в стену. Этот запрещённый приём отрезвляет его, и муж отстраняется от меня.

Поднимаю глаза. Смотрю ему в лицо. Снова эта холодная маска. Чёрт! Это просто невыносимо!

- Чего ты добиваешься, Ида? — спокойным тоном, режет меня на части.

Молчу. Только пристально смотрю ему в глаза. А Демид продолжает:

- Чтобы я хотел тебя? — и, повышая тон, добавляет: — Так я пи*дец как хочу. О*уеть как хочу тебя трахать! Но не буду. Потому что это ничего не изменит. Будет только больнее.

А мне уже очень больно. В душе просто месиво. Он сейчас от меня отказался.

Муж делает шаг назад и отворачивается. Я наклоняюсь, поднимаю платье с пола. Прикрываясь, прижимаю тонкий материал к себе и тихо говорю:

- Тогда, может быть, мы поговорим…

Демид разворачивается, смотрит на меня и серьёзно говорит:

- А смысл? Что ты мне скажешь, Ида? Скажешь, что ты меня любишь?

Опускаю глаза. Я не могу. Он только что отверг меня. А я призна́юсь в любви?! А если и так… Я наступлю гордости на горло. Скажу, а он снова отвернётся? Я тогда умру от боли.

- Так, я и думал!.. Поехали, я отвезу тебя домой — разрывая моё сердце на части, печально произносит Демид.

Мои глаза наполняются слезами. Боль давит на грудь. Да, я сделала это чтобы он знал, хочу вернуть его. Но быть отвергнутой просто невыносимо. Это унизительно. А ещё гормоны усиливают все эмоции в тысячу раз.

- Пошёл ты! Мне от тебя больше ничего не нужно! — гневно шиплю, швыряю платье в Демида и наблюдаю, как оно медленно сползая, падает на пол.

- Вот видишь… — подливает масло в огонь.

- Ненавижу! — выдыхаю, переступаю платье, обхожу мужа и яростно накидываю пальто на практически голое тело.

Затягиваю пояс. Разворачиваюсь и иду к выходу. Хочу быстрее покинуть это место. Место, в котором всё началось и, видимо, всё закончится.

- Подожди, Ида. Я отвезу тебя. Куда ты в таком виде?! - говорит Демид, надевает своё пальто и идёт за мной.

Я разворачиваюсь, злобно говорю:

- Не ходи за мной, Савицкий! Я тебя ненавижу! — и устало продолжаю: — Теперь ты доволен?

- От ненависти до любви один шаг. Так я думал раньше. Теперь не тешу себя иллюзиями… Может быть, так будет лучше, — задумчиво произносит Демид.

Снова закипая, произношу:

- Да ты философ?! Вот сиди дома и философствуй дальше. Пока у тебя не отсохнет… всё. И если ты думаешь, Демид, что я буду за тобой бегать, ты глубоко ошибаешься. Я и так… и так…

Слёзы встают вязким комом в горле. Нет, я не буду унижаться ещё больше. Делаю глубокий вдох, медленно выдыхаю.

Вскидываю подбородок и безапелляционным тоном заявляю:

- Если любишь, то вернёшься ко мне, если нет, то к чему мне что-то тебе доказывать.

Разворачиваюсь, открываю дверь и выхожу на морозную улицу. С гордо поднятой головой подхожу к воротам. Демид останавливается рядом. Поворачиваю голову вполоборота и устало говорю:

- Я же сказала, чтобы ты не ходил за мной…

- А я сказал, что отвезу, — твёрдо заявляет Демид.

Разворачиваюсь, встаю напротив мужа, внимательно смотрю на него. Опускаю глаза и натыкаюсь на его разбитую руку, сжимающую моё платье. Снова смотрю ему в лицо и строго говорю:

- Я не сяду к тебе в машину. Ты пил.

- Я на такси тебя отвезу, — говорит Демид и достаёт телефон из кармана.

Скрещиваю руки на груди, закатываю глаза и с притворным восхищением произношу:

- Да ты ещё и рыцарь! — меняю интонацию и спокойно спрашиваю: — А тебе не всё ли равно, Савицкий? У меня складывается мнение, что тебе на меня абсолютно пофиг.

Демид убирает телефон в карман и невозмутимо говорит:

- Нет. То, что я не стал тебя трахать, Ида, не означает, что мне на тебя пофиг.

Я открываю рот, чтобы в очередной раз сказать, как сильно я его ненавижу. Но слышу шум колёс подъезжающего такси. Мы выходим за ворота. Демид усаживает меня в машину и садится рядом.

Внутри меня всё кипит. Хорошо, что наш коттедж недалеко от особняка Савицких и ехать до дома всего 10 минут.

Демид внимательно смотрит на дорогу. Он почти всегда так делает, хоть и не за рулём. А я пишу сообщение Алексу, что он может возвращаться домой.

Убираю телефон в карман и усаживаюсь поудобнее, нога на ногу. Пальто распахивается. Демид переводит взгляд на мои ноги. Поправляю плотную ткань, пряча их от бесстыжих глаз.

Нечего пялиться, раз не собираешься закинуть их к себе на плечи. Боже, что я несу. Стала пошлячкой, как Савицкий?

Просто скучаю по прежнему Демиду. Этот холодный и бесчувственный — бесит!

- Приехали, Ида. Выходи. Не забудь платье. — вырывает меня из гневных размышлений голос мужа.

Он стоит, придерживает дверцу автомобиля и протягивает мне руку. Игнорирую его вежливый жест и без его помощи вылезаю из машины. Забираю платье и прошипев:

- Ненавижу! — иду в сторону своего дома.

- Я понял, — доносится до меня.

Прохожу в дом, включаю свет, выглядываю в окно. Демид садится в такси, машина трогается с места, и он уезжает.

***

Через несколько дней после неудачного свидания я сдаю анализы, в клинике.

Я больше не злюсь на Демида. Но и никаких попыток к сближению больше не предпринимаю. Как я уже сказала, если любит, то вернётся…

Продолжаю жить, работать и заботиться о своём малыше.

После всех процедур выхожу на промёрзшую, скользкую улицу. Кутаясь в светлый, длинный пуховик, подхожу ближе к дороге и начинаю вызывать такси.

На улице холодно и скользко, и, как назло, в приложении написано, что машину ждать мне придётся целую вечность.

Мимо меня проезжает знакомый, тёмно-бордовый автомобиль, за рулём, которого сидит Демид и с удивлением смотрит на меня. Муж резко даёт по тормозам, сдаёт немного назад.

Останавливает машину рядом со мной, наклоняется, открывает мне пассажирскую дверь и громко говорит:

- Ида, привет. Садись. Поедем вместе на работу.

Я с облегчением, отменяю вызов и усаживаюсь в машину. Опускаю капюшон, обрамленный пышным, искусственным мехом, и поправляю причёску.

Прежде чем тронуться, муж косится на мои голые кисти, стискивает зубы и молча, делает температуру в салоне автомобиля чуть теплее.

Вспоминаю, как раньше, Демид брал мою руку и с нежностью целовал кончики пальцев. Грел мои холодные ладошки своим дыханием…

Боже! Как же я скучаю по нему. По его губам, по нежным прикосновениям его пальцев…

Перевожу взгляд на его сильные руки, крепко и уверенно сжимающие руль автомобиля. Залипаю на его сосредоточенном лице…

Мы останавливаемся на светофоре, Демид поворачивается ко мне и с искренним интересом в глазах спрашивает:

- А что ты там делала?