Глава 14

Мы с Егором молчим. Я не хочу оправдываться, а он не настаивает. Объясняться сейчас не вижу смысла, потому что единственные отношения, которые есть в моей жизни теперь – месть бывшему мужу и его любовнице. Раз к Егору вернулась память, он должен понимать это. – Как продвигается ваше дело? Ты уехала, и я столько раз хотел позвонить, но не навязывался. Решил дать тебе время. Кстати, поздравляю. Ты уже практически не хромаешь. Выпила лошадиную дозу обезболивающих утром, но Егору совсем необязательно это знать. Не хочу, чтобы он переживал за меня. – Спасибо. Мне действительно стало легче. Что по поводу дела… медленно, но в верном направлении. Егор, мне жаль, что твоих родителей тоже убили, но разве это повод продолжать враждовать с братом? Вы с Владом тянетесь друг к другу… – Лисса, не начинай, пожалуйста. Мой брат сделал неправильный выбор. Он и сейчас продолжает врать. Зачем он заставил тебя представиться моей невестой? – Он не заставлял… просто попросил. И я тоже вру. Если бы Влад просто попросил, я бы сразу отказалась, но нет… он хотел получить мою актёрскую игру в обмен на оказываемую им помощь. Отказался бы продолжать, если бы я сразу заявила, что расскажу Егору правду? – А ты согласилась? – Как видишь – нет. Я же рассказала тебе правду, уверенная в том, что ты ничего не помнишь. Егор, в другой ситуации… возможно, я притворилась бы. Есть шансы, что у нас даже получилось бы что-то. – Тсс! – мужчина сжимает мою руку и с нежностью смотрит в глаза. – Не говори ничего. Мы не знаем, как всё сложится дальше. Не следует зарекаться. Как бы то ни было, я благодарен, что ты не стала скрывать от меня правду. А мой брат… он снова решил, как проще и лучше будет для него. Он до сих пор не признал своей вины, считает, что поступил правильно в прошлом. – Ты сам хотел совершить отмщение? – Влад был не при чём… не ему нужно было окунаться в эту грязь. Это я должен был отомстить, восстановить справедливость. Однако решение моего брата изменило многое. Оно изменило Влада в первую очередь. – Вы можете исправить всё вместе. Ты тоже огородился от своего брата… Это неправильно. Сейчас вам следует работать вместе, чтобы добиться справедливости. Ты скрываешь тех, кто напал на тебя, а они могут снова навредить. Егор, если Влад будет спрашивать, я не смогу обманывать его. – Потому что у тебя появилась симпатия к моему брату? – Да при чём здесь это? – вытаскиваю руку, встаю и отхожу к окну. – Я не хочу, чтобы стало ещё хуже. На тебя уже напали. Если бы не тот звонок… Кто знает, как всё сложилось бы. – Один-один, – улыбается Егор. – Я спас твою жизнь, а ты мою. Надеюсь, мы оба больше не окажемся в ситуации, когда придётся защищать другого. Что по поводу Влада… Мне не нужна его помощь. Они больше не вернутся. По крайней мере, в ближайшее время. Если ты решишь рассказать моему брату правду, что же… я не осужу тебя. Решусь, конечно же!.. Я не привыкла лгать. В последнее время и так погрузилась в липкую паутину обмана. А ещё я переживаю за Егора. Это он сейчас думает, что всё нормально, а что будет дальше? Как заговорит, если они всё-таки вернутся? – Ты уверен, что эти люди не связаны со мной? – Определённо. Попытка найти старый документ… компромат на одного влиятельного человека. Мой брат совершил отмщение за убийство родителей, но одного он не наказал. Я собирал на него компромат. Нашёл кое-что, но каким-то образом меня раскусили. – Тогда ты тем более просто обязан поговорить с Владом. Это ненормально – разбираться со столь влиятельными людьми в одиночку. Егор смеётся. Что забавного я сказала? Почему он так веселится? – Мне приятно, что ты беспокоишься обо мне, но ты не прислушивалась к моим советам, когда предлагал выбрать другой способ добиться справедливости. – Это разное, – протестую я. Понимаю, что наш спор с Егором может затянуться, поэтому решаю не продолжать его. К тому же ему нельзя волноваться, даже если память вернулась. – Значит, вчера ты действительно ничего не помнил? – решаю уточнить, хоть и не знаю зачем. – Ночью первым, что я вспомнил, было твоё спасение. В этот момент я не понимал, вижу ли кошмар, где теряю тебя, или это случилось на самом деле, а потом нахлынуло всё разом. Словно волна смыла пелену забытья. Думаю о том, что Влад мог бы сам раскрыться своему брату. Так было бы лучше. Скажи он правду, у Егора появилось бы доверие к нему. Только правду это он должен сообщить до того, как узнает, что память вернулась, и Егор всё помнит. – Дай шанс своему брату. Поговорите. В конце концов, вы взрослые и не чужие друг другу люди. Он с ума сходит, переживает за тебя. – Но при этом врёт. Лисса, если ты будешь уговаривать меня помириться с братом, это закончится плохо. Я не отговаривал тебя от мести. Ладно… делал это не так назойливо. Замолкаю. Понимаю, что не должна надоедливой мухой жужжать у него под ухом. А как хотелось бы, чтобы всё наладилось. Братья нужны друг другу. Особенно в ситуации, когда месть ещё не окончена. Мне теперь совестно, что Влад занялся моим делом. Он даже не подозревает, что наказал не всех за смерть своих родителей. – Для меня важно закончить это дело самостоятельно. Они ничего не нашли в моём доме, поэтому оставят меня в покое на время. Впредь я буду осторожен. Обещаю тебе. Мы с Егором говорим дальше на отстранённые темы, а потом я ухожу в кафе рядом с больницей, покупаю нам картофельное пюре с отбивной и салатиками, и мы обедаем вместе. Больничная еда не самая лучшая, хоть Влад и оплатил ВИП палату для своего брата. – Я привыкну к такому уходу. Знаешь, думал, с ума сойду в палате… даже не предполагал, что ты будешь рядом. Мне приятна твоя поддержка. – Ты не оставил меня, помогал встать на ноги, можно сказать. Так что это меньшее, что я могу сделать для тебя. Дверь в палату открывается с лёгким скрипом. Входит Влад. Почему-то он выглядит чернее тучи, глядя на то, как мы с Егором смеёмся. Что-то случилось? Нашу махинацию раскусили? Или проблемы в бизнесе? – Как у вас проходит день? – спрашивает Влад глухим тоном. – Всё прекрасно. Мы с Лиссой обсуждали дату свадьбы, – продолжает начатую Владом «шутку» Егор. – Я хочу, чтобы она случилась как можно скорее. Я ведь смогу на тебя положиться, брат? Поможешь в организации? Влад стискивает зубы. Чувствую себя третьей лишней и ищу повод улизнуть, но не нахожу его. Сердце бешено колотится. Я смотрю на братьев, и такое чувство возникает, словно нахожусь между молотом и наковальней. – Лисса, ты бы не могла оставить нас ненадолго? Мне нужно поговорить с братом, – просит Влад. Смотрю на него и пытаюсь понять, о чём именно он планирует пообщаться с Егором. Сердце клокочет. Кровь в венах пульсирует с бешеной скоростью. Я выдавливаю улыбку, взглянув на Егора, и выхожу. Хочу узнать, о чём они будут говорить, но подслушивать нехорошо, поэтому я спускаюсь вниз и покупаю себе кофе в автомате. Я выгляжу странно в этом платке и очках. На меня косятся прохожие. Следует придумать новый способ маскировки. Делаю глоток кофе. Сладковато-солёный вкус оседает горечью на языке. Всё тело напрягается, потому что мне кажется знакомым шлейф парфюмерии, оставленный прошедшим в спешке мужчиной, а уже в следующую секунду он оборачивается, и я понимаю – не ошиблась. Надеюсь, он не узнает меня. Кирилл некоторое время смотрит на меня, выдавливает неловкую улыбку и идёт к выходу. – Вы не можете так поступить! – возмущается врач, нагнавший моего бывшего мужа. Именно таким я его и считаю. – Отвяжитесь от меня, – рычит Кирилл, снова косясь в мою сторону. Как-то на автомате достаю телефон из кармана, делая вид, что скроллю ленту в соцсети, а сама включаю запись диктофона. Делаю пару шагов в сторону муженька и врача. Не знаю, зачем мне нужен их разговор, но кажется, что могу получить важную информацию. Судьба ведь не просто так столкнула нас? Впору бежать подальше, но я не делаю этого. Надеюсь, он пришёл сюда не из-за Егора. Если Кирилл хочет навредить Владу через его брата, он сильно пожалеет об этом. – Вы не можете выполнить свои обязательства. Старик так и не раскрыл рта! Мы должны заставить его сделать то, что нам нужно. И как можно быстрее, – полушёпотом говорит Кирилл, косясь в мою сторону. – Его похоронили. Понимаете? Если у него не развяжется язык в ближайшее время, то вы первый, кто окажется за решёткой. Сердце клокочет уже с такой силой, что вот-вот вырвется из груди. О ком идёт речь? Кого похоронили? И почему Кирилл здесь? В больнице, где мне сообщили, что отец мёртв. В больнице, откуда его привезли в закрытом гробу и велели не открывать его, потому что разложение оказалось необратимым и слишком быстрым процессом. Нам не дали даже попрощаться толком. И теперь я слышу слова, которые… вселяют надежду? Хочется получить больше информации, но Кирилл уходит, а врач остаётся. Вижу, как он сжимает руки в кулаки, слышу отборную брань, летящую ему под нос. Он должен знать что-то!.. Что, если мой отец где-то рядом? Если он жив? Мне хочется рвануть поскорее к Владу, рассказать ему об услышанном, молить проверить мою теорию. Однако пошевелиться не могу. Врач, словно заподозрив неладное, направляется в мою сторону. – Вам нужна какая-то помощь? – спрашивает он, косясь на мой телефон. Выдавливаю улыбку. Хорошо, что реакция у меня быстрая, и я заблокировала экран раньше, чем он подошёл. Прячу телефон в карман и начинаю жестикулировать, делая вид, что я немая. И глухая!.. Лучше так. Тычу на уши и отрицательно мотаю головой. – Прекрасно! – бормочет мужчина. – Хотя бы эта идиотка не услышала. Придётся теперь проверять все камеры. Хочется сказать, что не такая уж я идиотка, но я молчу. Телефон всё ещё пишет звук. А в памяти отпечатываются имя и фамилия с бейджика. Если отец жив, и его всё это время держали под препаратами… моя месть станет ещё более жесткой, жалящей и сжигающей дотла. Выхожу на улицу, чтобы вдохнуть свежего воздуха и замечаю Кирилла, сидящего на скамье. Мне лучше держаться от него подальше. А так хочется сесть рядом и заставить ответить на все вопросы. Как он отреагирует, узнав, что я жива? Что я ближе, чем он думает? Взгляд бывшего сосредотачивается на мне, хоть и делаю вид, что просто жду такси. Или не такси? Я смотрю по сторонам, задумчиво постукиваю ладонью по бедру. Отвернись от меня уже!.. Сбегать в больницу нельзя, потому что он поймёт, что скрываюсь от него. Заподозрит ещё больше. Знала бы, что он здесь, ни за что не выходила. С другой стороны – Кирилл туповат. Вряд ли он догадается, что я и есть та женщина, которую он столкнул со скалы. Тем более обнаружили какой-то труп. Он уверен, что это моё тело нашли. И даже организовал шикарные похороны!.. Нервы на пределе. Они натянуты уже так сильно, что вот-вот лопнут. Влад выходит на крыльцо, приближается ко мне, и я нахожу единственный выход из этой ситуации. Или отведу от себя подозрения, или наскребу ещё больше – хватаю мужчину за плечи, на носочках тянусь к его лицу и целую в губы. Делаю это, как наскучавшаяся по его теплу и ласке любовница. Что удивительно – он не отталкивает, а притягивает к себе и отвечает на поцелуй. Я об этом ещё горько пожалею, видит Бог! Но сейчас мне плевать на всё. Важнее поскорее раскрыть правду, о ком говорил Кирилл с врачом. И… не потерять голову от движения мягких губ, погружающих меня в пучину тьмы ещё сильнее.