Глава 20

— Мама, иди скорее к нам с папой, будем играть в снежки? — прыгает мне на руки сын, а я, как завороженная, продолжаю стоять и смотреть вслед мужу.

— Сынок, наверно, стоит собраться и поехать домой, ведь тетя Света уже скоро придет домой, а мы так и не нарядили квартиру,— говорю я сыну тихо, чтобы стоячий неподалеку Рома ничего не слышал, мое желание как можно скорее сбежать отсюда и подать на развод.

Хочет он этого, ну и славно, только, что он меня пугает судом, мне плевать, пускай забирает все, мы с сыном как-нибудь справимся.

— Мама, я не хочу, не хочу к тете Свете, — плачет и качает головой сын, как же не вовремя, Рома с холодным взглядом оглядывает нас и смотрит в упор.

— Владик, не плач, это временно, мы немного поживем у нее, — говорю я, мой голос будто садится, горло сдавливает.

— Не хочу, не хочу, — кричит сын и тянет меня за руку в сторону Ромы.

Я плетусь нехотя, опуская взгляд, мне не хочется смотреть в его глаза, нет, мне не стыдно, мне просто надоело это состояние. Если бы не Владик, меня бы здесь давно уже не было. Значит, как только я уехала, он решил вернуться, и его уже не пугал Игорь. Да и Игорь ведь ничего ему не сделал, он нормальный парень, просто защищает свою сестру.

— Папа, мама, давайте играть! — весело закричал сын, слезы его будто испарились с лица, Рома продолжал стоять как замершая фигура, не отрывая от меня взгляд.

— Х-хорошо, давай будем лепить снеговика? — улыбаясь, я сквозь всю нелепость этой ситуации.

— В снежки! — кричит сын, прыгая и хватая снег, пытаясь его собрать в снежок, кидает его в меня.

— Давай поиграем в снежки,— леплю я голой рукой, рука моментально краснеет и немеет, и бросаю осторожно в сына.

Он смеется и делает еще один, кидая его в Рому. Он резко переводит взгляд с меня на Владика и улыбается сыну.

— Ах ты, маленький разбойник, — Рома собирает снежок и пуляет в сына, тот смеется и еще больше заводится на игру.

Они кидают друг в друга и весело смеются, я стою и наслаждаюсь моментом, когда кажется, у нас все хорошо. Я понимаю, что теперь все кончено между нами с Ромой, но этот момент будто драгоценный бриллиант, хочется его оставить в памяти надолго.

— Мама, а ты? — возмущается сын в тот момент, когда мне в лицо летит большой клубок снега от Ромы, я, хватаясь за щеку и стискиваю зубы от холода.

— Прости, сильно больно? — подбегает ко мне обеспокоенный Рома, а Владик громко хохочет.

— Еще как! — кричу я и леплю большой снежок, запуская его в ответ в мужа, мне почему-то становится так легко, я делаю еще один и еще и будто бы не могу остановиться.

— Вот это меткость, так держать! — пытается убежать от меня предатель, а я заигрываюсь и продолжаю.

Рома подбегает ко мне и валит меня на снег, я пытаюсь отталкиваться, бью его по рукам. А он смотрит мне глаза своим хищным взглядом, его горячее дыхание будто топит холод моего лица.

— Ты серьезно хочешь развод? — шепчет он, его губы дрожат, а я чувствую тяжесть его тела.

— Да, что ты натворил с девчонкой?! Как ты мог… — отчаянно произношу, чтобы Влад ничего не заподозрил.

— Я не знаю, я проснулся в её кровати, у меня болела голова, но не спал я с ней, мне кажется, она мне что-то подсыпала… — его взгляд прожигает меня и слепит, от чего у меня начинают слезиться глаза.

— Я тебе не верю, почему ты оказался с ней в одном номере?! — с горечью кричу, мой голос дрожит, —А когда мы с тобой познакомились, ты тоже не спал с ней?

— Мы еще тогда не были знакомы… — шипит он, — Прошу, Даша, давай поговорим в нормальной обстановке, сходим, поужинаем, я все объясню тебе, — приближается он еще ближе, я начинаю тяжело дышать.

— Встань с меня, мы уже поговорили, я ухожу от тебя, Ром, прости, но ты мог мне все сразу рассказать, теперь, после разговора с Игорем и его сестрой, я уже тебе не верю… — вспоминаю я про то, что мне она обещала скинуть какое-то видео, доказательство измены.

— Прошу, не общайся с ним, Даша, он не тот, за кого себя принимает, он опасен, — цедит он, в тот момент, когда Влад обкидывает нас снегом.

— Не твое дело, с кем хочу, с тем общаюсь! — язвлю я, и пытаюсь выбраться, он встает с меня, я выдыхаю и отряхиваясь.

— Ты об этом пожалеешь, Даша, ты думаешь, ты ему нравишься, так? Нет, он хочет мне отомстить… — подходит он опять ко мне.

— То есть я, по твоему, не могу нравиться мужчинам?! Спасибо тебе за совет, но не стоит меня пугать, я не из трусов, как ты, который бросил свою собственную дочь! — вполголоса хриплю и беру Владика за руку, чтобы зайти в дом, собрать его вещи и уехать отсюда как можно скорее.

— Дашенька, ты вернулась, надеюсь, вы поговорили с Ромой? Не было никакой измены, ты наверняка все не так поняла. Садитесь скорее пить чай, нужно согреться после прогулки,— мямлит свекровь, стоя за плитой.

— Мы выпьем чай дома, спасибо, Ольга Ивановна, — собираю я рюкзак с игрушками Влада.

— Да что ты заладила, это твой дом, Рома, скажи жене, чтобы не стеснялась, — наливает чай по чашкам, не обращая на меня внимания.

— Я вам сказала, мы поедем, угостите сына, а нам пора, — говорю громче и вызываю такси.

— Мама, пускай едет, — строго произносит Рома, вдруг становясь безразличным.

Я думала, он расскажет маме, что видел меня с мужчиной и что я сама изменила ему и все придумала. Но он этого почему-то не делает, а спокойно соглашается со мной, чему я очень удивлена. Наверняка признает свой косяк и вину про оставленную дочь.

— Ну и зря ты их отпускаешь, сын, она ведь потом не будет давать нам внука, — всхлипывает свекровь, — Ром, как же она будет его воспитывать в чужой квартире, прошу, повлияй на это…

— Мама, она не совсем глупая, прекращай, — чеканит.

Мы выходим на улицу, Владик прощается с бабушкой и думает, что мы втроем поедем домой. Но увидев такси, он пугается и бросается к Роме.

— Мама, а папа? — задает вопрос мой сын и смотрит своими маленькими глазками.

— Папа останется, — отвечаю с горечью, виня себя, что отрываю сына от отца.

— Зачем ты это делаешь, Даша? Ты уверена, что хочешь уйти от меня? А как же день рождения нашего сына? Новый год? — задает вопрос, вновь пронзая меня насквозь.

— Я уверена, Рома, мы отметим обязательно эти праздники, не переживай, я не собираюсь лишать тебя сына, — говорю я и сажусь в такси, пристегивая Влада в кресло.

— Я хочу к папе, — плачет Владик, от чего мне делается еще хуже.

Рома целует сына и что-то ему шепчет на ухо, закрывая дверь. Я называю адрес дома Светки и мы отъезжаем от двора свекров. Рома продолжает смотреть нам вслед, его глаза прищурены, скулы заострены.

Мне становится вновь больно, я не сдерживаюсь и тихо плачу, пытаюсь успокоиться, чтобы Владик ничего не заметил…