ГЛАВА 4

Холодов меняется в лице. Я никогда его не видела в такой ярости, даже когда он избивал меня и доставалось персоналу.

Я смотрела на дырку в стене уже весьма равнодушно. Что-то изменить было нельзя, и я это понимала. Прекрасно…

– Что за ерунда?

Бросил на меня яростный взгляд, а потом отправился к двери.

– Здравствуй! Не ожидал, проходи в гостиную!

Я резко встала с дивана, когда вошёл тот самый мужчина с дорожной спортивной сумкой. Он смотрел на меня так пристально большими голубыми глазами, а от его взгляда я почему-то почувствовала дрожь. Самую настоящую дрожь.

С секунду мы друг другу смотрим в глаза.

– Познакомься, Иван, это Алла, моя жена! Мой брат Иван!

Вздрагиваю. Брат? У Холодова есть брат?

***

– Иван много лет отсидел в тюрьме!

Холодов наливает себе виски и садится на балконе. Смотрит вдаль, где заснеженный лес.

Я сижу рядом. Почему-то не могу выбросить из головы Ивана и его взгляд. Его молчание весь вечер и то, как смотрел на меня. Странно, я не знала, что у Холодова есть брат.

– О чём ты думаешь?

Глаза Алексея сверкнули.

– Ни о чём!

Он залпом допил виски и сел рядом. Сжал моё колено до боли. Ему нравилось причинять боль и быть абьюзером.

– Он тут ненадолго! Выгнать не могу, хоть и хотел бы!

Внутри всё сжимается. Холодов ещё сильнее сжимает ногу.

– Ты мне нужна, детка! Ты моя, и помни – без глупостей!

Я молчу. Бешено стучит сердце. Конечно, помню, как я могла о таком забыть.

– Я люблю тебя, ты моя!

Вздрагиваю. Почему-то мысли об Иване не дают сосредоточиться. Что это такое… Что…