16

16

Арес уже не такой довольный, как прежде. Его взгляд заледенел.

– Это кто? – спрашиваю, внимательно наблюдаю за его лицом.

Сложив руки на груди, тот опирается бедром о столешницу, наблюдая за мной в ответ.

– Одна шлюха. Доставай салат и идём есть.

– Это я знаю. Кто эта шлюха тебе?

– Уже никто. А что, ревнуешь?

Ха. Много чести.

– Когда торговали совестью, ты стоял в очереди за самолюбием.

На чужих губах змеится прежняя усмешка, но я не собираюсь его веселить.

– Знаешь, так не бывает, чтобы мужчина вдруг ни с того ни с сего проявлял такое пристальное внимание. После того, как ты признал родство с Геворгом, я засомневалась еще больше. Но теперь знаю наверняка. Твоя женщина загуляла с моим мужем, и ты решил ей с моей помощью отомстить?

Поджимает губы. По его выражению сложно что-то понять. Но уж слишком мое предположение похоже на правду. И Аресу остается либо это подтвердить, либо правдоподобно опровергнуть.

– Месть для женщин, Эля. А я мужчина, как нетрудно заметить.

И почему я ему совсем не верю? Наверное потому, что мужчинам больше не верю в принципе.

– Так кто она, Арес? Ты ведь уже знаешь, что она спит с моим мужем? И, возможно, беременна от него?

Даже мускул не дрогнул на его лице.

– Никто, Эля.

– А ты фото всех «никто» клеишь на холодильник?

– Ты выговариваешь мне, будто мы уже сорок лет как женаты.

– С тобой я бы и неделю не выдержала!

– Проверим?

Разговор идет куда-то не туда, и я снова начиню нервничать.

– Она тебе изменила, Арес, – сжимаю кулаки, не собираясь отступать. – Разве я не права?

– Вот поэтому она и никто, – говорит он тихо, глядя мне в глаза.

Итак, я права. Кто бы сомневался.

– Мне пора.

Разворачиваюсь и иду к двери. Он вскидывает руку, преграждая путь.

– Куда, Эля? Я вроде сказал, что насиловать не собираюсь. Не хочешь есть – не ешь.

– Ты такой же, как и Геворг. Одного поля ягода.

Неприязненно сузив темные глаза, мужчина вдруг берет меня за плечи. Мне не больно от его захвата, но и приятного мало.

Он слишком близко для комфортного.

– Не сравнивай меня с кем попало, золотце, – его пальцы чуть сжимают плечи на грани боли, – я не предатель, никого никогда не предавал и никому не мстил. В отличие от него, у меня есть понятие о чести.

Кусаю губы.

– И всё же…

– Это ты помяла мою машину, глупая. Уже забыла?

– А как твоя машина оказалась позади моей так внезапно?

Качает головой, в глазах – прежняя насмешка.

– Ты вкусно пахнешь, знаешь… чем-то медовым.

– Не заговаривай мне зубы! И руки убери. Я поняла, ты просто хочешь насолить Геворгу.

Он рычит, но руки всё-таки убирает.

– Какая же ты упёртая!

– Не без этого! Так что вези меня обратно!

– Обойдешься. Я сказал утром, значит утром. Идём есть.

Остаюсь на месте, мрачно наблюдая, как он невозмутимо направляется к холодильнику, чтобы достать злополучный салат.

– Идём, Эля, – повторяет, распахивая дверцу, – я не смогу спать, зная, что оставил гостью голодной. А если я не смогу спать… то ты тоже не сможешь.

От многообещающей улыбки по спине крадется отрезвляющий холодок.

Арес ставит на стол миску с салатами и дымящиеся стейки, после чего демонстративно отодвигает для меня стул.

Поджав губы, медленно иду, чтобы опуститься на сиденье.

– Умная девочка.

Он разливает по бокалам вино и садится напротив, затем двигает к себе тарелку, чтобы положить еду.

– Расскажи, чем ты занимаешься, Эля.

Серьезно? Он считает, что я стану вести с ним светские беседы?

Хмуро молчу, но мужчина никак не реагирует на моё нежелание общаться. Он ставит передо мной полную тарелку и приступает к еде.

– Я строю загородные дома, – сообщает, – а еще у меня несколько заведений по всему городу.

Каков молодец. Опускаю глаза в тарелку. Желудок, как назло, сжимается при виде аппетитного зеленого салата с сухариками и кусочками ветчины. Беру вилку и пробую листик, политый приятным сливочным соусом.

Сойдёт.

– Раньше мы с твоим мужем были партнерами, – продолжает он невозмутимо, пробуя вино.

– Раньше – это до того, как он увел твою женщину?

Арес закатывает глаза.

– Ещё раньше. До того, как наши пути разошлись, Эля.

– Кто он тебе?

– Никто, как и она.

– А я? Средство для мести?

Мужчина смотрит неодобрительно.

– Будешь вредничать – пойдешь спать голодной. Я уже сказал, что месть – это не про меня. Мстят либо женщины, либо обиженные. А мужчины не обижаются, они просто идут дальше и становятся лучше, учитывая прежний опыт.

Ну надо же, диванный философ.

– И похищают незнакомок с улиц.

– Почему бы и нет, если незнакомки не хотят идти по-хорошему?

– Дикарь.

На это он только смеется.

– Ты забавная.

Отодвигаю тарелку. С меня хватит.

Поднимаюсь из-за стола и иду на выход. Понятно, что из дома меня не выпустят. В таком случае попробую найти комнату, чтобы переночевать. И желательно с надежным замком.

Разумеется, он идет следом.

Ловит меня на лестнице и разворачивает к себе.

– И куда ты опять собралась, могу я узнать?

– Подальше от тебя.

– Настолько неприятен?

– Даже не представляешь. Это для тебя какая-то шутка?

– Ты слишком остро реагируешь, Эль. Воспринимай проще.

Закрываю глаза, чтобы не видеть насмешливого взгляда. Кажется, еще секунда, и взорвусь.

– Ты не понимаешь…– рычу.

– Понимаю. Очень понимаю, – звук его голоса заставляет распахнуть глаза, – прекрасно понимаю, что у тебя и так куча проблем, а тут еще какой-то странный мужик пристает, но я не хочу…

Не успевает он договорить, как слышится страшный грохот.

Мы замираем, понимая, что где-то в доме только что разбилось окно. Но окна ведь не бьются просто так.

Следом звучит очередной грохот. Ещё окно.

Становится ясно, как день, что на дом напали. Кажется, я уже даже знаю, кто.