36

36

Авто срывается в сторону выезда с территории ресторана.

– Остановите! – приказываю, – я никуда не поеду.

Такси притормаживает.

– Можете выйти сейчас…– нервно бросает таксист.

Но Адиля вдруг хватает меня за руку и смотрит умоляюще.

– Нам нужно поговорить!

Брезгливо выдергиваю руку их ее захвата.

– Мы уже разговаривали, – выхожу из машины и оглядываюсь в поисках ближайшей.

Но где гарантии, что эта ненормальная снова не запрыгнет следом?

Машина отъехала достаточно от входа в ресторан, и я уже не вижу, что там происходит.

Адиля выходит за мной. Смотрю на неё с досадой. Нет ни малейшего желания общаться с этой неприятной личностью.

– Что ещё? – цежу сквозь зубы, когда она шагает навстречу.

– Деньги! Сколько тебе нужно, чтобы исчезнуть из жизни Геворга?

– А тебе? Как ты вообще умудрилась его зацепить? Ты даже не в его вкусе.

Адиля меня раздражает, и потому хочу расквитаться с ней за испорченный вечер. Начинался он вполне неплохо, пока не появились они с Геворгом.

Неужели эта женщина не понимает, насколько мне неприятна? Один раз я уже отказала, так нет… настырная.

– У меня-то есть деньги, в отличие от тебя! – кривится Адиля, окидывая взглядом мое платье. – Ты знаешь, кто мой отец?

– Хочешь об этом поговорить?

Удобно, наверное, хвастаться деньгами, которые заработала не сама. Избалованная папенькина дочка.

– У него фармацевтический концерн! – усмехается она, глядя с непередаваемым торжеством.

И что? Типа я должна тут же впечатлиться и бухнуться перед ней на колени, как подкошенная?

– Поздравляю. Езжай домой, он наверняка очень по тебе соскучился.

Всё ясно, папа занимается таблетками, на этом и поднялся. Только всё же стоило уделять больше времени воспитанию дочери. А то выросло непонятно что.

Она не унимается:

– Сколько тебе нужно? Миллион? Два?

Смотрю на нее с жалостью. Этот человек железобетонно уверен в том, что люди покупаются и продаются. Не по себе ли судит?

– Мне нужно, чтобы ты от меня отстала, договорились? Еще бы всякие сомнительные женщины за мной не бегали.

Она неприязненно щурит темные глаза.

– Лучше соглашайся по-хорошему, дорогая, – шипит, – у тебя нет выбора. Или деньги, или будешь побираться на вокзале со сломанными ногами.

Качаю головой. Вот же конченная баба…

– А если я расскажу о твоих угрозах мужу, что тогда? Плакала твоя свадьба?

– Ну расскажи! Я беременна! Он на мне женится всё равно!

Меня начинает напрягать ее самоуверенность. Напрягать настолько, что хочется неплохо так ее пошатнуть. Чтобы жизнь медом не казалась.

– Геворг сказал, что очень сожалеет о произошедшем, – говорю спокойно, глядя, как ее потряхивает от злости, – как думаешь, какой будет твоя семейная жизнь? Очень счастливой?

– Мало ли что он сказал! – она едва не кричит.

Кажется, я-таки задела её за живое.

– Всё будет так, как я хочу! Думаешь, мне интересно, что он думает? – она выкатывает глаза, шагая ближе, – мне, которая может достать любые средства, чтобы заставить его думать по-другому?!

Хмурясь, стою на месте, как скала, и не собираюсь отступать. Пусть не думает, что я ее боюсь.

– Какие еще средства?

Она моргает и затыкается, будто мигом опомнившись.

– Какие нужно! Так что, берешь деньги? Или выберешь сложный путь?

Тяжело дыша, Адиля нервно поправляет волосы и оглядывается по сторонам. Но нашего с ней общения никто не слышит. Мы слишком далеко от скопления людей.

Я не успеваю ответить. Рядом тормозит знакомая машина. Секунду спустя из нее показывается Арес.

На этот раз он не обращает внимания на свою бывшую. Подходит ко мне, напряженно улыбаясь.

– Поехали, Эля. Я не могу оставить тебя здесь одну. Хорошо, что наткнулся сразу, а ведь собирался ехать искать… Я понял свою ошибку, больше не оставлю тебя одну. Прости.

Коротко киваю и иду к машине. Да, пожалуй, уехать сейчас с ним будет наилучшим выходом. Иначе кто ее знает, эту сумасшедшую…

Теперь мне небезопасно быть одной. Очень чревато.

Арес помогает усесться в салон. Чувствую на себе прожигающий взгляд Адили до тех самых пор, пока дверь не захлопывается.

Мужчина запрыгивает следом.

– Прости еще раз, – начинает он, – увидел Геворга и решил предупредить службу охраны на случай непредвиденных эксцессов.

– Угу.

Говорить не охота. Я не знаю, что теперь дальше.

В душе ворочается странное чувство, возникшее после слов брюнетки о Геворге. Как она сказала? Что может достать любые средства, чтобы заставить его думать по-другому?

Что бы это значило?

И с чего это меня вдруг так заботит? Сама не знаю. Просто всё это очень странно. И больной вид Геворга, и все его последние поступки, и слова Адили…

Кажется, я совершенно не понимаю, что тут происходит. Но явно что-то из ряда вон. Моя интуиция просто кричит, что женщина опасна.

Она не просто шлюха… а избалованная вседозволенностью и деньгами шлюха. Раз уж смеет так нагло угрожать.

Видимо, Геворг для нее тоже что-то вроде каприза. Игрушка, которую она захотела в собственность.

Захотела и получила.

Нет, ясно, как день, что здесь никто не святой. Ни муж, ни его брат, ни тем более Адиля.

Она как раз-таки вызывает минимум симпатий.

– Что она тебе говорила? – интересуется Арес.

Машина выезжает с парковки. Мужчина не спросил, куда меня везти, из чего делаю вывод, что он направляется обратно в свой дом.

Кто бы сомневался.

– Снова предлагала денег за то, чтобы я исчезла.

– А ты?

– А я кое-что решила…

Ловлю на себе его заинтересованный взгляд и выдыхаю:

– Я не поеду с тобой отдыхать. Извини.