Глава 11.

Егор.

Заставить Вилену остаться – еще не значит, что она меня простит. Она всеми возможными и невозможными образами транслировала мне, что не нуждается во мне и что прощения мне не ждать. Я понимал, что такого рода проблема обычным “прости” не решалась. Пытался делать ей сюрпризы, радовать ее мелочами и поступками, пытался доказать, что осознал и понял. Но мне все время казалось, я делал шаг вперед и два назад. Не зная, что еще предложить и как найти выход из сложившегося положения, решил предложить ей пойти к психологу. Предложил просто так, но она согласилась.

Прием у психолога – хорошая возможность сказать все, что чувствую и понял. Может быть, на приеме у психолога Вилена услышит меня и поверит.

Психолог удивленно приподняла брови, увидев живот Вилены, но промолчала и не прокомментировала ее интересное положение.

На приеме все началось стандартно: нас попросили рассказать о себе и проблемах, что у нас возникли. Вилена довольно сухо и безэмоционально описала все, что между нами произошло, и как застала меня за изменой, и все, что происходило после. Я молчал и не перебивал, слушая и понимая, через что ей пришлось пройти, чтобы свыкнуться с мыслью о разводе и решиться на него, понимая, что у нее будет ребенок.

– А что вы можете сказать? – психолог смотрела на меня, и мне кажется, у нее во взгляде промелькнуло осуждение.

– Виноват, – киваю.

– Почему вы изменили? – в упор прямо спросила меня женщина, и я, если честно, первый раз об этом подумал именно вот так. – У всего есть причина, и у измены она тоже есть. В измене зачастую виноваты оба.

– Что? – Вилена растерянно посмотрела на психолога. – Он изменил, а я виновата?

– Нет, виноваты оба, – поправила жену психолог. – Он в принципе был неверен или это разовая измена?

– Я не знаю, – Вилена сложила руки на груди.

– Это первая и последняя любовница. Да, у нас был не единожды секс, если вы про это.

– Я не уверена, что тебе можно верить, – жена презрительно фыркнула.

– И смысл мне врать, если я сам предложил прийти к психологу? – я удивленно смотрю на жену. – Я хочу наладить наши отношения и разрешить все недопонимания.

– Ты измену называешь недопониманием? – Вилена чуть не задохнулась от возмущения.

– Я не знаю, как это назвать, – устало вздохнул. – Проступок, ошибка. Да хоть как назови! Но я хочу это исправить. Дай мне шанс доказать, что раскаиваюсь, что я ошибся.

– Это предательство, вот что это! – у жены даже голос сорвался, и по щекам потекли слезы. – Ты предал меня, нашу семью, ребенка.

– Да, и прости меня за это, – я, не смущаясь, встал перед женой на колени и взглянул ей в лицо. – Дай мне шанс.

– Что тебе не хватало? Почему все так произошло? – Вилена плакала, но уже не отталкивала меня, когда я ее обнял. Психолог сидела и помалкивала, давая возможность нам выговориться.

– Не знаю, – я задумался. – Ты так зациклилась на беременности, что я словно был всего лишь приложением для наступления этой самой беременности. Я все время на мероприятиях, ты же не любишь на них ходить. Вот я и звал секретаршу, потому что там надо быть со спутницей, – я начал говорить и вроде как понимал, что подтолкнуло меня к измене. Нет, я не искал оправдания, просто хотел понять, что подтолкнуло меня к предательству. Я не хочу, чтобы это повторилось, потому надо понять хотя бы для самого себя. – Она была привлекательна, ухожена, и я стал часто слышать от партнеров по бизнесу вопросы про то, сплю ли я с ней. И вот в какой-то момент я и взглянул на нее как на женщину. Это было, когда мы ездили открывать филиал в другом городе.

– А я тогда очередной раз отказалась поехать с тобой, – Вилена вспомнила тот случай и ту ситуацию. – Я еще и скандал закатила, – еще тише произнесла девушка.

– Значит, вы зациклились на себе? – психолог задала вопрос Вилене, и мы оба посмотрели на женщину. Так, словно вспомнили, что она вообще здесь.

– Да, – жена кивнула. – Я ходила по врачам, обследовалась.

– А Егору, видимо, нужно было доказать всем, и себе в том числе, что он настоящий мужик, – констатировала психолог и сделала какую-то пометку в блокноте.

– Это правда? – Вилена внимательно смотрит на меня, а я киваю.

– Да, – взъерошил волосы пятерней. – Я не чувствовал себя мужчиной. Вспомни, мы же даже сексом по графику твоей овуляции занимались и строго в установленное время, после того как ты дашь команду. Я же не животное, а чувствовал себя осеменителем.

– Но почему ты не сказал? – и девушка осеклась на полуслове. – Ты говорил, а я не слышала, просила все потерпеть, подождать.

– Да, я говорил, – киваю головой. – Я понимаю, что все это меня не извиняет и не оправдывает. Я прошу дать мне шанс тебя любить и быть отцом нашему ребенку.

– А если снова у нас возникнут проблемы? – мне кажется, или на лице жены промелькнуло что-то такое, что дало надежду на прощение.

– Мы будем обсуждать их и решать, а не искать утешение на стороне, – я понимаю, что поступил неправильно и это был не выход из положения. – Дай мне шанс.

– Хорошо, – Вилена произносит слова на выдохе, словно решается.

– Спасибо, ты не пожалеешь, – я прижимаюсь щекой к животу и чувству отчетливые толчки малыша. – Да, мой хороший, папа твой дурак, но он встает на путь исправления. У нас все получится. Я вас люблю. Тебя и твою маму.