Глава 14

Полина

Я разморозилась только, когда Адам дёрнул мою руку, пытаясь потащить в сторону своей машины.

- Нет, – тихо прохрипела я, упираясь пятками кроссовок в выступающий край плитки. – Я никуда не поеду.

Муж резко меняет траекторию своего движения, и вот он уже вплотную нависает надо мной. Розы как щит укрывают нас от лишних глаз, и очень жаль!

- Дорогая, чем дольше ты сейчас разыгрываешь концерт, тем больше будет отдача твоего единственного зрителя. Меня.

- Я хочу развод!

- Знаешь, как говорится, хотеть не вредно, вредно не хотеть. Продолжай и дальше заниматься полезными вещами. Тем более за этот месяц ты славно отдохнула, теперь пришла пора трудиться на благо нашего семейного союза.

- Нет!

- А я не спрашивал! – теряя терпение, разъяренно рычит Адам.

И это мой шанс! Крохотный, но есть! Довести супруга до бешенства, и когда он дойдёт до рукоприкладства, кто-нибудь из охраны выйдет мне на помощь.

Стараюсь быстро выдумать самое крышесносное в системе ценностей мужа.

Громкий визг тормозящих шин за спиной мужа отвлекают нас обоих. Адам, чтобы рассмотреть источник звука, разворачивает нас на треть корпуса, так что теперь я прекрасно вижу дорогую спортивную машину, что позавчера меня подвозила.

Из-за солнца, бьющего мне прямо в глаза, я не вижу водителя, но каким-то внутренним компасом чую, что там сам Илья.

Но секунды бегут, а из машины никто не выходит. Ворота начинают медленно открываться, чтобы запустить транспорт на территорию.

Вдруг чётко осознаю, как мы с мужем смотримся со стороны – как минимум, у нас тут воссоединение любящей пары. И Сириус мог бы подойти к нам сейчас, как два дня назад, и сломать нос Адаму, вырывая меня из его цепких лап. Но …

Всё может быть иначе: он просто не придёт меня спасать. Снова.

Тем более я наглядно отвергла кардинальный способ боксёра в решении проблем мужского соперничество. И в принципе, доходчиво объяснила Илье, что против его интересов ко мне.

Надежда во мне умирает, не успев толком разгореться. Надо как-то начинать спасать себя самой!

- Дорогая, мы отвлеклись! Пошла сразу, как только заедет эта тачка. Не пойдёшь сама – понесу!

Открытая угроза в его голосе наполняет моё тело знакомой тошнотой и паникой. Я не смогу!

- Нет, Адам! Я никуда не поеду! – визжу я неожиданно громко даже для меня. Как резанная.

Муж, непривычный слышать от меня подобное, даже зависает на пару секунд.

- Мне кажется, ваша встреча затянулась, доктор Полина. Я вообще-то спешу.

Голос Ильи, как и он сам, материализуются рядом с нами будто из воздуха. Я не слышала, чтобы хлопала дверца.

- Полина Семёновна едет домой, – холодно цедит мой муж.

Сириус заслоняет собой солнце, и теперь я отчётливо вижу его внимательные глаза и напряжённое лицо. Он просто молча смотрит на меня, будто ожидая какого-то знака или разрешения… И я едва заметно отрицательно качаю головой.

- Она не едет, – завершает перетягивание каната чемпион, и без труда скидывает руку Адама с моего уже прилично покрасневшего запястья.

Непроизвольно отскакиваю от мужчин и тру руку, пытаясь восстановить в ней нормальный кровоток. Взгляд Ильи цепляется за мои движения, и немного дольше нужного задерживается на моей замученной конечности.

- Да что за дурдом?! – запускает роль крутого адвоката мой муж. – Мужчина, на каком основании вы распоряжаетесь моей женой?

Илья ещё несколько мгновений сканирует моё лицо, а потом сосредоточивается на Адаме.

- Женой? Значит, ты у нас муж?

- Да, вот именно!

- Ну, тогда давай знакомиться! – и протягивает Адаму, растерявшемуся от неожиданности предложения, левую ладонь для рукопожатия.

- Шайберг Адам Львович, адвокат по разводам и муж Полины, – спохватившись он пытается выглядеть как можно солидные и убедительно трясёт руку чемпиона.

- Ага, понятно. Я Сириус Илья, боксёр и будущий любовник твоей почти бывшей жены, в силу того, что я ещё и её будущий муж.

В транс впадает не только Адам, но и я.

- А то, что ты, Шайберг, специалист по разводам, это очень замечательно. Я как раз хотел такого нанять. Ты там уж постарайся поскорее развести себя с моей женой, а то трахать одновременно жену и любовницу… это сплошная шизофрения. Вредно для моего психического здоровья чемпиона.

Наконец-то, до Адама доходит, что его только что низко опустили. Да ещё и в моём присутствии. Он моментально звереет.

Я отлично знаю этот лихорадочный блеск дурных глаз, поэтому в один прыжок назад влепляюсь спиной в закрытую калитку. Адам дёргается следом за мной, но их с Ильёй ладони всё ещё соединены в рукопожатии.

В следующий миг муж морщится от боли, а потом и вовсе падает на колени перед боксёром.

- Шайберг, ты тупой что ли?! Давай вали домой.

Он откидывает руку Адама как нечто грязное, и шагает ко мне. Его левая ладонь властно ложится на мою талию, обжигая голую кожу между топом и шортами.

- Ромашка, мне пора на процедуры. Пошли в машину.

Я же с опаской смотрю на мужа, что поднимается с колен. Его ярость кипит не хуже лавы в вулкане. Только Илья тянет меня на себя, вжимает в свой бок и вынуждает начать хоть какое-то движение.

- Ах, ты, сука, думаешь этот позёр спасёт тебя? Да я хрен когда дам тебе развод! А он тебя потрахает чуток, да и даст пинка под зад.

Дальше всё происходит как возле ресторана. Едва расстояние между нами и Адамом сокращается, Илья отпускает меня и наносит мощный удар в его челюсть.

И мне, всегда казавшейся, какой у меня большой муж, теперь на фоне нашего чемпиона, тот видится обычным человеком. Адам грузно и некрасиво падает на тротуарную плитку.

Ладонь боксёра ложится обратно на мою талию, и мы, как будто бы ничего не случилось, продолжаем идти к спортивке.

На шум и драку выбегает переполошенные охранники. Адам всё ещё валяется на асфальте, но уже подаёт признаки жизни.

- Ребята, это какой-то козёл! Пристаёт к нашему доктору со свиданием, угрожает. Вы сами-то куда смотрите?! Чуть не лишились ценного кадра.

У меня начинается отходняк в виде мандража всего тела, поэтому в машину на сиденье буквально падаю, не чувствуя ног и рук.

До сих пор не верится, что всё обошлось. Что это я в порядке, а муж валяется на полу в полном конфузе.

- Спасибо, – шепчу я, когда Илья, закрыв за мной дверцу и обойдя машину сел за руль.

- У вас с ним разные весовые категории. Ненавижу нарушения в спорте.

Он заводит двигатель и спокойно заруливает на территории клиники. Адама в это время двое парней из охраны грузят в машину.

- Тебе куда? – спокойно уточняет Сириус, тормозя перед первой развилкой дороги.

Мне надо бежать. Здесь оставаться нет смысла. Мой муж найдёт связи и доберётся до меня тем или иным способом.

- В домик. Мне надо собираться.

- Хочешь вернуться к этому козлу, что оставил синяки на твоей руке?

- Хочу сбежать от него. Оставаться в клинике теперь не безопасно.

Боксёр снова внимательно смотрит на меня, словно решает какую-то сложную задачку в уме.

- Со мной безопасно. Постоянный бег от проблемы – не есть путь её решения.

Он не дожидаясь моего ответа трогается в путь. Я не совсем понимаю, что он мне предлагает. Если насчёт выступления с обещаниями вплоть до женитьбы перед Адамом, то я не совсем идиотка и понимаю, что это была лишь постановка. И она удалась!

Через несколько минут гнетущего мою душу молчания мы тормозим у моего домика. У меня до сих пор дрожат руки, и скорее всего ноги тоже.

- Надеюсь, завтра ты выйдешь на работу?

- Да, ещё утром передала с Аллой.

- Хорошо. Я переехал. Не заблудись снова, Ромашка.

Прекращаю гипнотизировать приборную панель перед собой, и поднимаю взгляд на Сириуса.

Лёгкая мальчишеская улыбка играет на его губах и отражается в глазах.

- Я навигатор возьму. Или Аллу.

- Лучше навигатор. Алла неприлично сильно меня доканывает.

Просто киваю, пытаясь хоть немного улыбаться, так как разговаривать почти не могу. Во рту сухо, язык едва шевелится, да и губы мелко дрожат в симфонию с пальцами.

Под пронзительным взглядом мужских глаз в спешке дважды промахиваюсь мимо дверной ручки.

- Я открою, – он приподнимается со своего кресла и перегибается через меня, легко щёлкая ручкой.

Илья так близко, что я чувствую запах его цитрусового парфюма, и непроизвольно вдыхаю глубже. А ещё он большой и тёплый, как мой любимый плед.

- Спасибо, – тихо шепчу я, быстро смачивая языком пересохшие губы.

Сириус немного отклоняется, но на место не спешит возвращаться.

- Успокойся, Ромашка.

Его взгляд обжигает моё лицо, а ещё через мгновение и мой рот. Его поцелуй горячий, вытесняющий весь холод из меня. Разом становится душно и жарко.

- А теперь беги, – хрипло шепчет на прощание, с шумным выдохом падая обратно в своё кресло.

И я бегу. Вот только, кажется, на самом деле мне хотелось остаться.

Сумасшествие!