Глава 23

Полина

Как только мы приехали домой, Лида тут же принялась колдовать на кухне, чтобы накормить меня. Всю дорогу подруга сетовала, что я сильно похудела и стала очень бледной. Да уж не с курорта я вернулась. Пока Лида занималась ужином, я пошла в душ. Боже как же хорошо, несмотря на дикую боль в спине, я зашла в ванную и подставила тело под горячую струю воды. Эти ощущения не передать словами. Надо же порой мы живем, пользуясь благами цивилизации, и даже не замечаем их, воспринимая всё как-то само собой разумеющееся. И начинаем ценить их, только когда лишаемся.

Какое-то время я просто стояла под струёй воды, наслаждаясь её теплом. Сколько времени прошло, я не знаю, потому что пришла в себя только после стука в дверь.

- Полина, у тебя там всё хорошо? - взволнованно спросила подруга. - Может, тебе помощь нужна?

- Всё нормально. - Успокоила её я.

Да мне всё сложнее и сложнее выполнять элементарные вещи самой, но сейчас я просто хочу насладиться одиночеством, насладиться этой горячей водой, насладиться спокойствием. Я хочу просто понять, что я на свободе, я живу. Надо же порой так мало нужно для счастья.

А ещё мне сейчас нужно просто прийти в себя, чтобы начать новую борьбу. Борьбу за свою дочь.

Пока мы ехали домой, Лида и Никита рассказали мне, что моя дочь находится у Красовского. Доказательств этого у них не было, опека сослалась на тайну усыновления, сказав при этом, что данные может предоставить лишь по запросу полиции. А Никита был всего лишь частный детектив.

Но в больнице сердобольная медсестра рассказала, что девочку взял под опеку богатый влиятельный мужчина. В принципе, это мог быть кто угодно, но только когда Лида ходила Красовскому, после того как меня посадили в СИЗО, чтобы поговорить с ним обо мне, она услышала детские плач. А ведь ребёнок Красовского погиб в той аварии вместе с его женой, а значит, новорожденного ребёнка в доме быть не должно. Да, у Романа есть сестра, но она не замужем и детей у неё нет. Больше в доме никто не проживает. Поэтому Лида и Никита пришли к выводу, что Красовский воспитывает мою дочь.

Так же Лида заметила, что когда ребёнок заплакал, то и Красовский и его адвокат очень сильно напряглись. Но на тот момент Лиде даже в голову не пришло заострить на этом внимание.

Ещё какое-то время, постояв в душе, я вышла из ванной, закутавшись в тёплый халат и большое полотенце.

- Ты как? – заботливо спросила подруга.

- Сейчас уже лучше, как заново родилась. – Попыталась шутить я. – Если бы ещё не мои доспехи. – Я показала на корсет, который уже успела одеть в ванной.

Да без него я даже жить не могу, потому что с ним я хоть как-то могу ходить, сидеть, дышать. А без него испытываю дикую нестерпимую боль. А ещё, как сказал доктор, без него я быстрее могу стать парализованной. Как же это страшно, когда в один миг твоя жизнь поворачивается на сто восемьдесят градусов.

- Давай садись ужинать. - Подруга заботливо усадила меня за стол.

За ужином мы с Лидой пытались снова восстановить хронологию событий того страшного дня, но всё тщетно. В своих воспоминаниях я не продвинулась ни на мгновение. Эта дверь по-прежнему была плотно закрыта для меня. Как не пыталась я напрячь память, у меня ничего не получалось. Почему я не могу ничего вспомнить? Что произошло в тот страшный злополучный день?

Потом пришёл Никита, и мы приступили к обсуждению темы о моей дочери.

- Зачем Красовскому моя дочь? – спросила я, пытаясь понять логику его поступка.

- Может он не смог смириться с гибелью своей дочки и решил взять девочку, которую должны были отправить в дом ребёнка? – предположила Лида.

- А мне кажется, что таким образом он решил отомстить Полине, забрав у неё самое дорогое, её дочь. – Выдвинул свою версию Никита. – Ты же сама говорила, - обратился он к Лиде, - что Красовский уверен в виновности Полины.

Да, скорее всего Никита прав, Красовский решил таким образом наказать меня, поэтому и попросил следователя сообщить мне о смерти дочери. Из СИЗО я бы не вышла, Красовский всё бы для этого сделал. Потом был бы суд и меня отправили в колонию. А когда бы я отсидела свой срок, не смогла бы уже докопаться до правды.

Да, ловко он всё продумала, только, кто ему дал право судить? Почему он так уверен в моей виновности?

И снова вопросы, вопросы и ни одного ответа.

За беседой мы провели полночи, а на утро Лида попросила Никиту свозить её к родителям, чтобы она могла навестить сына.

Ну а я, не в силах больше ждать, отправилась к Красовскому, чтобы подтвердить или опровергнуть наши предположения о том, что моя дочь находится у него.

***

На улице был тёплый весенний день, светило яркое солнце, а небо было такое голубое и бездонное. Так тихо и спокойно, что даже сердце замирает. Но только я знаю, что за всем этим спокойствие меня ждёт борьба. Долгая и тяжёлая борьба за моего ребёнка.

Но я сильная, я смогу, я выдержу. Главное теперь я знаю, ради чего, а точнее ради кого я живу.

Я подошла к огромному дому, расположенному в элитном коттеджном посёлке. За забором кипела жизнь. Мальчик вместе с отцом играл в бадминтон, а в коляске спила маленькая девочка. И эта девочка моя дочь, которой, как я думала, уже нет в живых.

Остановившись у забора, я смотрела на чужое счастье, а по щекам горячим обжигающим душу потоком текли слёзы. Мужчина, словно чувствуя мой взгляд, повернул голову в мою сторону. Что-то, сказав сыну, он отдал ему ракетку и пошёл ко мне.

Сердце вмиг замерло, что я даже не слышала его ударов. Калитка открылась, и оттуда вышел тот, кто совсем недавно сломал мою жизнь, пройдясь по ней катком. Он решил, что имеет право судить, хотя сам даже всей правды не знает.

- Какого чёрта ты тут делаешь? – прошипел он мне в лицо, стараясь не привлекать внимание сына.

- Я пришла забрать свою дочь! – как можно увереннее ответила я, чтобы не показать ему свой страх перед ним.

- Свою дочь? – усмехнулся он мне в лицо. – Это моя дочь! Запомни моя дочь! – повторил он по слогам. – А тебе я советую убираться отсюда по-хорошему, если не хочешь проблем! – предупредил он, полностью уверенный в своей силе и власти.

- Это моя дочь, я её мать, а ты на неё не имеешь никакого права! – пыталась я отстоять свои права, хотя на него это вряд ли подействует. – Ты забрал её у меня! – сама того не замечая, перешла на крик я. – Ты обманом забрал у меня мою дочь!!

- Ты забрала у меня мою семью, я забрал твою дочь. По-моему это справедливо. – Он стрельнул в меня глазами полными ненависти и злости. – А теперь пошла вон! – он отшвырнул меня, словно нашкодившего котёнка. – Не уйдёшь, вызову полицию. А это не в твоих интересах! – а затем ушёл прочь, оставив меня наедине с моей болью, которая словно голодный зверь рвёт мою душу в клочья.

***