Глава 20

– Всем приятного аппетита. Надо обязательно передать нашему повару, что ужин великолепен, утка просто великолепна, тает во рту. А гарнир идеален. Амина Каримовна, как всегда, занимала место во главе большого обеденного стола, сидела с гордо поднятой головой, холодная и надменная. Странно, что сегодня был собран семейный ужин, вроде не выходной и не праздник. Даже Камиль приехал, а младший брат Тимура посещает дом редко, больше живет в городской квартире. Сыновья сидят справа и слева от матери, я – рядом с мужем, а кусок великолепной утки не лезет в горло. Не могу всех их видеть, как в террариуме со змеями, такое чувство, что я переполнена ненавистью и злостью, чернотой внутри. И она становится все больше, распространяется, дает свои метастазы, наполняя меня всю. Не могу жить с этой ненавистью. Так невыносимо. Не представляю, как живут другие женщины, которые прощают измены, так же улыбаются и так же потом рожают детей, смотрят в глаза, с легкостью отдаются в постели, при этом получая удовольствие? Нет, просто в голове не укладывается. Поездка и разговор с Аленой ничего не дали, я, безусловно, была рада встретить подругу, которую не видела почти год. Но судя по последним новостям, у нее очень серьезные отношения с парнем Габриэлем – это у него, по словам тети Тани, мудреное имя. Алена была влюблена, глаза горели, не выпускала телефон из рук. Но что касается нашей с Тимуром свадьбы, Алена не заметила там ничего странного в поведении моего мужа. Вообще сказала, что мало обращала на него внимание, так как переписывалась с Габриэлем. Ее можно было понять, я сама только недавно была такой же влюбленной и наивной, не замечая ничего и никого. Обратная дорога с Александром была слишком быстрой. Поймала себя на мысли, что мне не хочется с ним расставаться. С ним уверенно, спокойно, надежно. Странно, я вроде бы знакома с этим человеком давно, встречались несколько раз, разговаривали, а вот сейчас открываю его заново. Но все равно такое чувство, что я знаю его много лет, такого с Тимуром не было. Хочется просто обнулиться, забыть обо всем, начать жизнь заново. Интересно, как бы я поступила год назад, скажи отец, что выдаст меня замуж? Уверена, что повела бы себя точно так же – сбежала бы, мы бы встретились, Тимур околдовал бы меня своими чарами, я бы отдалась. И до сих пор жила бы в неведении, в своей придуманной сказке, чувствуя себя принцессой. А он бы трахал кого захочет на стороне, наслаждаясь жизнью и считая ее нормой, как делает это сейчас. Вернулись к университету, обменялись номерами, Саша просил писать и звонить когда угодно, он обязательно ответит. Простились быстро, нарастало какое-то напряжение, опасалась, что водитель может увидеть, как я выхожу из чужой машины, и донести все Тимуру. Да, некий страх присутствовал, хотя я ничего не делала, ни в чем не виновата, но все равно он был. – Может быть, мы поделимся друг с другом, как прошел день? – Амина Каримовна была оживлена. Никогда не спрашивала, как прошел день, а сейчас решила. – Ма, к чему все это? И вообще, у меня сегодня были другие планы, – Камиль высказал недовольство. – Мне плевать на твои планы, у тебя их не может быть. Я молча ковырялась в тарелке, утка, может быть, была прекрасна, но есть совершенно не хотелось. Больше всего меня занимали мысли о том, что надо съездить в клинику, визитку которой обронила Маргарита. А еще позвонить и поговорить с Алиной, со своей двоюродной сестрой. Тимур был молчалив, впрочем, как и всегда. Раньше мне это нравилось. Это придавало ему загадочности. Образ этакого темного принца, погруженного в свои мысли, который любит только меня. Но принц оказался бракованным, даже не принцем. – Через два часа я улетаю на пару дней в командировку. – Вот даже как? Интересно, что за дела такие срочные? – Мама, ты не можешь знать обо всех делах, что происходят в фирме. – Отчего же, могу. Ого, как так, что-то укрылось от глаз и ушей Амины Каримовны? – Надо поторопить поставщиков, из-за их нерасторопности возникли кое-какие проблемы, придется разобраться с ними лично. – Хорошо, разбирайся, а некоторым девушкам, сидящим за столом, даже будет полезно побыть в одиночестве и подумать над поведением. Поднимаю взгляд на женщину и понимаю, что она не такая железная леди, какой хочет казаться. Ее бросил муж, ушел к любовнице, а сыновья, которых она воспитала, не тянут как пример благородства. Старший наверняка имеет связь на стороне, да не одну, а младший просто ничем не занимается. Отдыхает по жизни, прожигает ее деньги, зарабатывая болезни запрещенными веществами. Камиль был таким всегда – бабником, гулякой и бездельником. Наша первая с ним встреча произошла в этом доме, он бы воспользовался моим испугом и залез бы в трусы. Я на его месте тоже приняла бы странную девицу в вызывающе коротком платье за проститутку. Хорошо, что этого не случилось, мой «принц» пришел и спас меня второй раз. У Тимура зазвонил телефон, он встал, вышел на веранду, закрыл за собой дверь и только тогда начал разговор. Мне казалось, что это звонит любовница, и что там никакая не командировка, а они решили отдохнуть, хорошо провести время, чтобы назойливая и подозрительная жена была за тысячи километров. Свекровь строгим взглядом проводила сына, поджала губы, но тут же улыбнулась, скрывая недовольство. Младший Самиров откинулся на спинку стула, обратил свое внимание на меня. – Слушай, Марианна, это правда, что из вашей спальни что-то украли? А я говорил сразу, надо ставить камеры. – Камиль! Хватит! – мать рявкнула на него. – А что такого я спросил и сказал? Отложила вилку, понимая, что в этом доме все всё знают. Все и всё. Что была флешка с видео, на котором мой муж кого-то трахает на нашей свадьбе, что потом эта запись пропала. Но откуда вообще это известно Камилю? Он практически не живет в доме, бывает по великому случаю. – Не знаю, о чем ты говоришь. Но да, недавно у меня пропали тапочки из комнаты. Даже не знаю, кто мог взять? Розовые с помпоном, ты не видел, не брал? Нарочно прикидываюсь дурочкой, ведь именно такой меня все считают, чтобы не отвечать на каверзные вопросы. Но тут же меня посещает догадка. А вдруг это дело рук Камиля? Если это его видео? Вдруг он это все снимал, а сейчас, спустя год, решил поделиться этой находкой? Но для чего, зачем? Какие цели он преследует? Рассорить нас, внести раздор? Задеть старшего брата, чтобы он не казался таким идеальным для всех? Не понимаю, пока не укладывается в голове, с ним стоит поговорить, но без свидетелей. Завершение ужина прошло в тишине. Все быстро разошлись, Тимур собирал дорожную сумку, бросая на меня горячие взгляды. А когда он притянул меня к себе, по-хозяйски прижимая к своему телу, обнимая за талию, сжимая волосы на затылке, я поняла, что не могу выдержать его прикосновения. Мне они омерзительны, неприятны, мне больно физически, я не хочу видеть этого человека. – Я не знаю, что там в твоей прекрасной головке, какие там копошатся мысли, но запомни, Марианна, ты моя женщина, моя жена, мать моих будущих детей. Так есть и так будет всегда, так что выкинь всю ерунду из головы, это все пустое. А когда через несколько дней я вернусь, у нас все будет как раньше, так ведь, моя любимая? Прозвучало как угроза, даже по спине прошел озноб. Поцелуи, от которых я раньше сходила с ума, были пыткой, но Тимур и не думал прекращать, даже понимая, что я не отвечаю, что я просто терплю. Ему было плевать, он берет свое, целует свою жену, играет с ней, как с куклой. А когда он отстранился и улыбнулся, стало страшно, взгляд не сулил ничего хорошего. Надо бежать, вот теперь точно надо бежать, а не просто собирать чемодан в истерике, глотая слезы и наматывая на кулак сопли. Надо все делать с умом и расчетом, надо думать, как Самирова – равнодушно, поступая с выгодой для себя.