Глава 33

– Девушка, вы поймите, я не могу вас впустить. Если вы не близкий родственник больного, вам отказано в посещении. Тем более, это детское отделение, вы сами должны понять. Я все понимала, но мне жизненно необходимо было видеть мальчика. Узнать, как он себя чувствует, поддержать, сердце разрывалось от боли, от того, что он там совсем один, и мама уже не придет. – Да, извините, вы правы. Отошла от окна регистратуры, в приемном покое было много народа, кто-то приехал сам, кого-то привезла скорая помощь. Отошла в сторону, прислонилась к стене, я должна была видеть Рому. После эмоционального разговора с Тимуром Саша успокаивал меня в кафе неподалеку от больницы, несколько раз звонила Амина Каримовна, узнавала о самочувствии сына. Мне так хотелось ее послать, но я сдерживала себя, а еще хотелось, чтобы она приехала и своими глазами увидела любовницу своего драгоценного сына. Может быть, поздравила бы красивую пару со скорейшим прибавлением в клане Самировых. Но это были лишь мои мечты, голова раскалывалась от боли, я заставила себя съесть омлет. Не представляла, что делать дальше, по логике, нужно было поехать домой, собрать вещи и разговаривать с Тимуром уже через адвоката. Вот, кстати, нужен еще адвокат. Александр уехал по срочным делам, а я безуспешно прорывалась в детское отделение больницы. Я была нужна этому мальчику, чувствовала это. Минут пятнадцать ничего не происходило, но когда охраннику кто-то позвонил и он покинул свое место, я взяла с кресла кем-то забытый белый халат и, накинув его на плечи, быстро пошла через пост. Сердце колотилось в груди. Прижимая к себе рюкзак, по лестнице поднялась в травматологическое отделение. Но была остановлена бдительной старушкой, которая мыла полы. – Вы к кому, гражданка? – Я к Роме, к Роме Кочетову, он вчера поступил, – голос дрожал. – А, к тому мальчику? Да, жалко, жалко мальчонку. И как он теперь один? Ох, беда, беда. Вы родственница? Ну, слава богу, хоть не сирота, хоть кто-то за ним присмотрит. А то тетка уже с утра приходила из опеки, ой, да какой от них толк, своя-то семья роднее. Вы идите, идите, третья дверь слева по коридору, там он, лежит, молчит, не ест ничего. Если бы я еще хоть минуту осталась слушать эту старушку, то начала бы рыдать. Кинулась в нужном направлении, третья палата, дверь приоткрыта, заглядываю внутрь, четыре койки, две только заняты. На одной лежал подросток со сломанной ногой на растяжке, а на другой, спиной ко мне, накрытый одеялом ребенок, лишь темная макушка выдавала, что на кровати кто-то есть. Тихо подошла, подросток на секунду оторвался от планшета, но даже наушники не вытащил и дальше продолжил свое занятие. Подошла, присела на кровать, кусая губы и глотая слезы, не знала, с чего начать и как сказать мальчику, что я его не оставлю. Но он вдруг резко повернулся ко мне сам. Глаза огромные, карие, заплаканные, лохматый, бледный. – Я никуда не пойду, я жду маму, она скоро придет за мной. А с вами я никуда не пойду! – выкрикнул, а я вздрогнула. – Я… Нет… я никуда тебя не заберу, я пришла навестить тебя, меня зовут Марианна, а ты Рома, да? Мальчик нахмурился, сел, поджал ноги, с недоверием осмотрел меня. Видимо, к нему уже приходило много людей, и все что-то говорили, а он просто ждет маму. Как же я его понимаю, я тоже долго ждала свою, не веря в то, что ее больше нет, но со мной рядом была семья, а с ним – никого. – Да, Рома. Вы знаете, где моя мама? Что ответить ребенку? Да меня саму выворачивает наизнанку от боли, от того, что мой муж стал виновником одиночества и поломанной судьбы этого малыша. – Я… я хочу сказать, что ты не один, я помогу тебе, я не оставлю. Мы обязательно со всем справимся. – Та тетенька сказала, что, как только у меня перестанет болеть голова, она увезет меня в новый дом, а я не хочу туда, я хочу домой. Я хочу к маме! Мальчик заплакал, вот он держался, был сильным, но слезы потекли по щекам, я не выдержала, потянулась, прижала его к себе. Я готова была поменяться с его мамой местами, только чтобы он не страдал и не плакал. – Тихо, тихо, мой хороший, все наладится, я обещаю тебе. Мы плакали так несколько минут, пока Рома не затих, и я поняла, что он спит. Уложила на подушку, поправила одеяло, вытирая слезы с его щек. Я бы могла так просидеть весь день около него, но в палату медсестра привела еще двоих детей и вопросительно взглянула на меня. – Кто вы такая? – Тихо, ребенок спит. Рома мой племянник, и я скоро за ним вернусь. Женщина ничего не сказала, я вышла из палаты, и как только покинула отделение, позвонил Саша. – Марианна, ты где? – Я была у Ромы, мне удалось пройти, но не думаю, что в следующий раз я смогу проделать такой же фокус. Мне так хотелось его забрать, просто увести из больницы. – Не стоит этого делать, к тому же мне удалось кое-что узнать. Я жду тебя у кафе на парковке. Спрятав белый халат в рюкзак, понимая, что он может пригодиться, ускорила шаг. Саша действительно ждал, увидев меня, улыбнулся, стало даже легче на душе. – Что, что ты узнал? Кто отец Романа? Может быть, мы как-то можем с ним встретиться, договориться? – Не знаю даже, с чего начать. – Ты меня пугаешь. – Да я сам не ожидал услышать такую информацию, но покойная Светлана Кочетова была очень дружна со старушкой – своей соседкой. Мои парни приехали по адресу и удачно наткнулись на нее. Та и давай рассказывать, она только узнала о трагедии и еще не успела поговорить с полицией, из-за города приехала, Светлана с сыном как раз ехали к ней. – И что? Что? – Светлане Кочетовой был тридцать один год, в двадцать шесть она родила сына, от кого – неизвестно, об отце ребенка никак не вспоминала, только говорила, что он не простой, и мальчик ему не нужен. Мои парни немного пробили, чем в то время занималась Светлана и где работала. – Где? – Она была личной помощницей Козырева Николая Петровича практически в течение года. – Отец? Она была его помощницей? Новость стала шоком. Других я уже и не жду. Начинаю вспоминать, что было со мной шесть лет назад. – Мне было всего четырнадцать, брату двадцать один, я не интересовалась личной жизнью отца, но у него всегда были женщины. – Светлана была устроена официально, жила скромно, так говорит соседка, была одинокой, родителей и родственников нет. Старушка видела, что ее привозил дорогой автомобиль, но мужчину она не заметила, а Света не рассказывала. – Отчество, какое у Ромы отчество? – Угадай сама. – Николаевич? – Да. Кочетов Роман Николаевич. – Быть того не может. Как причудливо и трагически сплетаются порой судьбы людей. Я думала, что моя жизнь – это дурной сериал, а оказалось, она еще страшнее и непредсказуемее. – Поехали к отцу. Надо все спросить у него. Но не успели мы отъехать далеко, как позвонила свекровь. – Где ты? Марианна, я в больнице у Тимура, а тебя нет. Ему плохо, он хочет видеть тебя. – Я буду позже. Разве с ним больше никого не было? – Нет, о чем ты говоришь? Он совершенно одинокий, он твой муж, и ты обязана быть с ним рядом. Хотелось выругаться или выкинуть телефон в окно, как же они все меня достали. – Амина Каримовна, пока вы там, поинтересуйтесь у вашего сына, кто ему прислал тест с двумя полосками. А еще – с кем он мне изменяет целый год, и кого трахал на нашей свадьбе. Отключилась, сжала смартфон, отвернулась к окну. У меня есть дела поважнее, чем сидеть у постели неверного мужа и выслушивать его угрозы.