Глава 15. Рина.

Осознание – это то, что напоминает, когда люди падают с высоты птичьего полета на землю и разбиваются в лепешку.

Неожиданно и страшно.

Что мы творим?!

Наши взгляды с Домиником пересекаются и я вижу, что он испытывает ровно тоже самое, что и я сейчас.

Нужно ответить, причем срочно. Иначе Веселина войдет сюда и застанет нас за не самым пристойным действием.

Ведь мы даже не заперлись!

Парень слезает с меня, а я быстро поправляю платье, возвращая свою грудь на место – в лиф. Нам хватает минуты, чтобы привести себя в порядок и выйти к госпоже.

Она смотрит на нас слишком проницательно и с подозрением, а затем разворачивается и уходит обратно в столовую.

Пронесло или нет?

Надеюсь, что нет. Так как страсть немного стихла, и теперь мне снова стыдно перед собой, Идэей, Гектором и самим Домиником.

Я умоляла его дотронуться до меня.

По собственной воле.

Какой ужас.

Мы тоже возвращаемся за стол. Судя по тому, что всё убрали и принесли мой торт с чайным сервизом, отсутствовали и правда долго. Неудивительно, что за нами пришли.

Я осторожно сажусь на свое место, обратив внимание на полную тарелку с едой. Они оставили для меня порцию. Это очень мило.

Такая забота – то, чего мне так не хватало в своей семье. Мои родители слишком холодные. Они не способны на проявление заботы в том смысле, в котором я этого желаю. Возможно, поэтому меня так сильно привлёк Доминик.

Он первый, кто проявил ко мне ту самую заботу в тех горах. Когда мы с Ви находились на грани гибели.

И, вероятно, поэтому я не могу долго сердиться или обижаться на него.

Всем нравится мой торт. Меня хвалят, я в центре внимания. В таком непривычном тандеме проходит обед.

Я хочу обсудить с Домиником ту вспышку страсти, но в сложившихся обстоятельствах это оказалось невозможным. Завтра в его рунмобиле я обязательно поговорю с ним.

Но этому тоже не суждено случиться. На утро у Виоки поднимается температура и я остаюсь дома. Вызываем лекаря. Веселина берет отгул с работы, чтобы мне помочь.

Мы вместе целый день хлопочем вокруг моей дочери. Она берет на себя основные задачи: разговаривает с лекарем, узнает рецепт и даже ходит купить все необходимое из назначений. Мне было бы очень сложно справиться одной. Я бесконечно благодарна ей за помощь.

– Спасибо. – Очередной раз благодарю я Веселину, когда она приносит мне микстуры для Ви.

– Не переживай, с ней все будет хорошо.

Виока только уснула очередной раз. Жар немного спал, рецепт помог. И я немного под успокоилась. Когда болеют дети, тем более такие маленькие – это сущий ад. Страх, что может произойти непоправимое все время присутствует на задворках сознания.

Мы стали ближе с Веселиной за это время. Болезнь Ви сплотила нас. Она предложила мне даже перейти на ты. Мне сложно на это перестроиться, но последующие пара дней помогают мне в этом.

На четвертый день моей дочери лучше и теперь я могу вернуться на учебу. Утро проходит, как обычно. За мной заезжает Доминик, я сажусь на заднее сидение и украдкой поглядываю на него.

Все такой же напряженный, красивый и приятно пахнет. Мне нравится. Я скучала за всем этим.

Нашими тихими поездками в одном салоне. Попытки делать вид в академии, что мы не больше чем одногруппники, тогда как буквально пять дней назад Доминик накинулся на меня в комнате и подарил кучу приятных ласк.

Кстати, насчет них.

– Доминик, мы должны обсудить ту ситуацию.

– Согласен. – Незамедлительно соглашается со мной парень, резко тормозит, заезжает на территорию академии и паркуется.

Я специально выбрала этот момент, чтобы быстро выяснить все и улизнуть на учебу. Со стороны мой поступок можно расценить, как трусость, но другого варианта я не видела.

Я больше не доверяла своему телу и желаниям.

– Этого не должно больше повториться.

– Как и того поцелуя? – Отчего-то злясь, спрашивает колко Доминик.

Я смущаюсь и сильнее сжимаю ручки сумки.

– Да.

– А знаешь, что я считаю?

– Что?

– Что ты просто трусиха.

В какой-то степени так и есть, но я ни за что не признаюсь ему в этом.

– Это не так. Просто…

– Докажи. – Он пронзает меня озорным взглядом через зеркало заднего вида. – Приходи сегодня после занятий в библиотеку. Если конечно, не боишься.

– Ззачем? – Мое сердце ускоряется от волнения, а щеки начинают гореть.

– Книжки будем читать, Рина.

Я не даю четкого ответа. Специально. Пусть по мучается, также как и я.

Гордо выхожу наружу, не сильно хлопнув дверью, и направляюсь в академию.

Сегодня нас ожидает сложнейшая контрольная по зельеварению. Я должна сконцентрироваться на ней, а не о том, что задумал Доминик после занятий в библиотеке.

Это сложно. Особенно, когда мы находимся на одних парах, в одном кабинете.

– Стой, ты не то кладешь. – Шепотом одергивает меня подруга от колоссальной ошибки, которая могла мне сейчас стоить провалом экзамена.

– Точно, спасибо.

Я кое-как все же создаю средство от мигрени, когда беру себя в руки и сосредотачиваюсь на задачи. Я не должна так легкомысленно относиться к своему будущему.

Чем ближе наступает момент икс, тем сильнее мое тело одолевают мурашки волнения.

Что конкретно задумал Доминик?

Наконец, занятия заканчиваются, я прощаюсь с Айсой и иду на место встречи. Осторожно вхожу в темное помещение – библиотеку. Свет не включаю, пытаюсь на ощупь разобраться куда идти и шепотом зову:

– Доминик?

Крепкая мужская рука резко закрывает мой рот, а другая лезет под блузку. Адреналин мигом взлетает в крови и я начинаю мычать и пытаться вырваться. Державший меня сильный, причем настолько, что мои жалкие попытки быстро заканчиваются, так как выдыхаюсь.

– Тише, малышка Рина. Это всего лишь я. – Около самого уха, с легкой хрипотцой голос Доминика кажется еще более возбуждающим.

Я успокаиваюсь, но кровь продолжает бурлить внутри меня. Он убирает руку с моего рта, заменяя его жестким поцелуем. Доминик врывается в мой рот, блуждает в нем языком, изучая, а рука уже сжимает мою правую грудь аккуратно, даже нежно.

Помнит, что они слишком чувствительные.

Левая рука парня задирает мою юбку и проникает под трусики, следом в лоно. Оно уже влажное и с радостью принимает его пальцы. Я слишком долго терпела и мечтала об этом.

Я млею в умелых руках, балансируя на грани оргазма. Доминик, кажется чувствует это, так как резко убирает свои руки, разворачивает, приподнимает над собой и прижимает к стеллажу с книгами. Горячий рот проходится по моей шее, оставляя засосы.

Что я скажу… – Мысли всплывают и тут же гаснут в страсти и похоти.

Член Доминика проникает также резко, как и его пальцы ранее, начинают вдалбливаться с такой силой, что перед глазами проносятся искры. Я больше не сдерживаюсь и стону. Также громко и пошло, как Доминик сейчас врывается в меня.

Удар за ударом, шлепок за шлепком, стон за стоном.

Парень с рыком отрывается от моего рта, продолжая двигаться, дико, яростно, словно всю жизнь мечтал об этом, придавливая к стеллажу, который неистово трясется.

Я разлетаюсь от оргазма на миллион частиц, не менее яростно сжимаясь вокруг члена Доминика, а в ответ получаю горячую струю семени парня внутри себя.

Секс с ним – это какое-то торнадо. Такое же безумно страшное и незабываемое.

Стеллаж позади нас вдруг со скрипом не выдерживает нашего напора и начинает лететь назад. Я с визгом сильнее сжимаю шею Доминика, оборачиваясь назад.

– Что мы наделали?!

Парень нехотя выходит из меня, ставит на пол и поправляет одежду. Затем смотрит на масштаб наших бедствий озадаченно. А тут есть от чего охренеть. Упади один стеллаж с книгами – это пол беды. Но мы везучие и за одним, последовали другие по принципу домино.

– Мамочки, мы развалили всю библиотеку. – На грани от истерики произношу я.

– Что здесь происходит? – Звонкий голос нашей библиотекарши заставляет меня вздрогнуть и еще больше испугаться от последствий.

– Лучше нужно крепить стеллажи. – Отвечает Доминик, криво улыбнувшись.

Он в отличии от меня похоже не сильно переживает за последствия.

– Вы, представьтесь. Я вынужденна сообщить об этом инциденте ректору.

Ну все, нам с лихвой достанется. Я до сих пор не могу поверить, что мы развалили библиотеку во время секса.

– Р…

– Регина Бейтс и Нейтон Коулман. – Перебивает Доминик и отвечает за меня.

Причем представляет нас чужими именами!

Это запрещено и плохо при любом раскладе.

– Хорошо. Я тогда пойду к ректору, а вы пока здесь, ребята, приведите все в порядок. И чтобы ни у кого не возникло желания сбежать, я вас тут закрою. – С этими словами миссис Финч покидает библиотеку, а следом слышны щелчки замка.

– Что будем делать? – Я поворачиваюсь к заваленным стеллажам и разбросанным книгам, оценивая объем работ.

Мда, мы и за неделю тут не управимся.