23.03 Глава 31

Маша – Нет, ну ты уничтожил? – переспрашивает Егора Елена Васильевна. – ДА! – выкрикивает он. Сказать, что он в бешенстве, ничего не сказать. Когда он приехал за нами, его просто трясло. Кажется, он готов был убивать. Наверное, это все не для посторонних ушей, но, если честно, я испугалась. Стала распрашивать его о том, что произошло, прямо у Михницкой. Он отнекивался пару минут, но… Но потом взорвался словами и эмоциями… А мне же надо было еще рассказать, что произошло в парке. Это точно лучше делать рядом с Еленой Васильевной… Моя старушка на удивление спокойно восприняла историю о суррогатном материнстве. – Там вообще надо посмотреть Уголовный кодекс, – она сложила руки на животе, рассуждает с абсолютно профессиональной невозмутимостью. – Мне кажется, под это дело должна подходить какая-то статья. – Там же контракт! – вскидывает руки Егор. – С моей подписью! – Ну, значит, подделка документов, – Михницкая непробиваема, но меня это сейчас не злит. Наоборот. Кажется, она единственный островок спокойствия в творящемся дурдоме. – Тому, кто это сделал, я Уголовным кодексом грозить не буду, – рычит мой муж. – Я просто его придушу! – Тогда он будет грозить Уголовным кодексом вам! – все так же ровно отвечает Елена Васильевна. – Ну, или его родственники. – Не будут! Родственники! – Егор кричит. – Я об отце говорю! – А-а… – кажется, на ее лице впервые проступили эмоции. И это удивление. – То есть вы уверены, что ЭКО, – она косится на Сашку, – втайне от вас инициировал ваш отец? – Да! – Егор бьет рукой по столу, пугая Саньку. – Уверен! – Чшш, – я подхватываю малыша. Егор морщится, смотрит виновато. Подходит ко мне, утыкается лбом в мои волосы, гладит по спинке сына. Елена Васильевна хмурится, наблюдая за нами. Явно что-то обдумывает, прикидывает. – Стоп, – хмурится Михницкая. – Давайте по порядку. Ты не могла забеременеть? – она указывает рукой на меня. – Да, – я киваю. Всего я ей не рассказывала. – Но вмешался ваш отец, – она указывает рукой на Егора, – и заказал себе внука с посторонней женщиной? – Да, – в этот раз кивает Егор. – А ты приняла ребенка как от суррогатной матери. Я киваю молча. Это то, во что я не хотела бы посвящать посторонних. – Угу… – Елена Васильевна поджимает губы. – Тогда у меня два вопроса. Первый: почему ваш отец вмешался, ничего не сказав вам? И второй: чем вы, собственно, недовольны? . Егор Смотрю на Машу. Мы зачем-то стали это все обсуждать прямо при старушке-следачке… Ну понятно. Маша была у нее, а я взорвался. Не сдержал эмоции. И что сейчас? Сказать ей, что вас, уважаемая, это не касается? Но Михницкая задает правильные вопросы… И может быть полезной. К тому же она помогает Маше. – Отец вмешался из-за наследства, – я начинаю издалека. – Мой дед сколотил нешуточный капитал. Но по условиям завещания корпорация неделима и управляет ею тот, у кого есть старший наследник мужского пола. Я не хотел ребенка не от Маши. Но отцу позарез нужен был внук. – То есть если у вас нет сына… – вскидывает бровь Михницкая. – То управление корпорацией уходит к моему двоюродному брату, – развожу руками. – А мы все ни с чем. – Вообще ни с чем? – Ну, – тру подбородок, – у меня есть кое-какие личные счета. Немного в России, немного в зарубежных банках. Но по сравнению с оборотами корпорации это мелочи, – морщусь. Елена Васильевна замолкает, надевает очки, очень долго и внимательно на меня смотрит. – Я правильно понимаю? Речь идет об очень больших деньгах? Вздыхаю, покорно склоняю голову. – Да. – Тогда, молодые люди, будьте добры объяснить все подробно и обстоятельно, – поджимает губы старушка Михницкая, – потому что в моей практике за бутылку водки убивали, а учитывая сегодняшние события… – тянет она и многозначительно смотрит на Машу. – Какие события? – напрягаюсь я. Моя жена смотрит на меня, закусив губу. – Маша? Молчит, мнется. Прожигаю ее взглядом. – В парке была Регина. . Маша Рвет и мечет! Ругается сквозь зубы вслух на своем любимом немецком. – Нет! Не может быть! Ты уверена, что она? – Даже если она не уверена, то меня зрение еще не подводит! – с вызовом вскидывает подбородок Михницкая. – Это же парк! Там мог быть кто угодно! – Я хожу по этому маршруту двадцать семь лет, молодой человек! – оскорбляется моя покровительница. – Я тут знаю абсолютно всех с учетом сезонности одежды и преемственности поколений! Ту женщину, – она оглядывается на меня, – которую мы с вашей женой сегодня встретили, я видела впервые. – Нет, я все-таки убью его! – орет мой муж. Сашка реагирует на его крики, начинает плакать, я подхватываю его на руки, качаю… Егор опять стыдливо замирает. – Господа, давайте успокоимся! – вдруг хлопает по столу Михницкая, и даже Саша замолкает. – Вы сейчас обстоятельно и подробно мне расскажете, кто эта дама, почему вы ее связываете с ребенком и почему ее надо бояться. Егор долго смотрит на Елену Васильевну, но потом, сдавшись, выпаливает: – Это женщина, которая родила Сашу, – на его скулах играют желваки, он приготовился защищаться, но Михницкая терпеливо ждет продолжения. Егор набирает воздуха и добавляет: – Она претендует на то, чтобы занять место Маши. П