Глава 28. Сложный выбор

Ардан

- Позже обо всем поговорим, - хочу отмахнуться, но верховная жрица преграждает мне путь.

- Ваше Высочество. С таким настроем вы покинете храм немедленно! И пока мы с вами не поговорим, пару не увидите, - с такой уверенностью в голосе произносит, что пробирает до глубины души.

Похоже, я перегнул палку. Услышал, что с Эйлиной совсем плохо, что меня ограничивают, и разум затуманило, дракон встал на лапы и решил показать характер. Что-то с ним происходит. Совсем с ума сошел. Видимо, слабость пары так действует.

- Прошу простить, Барсана, - прикладываю руку к груди. – Я волнуюсь за пару. Возможно, вы и правы. Стоит сначала поговорить, а потом уже идти к ней, чтобы было меньше ограничений во времени.

Говорю это и чувствую, как дракону это не нравится, ему хочется прямо сейчас к ней. Нет. Нужно его ограничить, напомнить, кто из нас главнее. Мы одно целое, но власть в моих руках, никак иначе.

Барсана кивает, и рукой указывает на одиноко стоящую у стены лавочку, куда мы и присаживаемся.

- Кто-то проклинает девушку. Маяк дракона, который вы дали, может защитить от многого, но не от всего. Кто-то сделал заклятье на крови. Сейчас из нее высасывают жизнь. Но убивать явно не хотят. Если бы у мага была такая цель, то жрица была бы мертва. Ее намеренно изводят, ослабляют.

Для чего это кому-то нужно? Не слишком ли сложные манипуляции? Я не представляю, для чего могла понадобиться пара темному магу. Да, жрица, да, приближенная к Амалакаю. Но это ни для чего не имеет значения. Она здесь, не похищена. Если бы ее украли, тогда понял бы, а так все выглядит нелогичным.

- Сейчас ее метка кровоточит, - невольно дергаюсь в сторону истинной, но теплая ладонь женщины останавливает. – Те ваша метка, Ардан. Та, что поставлена обманом. Вокруг Эйлины слишком много злой магии, алчных людей. Ей не повезло стать жертвой преступников.

- Вы знаете, как подделали метку и почему сейчас она кровоточит? – вместо меня спрашивает Арзар.

- Это сложная магия. И увы, мне сложно в это поверить, кто-то из жриц причастен к появлению ложной метки. Чье-то сердце стало черно, но девушка скрывает это, обходит древнюю защитную магию. Только сильный маг мог приготовить зелье, способное сотворить истинную связь. Но одно дело изготовить зелье, а другое, напоить им жертву, которая скрыта от обычного мира стенами этого храма.

Вижу, как сложно верховной жрице даются эти слова. Предатель в самом сердце – это удар для любого, кто несет на своих плечах груз ответственности за кого-то.

- Тьма восстает, сгущается над нами, и как бы нам ни хотелось ее сдержать, так просто этого не сделать, - теперь уже я говорю ей. – Если маг столь силен, значит, мог и околдовать одну из жриц. Кто знает, вдруг ее душа чиста, но, когда необходимо, он может вселяться в ее душу или опоить зельем, запирающим волю. Все может быть. Этот человек явно пренебрегает всеми мыслимыми и немыслимыми законами. У него есть цель, и он не перед чем не остановится, чтобы достигнуть ее.

Женщина недовольно поджимает губы, явно продолжая винить себя. Но здесь я не властен. Это ее ноша, ее мысли. Ей решать, как выходить из сложившейся ситуации. Мне же нужна информация, которую она пока не дала.

- Все возможно. Сейчас нужно действовать. Обдумывать и принимать решение за прошлое будем в паузе между выпадами тьмы. Я говорила с Великими Драконами. Они готовы разрушить проклятие, но лично для вас, Ваше Высочество, цена непозволительно высока.

- Говорите, - сквозь стиснутые зубы прошу продолжить.

- За жизнь жрицы они назначили цену – ее судьбу. Они хотят, чтобы она осталась на острове и служила в храме. С проклятьем они отзовут и метки. Жизнь девушки начнется с чистого листа. Вам подберут другую пару. Такова плата за ее жизнь.

- Что? – одновременно с другом переспрашиваем жрицу. – Это, верно, шутка такая?

- Нет. Такова цена. Если вы готовы ее заплатить, то Эйлину нужно принести в купель жизни и драконы исцелят ее. Если же цена непосильна, тогда остается надеяться на чудо и что маг отступится от своих целей и снимет проклятье раньше, чем из девушки утечет жизнь. Сначала она станет кровоточить всем телом, а потом в горячке умрет.

Не могу поверить, что женщина говорит об этом серьезно. Это ведь невозможно. Они могут даровать ей жизнь без жертв. Просто не хотят. Им нужно показать власть, чтобы их добротой не пользовались каждый раз.

- Я не тороплю с ответом. У нее еще есть время, подумайте хорошо. Я буду ждать вас здесь с любым решением.

Киваю женщине и встаю со скамьи. Пересекаю коридор и опираюсь руками на подоконник. На острове мрачно. Тучи появились внезапно. Даже мелкий дождик накрапывает. Природа солидарна с моим настроением. Она оплакивает что-то. Только вот что? Или кого?

- Все будет хорошо, Ардан. Мы справимся и без них. Не смей, слышишь? Не смей сдаваться и отдавать им свою пару. Фрайт найдет способ вытащить ее. Она под крылом Амалакая, думаешь, он отдаст ее смерти? Не верю. Понимаю, я не сторонник истинности, даже знаю, как ее разрушить, но ты то нет. Я видел, как ты смотришь на девчонку. Она уже многое для тебя.

Смотрю, как капли стекают по стеклу, слушаю голос друга и шум дождя, и не знаю, какое решение верно. Слишком сложный выбор. Слишком неоднозначные времена.

- Справимся, Арз. В первый раз что ли судьба ставит нас на колени?

Натягиваю на лицо улыбку, голосом смеюсь, а на душе паршиво. Отмахиваюсь от друга и иду к той, что была всем, а может стать никем. Все зависит от меня.

Иду к своей паре, а у самого все не на месте от непрошеных мыслей. Надо бы отрешиться от всего. Просто отпустить ситуацию, посмотреть в глаза Эйлине, поддержать ее, и забыться хоть на мгновение. Ответ сам придет, когда позволишь себе не думать над ним.

Подхожу к кушетке, где лежит истинная. Все тело покрыто испариной. Она горит. Служительницы храма ходят вокруг нее, обтирают мокрыми холодными полотенцами, сбивая жар.

- Ардан, - шепчет Эйлина пересохшими губами и тянет ко мне свою ручку.

Сажусь на краешек кушетки и сжимаю ее ладошку. Горячая.

- Прости, я сбежала. Но я так чувствовала. Мне так стыдно, - каждое слово дается ей с трудом.

Маленькая храбрая жрица. За что же ты просишь прощение? Ты борешься за свою жизнь. Иногда ради этого приходится идти даже против близких.

- Все будет хорошо, Эйлина. Не волнуйся. Я не дам тебе умереть. Веришь? – поглаживаю пальцами нежную щеку.

Кажется, что кожа девушки стала настолько тонкой, что чуть посильнее нажмешь, порвется. Плечо перевязано, но кровь из метки пропитала его насквозь. Еще немного, и четкое очертание фальшивой истинности начнет расползаться уродливым пятном.

За что тебе все это? И как же мне быть? Сказать ничего не могу. Я знаю, каким будет ее ответ. Она скажет сохранить ей короткую жизнь. Она согласится умереть в муках, лишь бы я не познал боль потери из-за собственного решения. Она примет удар на себя и умирая, попросит Амалакая найти мне другую.

Даже сейчас это читается в ее глазах. Косвенно, но читается. Или это я хочу видеть это? Запутался.

Когда твой близкий страдает, все мысли путаются. Решения принимать совершенно невозможно. Особенно когда любишь человека. Да, я люблю эту храбрую, милую девушку. Она добрая и милая, искренняя и честная. Мы знакомы так мало, но ее стало так много в моей жизни.

И нет, это не зверь во мне говорит, а человек. Именно человек хотел проводить время с девушкой. Именно человек скучал вечерами в пустой спальне, и хотел свою пару под бок, вдыхать ее аромат, касаться бархата кожи, слушать мерный стук сердца, но ведь есть условности, которые я соблюдал, а теперь жалею.

Даже если мне подберут другую, смогу ли я ее полюбить? Будет ли нас со зверем так тянуть к другой, когда в памяти уже есть другая, яркая и теплая, как солнышко, пахнущая жасмином и весенним ветерком? Никто не знает ответ на этот вопрос.

- Верю.

Ее тихий голосок рвет меня на кусочки. Лежит, такая слабая и беззащитная. Никто ей не поможет. Только я могу. Только мое решение ее спасет. И в данной ситуации выход возможен только один. Я выживу без нее. Не нужна мне другая. Уж лучше один, чем с другой.

Не верю, что другая сможет затмить все воспоминания о солнечной девочке. Да и не хочу, чтобы кто-то пытался. Если и дадут другую, то попрошу у Арза чешуйку и рецепт. У меня уже есть пара. Даже если мы и не вместе, это ничего не изменит. Для меня так точно.

- Я такая глупая. Думала, мне нужна сила здешних мест, а, оказывается, ошиблась. Меня просто тянуло туда, где все знакомо, - печально усмехается, стараясь разбавить обстановку.

- Нас всех в момент опасности тянет туда, где безопаснее, где знаешь, что помогут, - стараюсь успокоить ее.

- Но ведь ты мой истинный. Самое безопасное место рядом с тобой. Но меня рвало на части. Хотела и с тобой остаться, и сюда вернуться.

- Ты жрица. Не просто человек. С нами все непросто, - стираю одинокую слезинку, сорвавшуюся с ее глаз. – Мы странная парочка. Амалакай решил посмеяться над нами, соединив такие противоположности.

Эйлина кивает, не знает, что сказать. Да и сил нет. Она истощена до предела. У меня нет выбора. Нет. Толку оттого, что она будет моей? Она не выживет. Надеяться на чудо – непозволительная роскошь в нашей ситуации. Каждая минута может стать последней. Даже мои метания могут стоить ей жизни.

Но если я откажусь от нашей связи, она будет жить. Останется на острове и будет служить Великим Драконам. Она будет улыбаться солнышку, радоваться свежести летнего дождя и хмурится, когда окна покроет морозный рисунок.

Буду страдать я, но зато она выживет. А там, кто знает, может, и отпустит однажды, и каждый из нас начнет новую жизнь. Счастливую и долгую. Но сейчас нужно решать. Забрать себе ее последние часы, или подарить жизнь?

Выберу первое, сам себя изведу. Покончим с тьмой, и все, не смогу жить, зная, что сам виноват в том, что больше нет рядом той, что предназначена судьбой. Выберу второе, тоже останусь один, только буду знать, что она дышит, смеется, любит.

Все невыносимо, все ранит. Но выбор очевиден.

- Веришь мне? – Эйлина жмурит глазки и даже кивнуть пытается.

Храбрая, сильная моя девочка. Все для тебя сделаю. Лишь бы снова в глазах жизнь заблестела, а на лице сияла теплая улыбка.

- Тогда доверься мне, - снова жмурится, а я, скинув с нее все полотенца, подхватываю на руки.

Не сопротивляется. Даже шею руками обвить не может. Тряпочку поднял. Иду в коридор и вижу, как Барсана активно спорит о чем-то с Арзаром. Мне бы обратить на это внимание, выяснить, что у них происходит, но не до того. Позже. Все позже.

- Ты похитил ее! – возмущается женщина.

- Имею полное право. Да и она не жрица.

Препирается в привычной манере друг. Только сил усмехнуться его расслабленному тону нет. Моя жизнь скоро изменится, и я одновременно хочу и не хочу этого момента.

- Я принял решение, - прерываю их разговор. – Ведите нас в купель жизни.