Глава 27

Я проснулась от ощущения сильной руки на своей груди. Опустила глаза и стала заворожённо наблюдать за тем, как длинные настойчивые пальцы забираются ко мне под майку и нежно путешествуют с места на место, вызывая у меня лёгкие судороги и желание выгнуться навстречу. Рука опустилась ниже, на талию. Дима притянул меня к себе. Я почувствовала спиной стук его сердца, он отдавался пульсацией в моей груди и ниже. Дима прижался носом к моему виску, с наслаждением вдохнул и замер. Я чувствовала, что хочу продолжения, но боялась шевельнуться и потерять это блаженное состояние. Дима чуть прикусил мне мочку уха и прошептал:

— Вставай, погнали.

И тут я проснулась на самом деле.

— Вставай, погнали, — Настя теребила меня за плечо.

— Куда? Выходной же, — я села в постели, пытаясь сосредоточиться. Ничего себе сон. Такой реалистичный… Да, плохо дело. Кажется, мне нужна разгрузка.

— Одежду тебе покупать, — улыбаясь во весь рот, сообщила Настя.

— Не надо ничего, пойду в футболке вон той, — неопределённо махнула я в сторону шкафа и улеглась обратно.

— Ты чё несёшь, — Настя скинула с меня одеяло и за ноги потащила на пол, — ты сегодня должна быть самой чёткой. Ты должна размазать изменщика, уничтожить, чтоб осознал, какая он сволочь. Чтоб сам себя простить не мог за то, что потерял самую шикарную женщину в мире.

— Что ты насочиняла, ненормальная. Совсем Никита тебя с ума свёл. Это всё точно не про меня, — ворчала я, привычно влезая в толстовку и спортивные брюки, — умыться хоть можно?

— Можно, но давай без мэйка, забежим ещё в салон красоты. Там сделают.

Я с трудом вылезла из кровати и поплелась в ванную. После душа я почувствовала себя лучше. Ладно, пусть будет шопинг. Куплю новые джинсы. И свитшот со встроенными наушниками.

Настя уже оделась и ждала меня, стоя у дверей. На ней был короткий красный сарафан.

— Какая киса, — улыбнулась я сестре, — ты хорошеешь на глазах. Тоже себе молоденького завести, что ли?

Настя тряхнула густыми светлыми волосами и засмеялась:

— Не, ты — мать, тебе не положено, ищи серьёзного, с хорошей материальной базой.

Через час мы вошли в магазин одежды.

Настя сразу побежала к отделу вечерних платьев, а я к спортивным вещам. Передвигая вешалки, я остановила взгляд на сиреневого цвета худи.

— Смотри какое! Иди сюда, пока никто другой не купил, — Настя изо всех сил махала мне рукой.

Я передала вешалку продавцу, та понесла худи на кассу.

— Что там у тебя?

— Смотри, смотри, какое чудо! И размер твой. Быстро в примерочную!

Я с опаской взяла в руки небольшой кусок ткани холодного синего оттенка.

Платье оказалось впору. Но фасон…Совсем короткое, узкое, с вырезами на талии по бокам. На груди красиво струилась очень глубокая драпировка. Такая глубокая, что лучше не наклоняться.

— Насть, я так не выйду из дома. Это же чересчур. Обтягивает. И короткое.

— Ты что, сестра? Ты стройняшка. Кому носить такие платья, если не тебе? Правда, очень круто выглядишь. Обольстительная секси фрау. Он слюнями истекать будет от твоего вида.

— Фу на тебя, слюнями истекать, — я очень ясно представила Виктора за столиком в ресторане с лицом, похожим на морду сенбернара, которого дразнят косточкой, — фу, замолчи вообще…

Я покрутилась перед зеркалом.

— А трусы не будут торчать в этих разрезах?

— Какие трусы? Минимум одежды — максимум обаяния, — задорно заявила Настя, — всё, берём. Снимай и пошли за туфлями. Под это платье надо шпильку сантиметров десять, не меньше.

Я испуганно прокашлялась:

— Что?

— Ещё в отдел нижнего белья заскочим, а потом в салон за макияжем и причёской.

— Зачем бельё? Я же не собираюсь с ним того, — многозначительно хмыкнула я.

— Это для тебя, для настроения, для полноты образа, для уверенности.

Через несколько часов я стояла перед зеркалом в салоне красоты, смотрела на себя и не узнавала. После процедур кожа на лице посветлела и подтянулась. Макияж лёг идеально. Я всегда считала, что smoky eyes — не моё. Теперь поняла, что ошибалась, просто сама не умела делать его правильно. Настя заставила меня надеть серебряные серьги-цепочки до плеч и широкий браслет, усыпанный фианитами. Новые платье и туфли смотрелись шикарно. Но я всё равно расстроилась. Слишком открыто и дерзко. От мысли, что надо в этом куда-то выходить, меня начинало подташнивать.

— Неприлично, — услышала я сзади голос мастера из салона. Я уже открыла рот, чтобы с ним согласиться, но он продолжил, — неприлично роскошно!

— Да, да, да, да! — захлопала в ладоши Настя.

— Да, да, — передразнила я её, — я тебе отомщу.

Время уже поджимало. Я выдохнула и собралась с духом. Всё, пора показать мужу, кто из нас будет страдать.