Глава 50

Дима приехал через полчаса. Я заперлась в ванной, открыла воду и плакала взахлёб, зажав руками уши, чтобы не слышать его голос. Дима стучался, уговаривал меня открыть. То строго, то ласково. Потом присоединилась Настя. Но я только и смогла несколько раз выговорить:

— Уходите. Уходите. Уходите.

Мне был так отчаянно больно, словно грудь вспороли ножом, и теперь моё оголившееся сердце испуганно трепетало.

Хлопнула входная дверь и наступила тишина. Я вздрогнула, сердце сжалось в комок. Ушёл. Как же так. Вернись, пожалуйста, оно без тебя не бьётся. Что же я натворила?

Слёзы ручьём текли по лицу, в ушах звенело. Горло сжималось саднящими спазмами. Я плакала и плакала, не могла остановиться.

Включила душ, встала под него прямо в одежде. Подставила лицо прохладным струям и замерла. Мне казалось, что именно в эту минуту, когда Дима ушёл, мой мир окончательно разрушился. Стараясь усмирить дыхание, я прислонилась виском к кафелю.

Вдруг раздался скрежет, дверь с треском распахнулась. Дима с горящими глазами отбросил в сторону какую-то кривую металлическую штуку, запрыгнул ко мне в ванну, сгрёб в объятия и застыл.

— Тихо, всё, успокойся, — шептал он мне в волосы. Потом прижался губами к макушке. Вода бежала по нашим лицам и телам. Мы оба тяжело и горячо дышали. Но мои слёзы разочарования превратились в слёзы облегчения.

— Ты не ушёл, — болезненно прошептала я.

— Сказал же, больше не отпущу, — Дима чуть ослабил руки, заглянул в мои красные от слёз глаза, — хочу всегда быть с тобой, вдыхать запах волос, обнимать, чувствовать каждую минуту вкус твоих губ. Только тебя люблю. Никто не нужен. Только ты.

И поцеловал меня. Всё закружилось. По телу побежали короткие замыкания.

Я на секунду оторвалась:

— Как же фото?

— Разберёмся, — глухо ответил Дима и продолжил меня целовать.

В этот момент мне стало так спокойно… Я опять почувствовала, что стою на ногах.

Через несколько минут Дима отпустил меня, выбрался из ванны, выключил воду. Я растерянно посмотрела на сломанную дверь. Дима проследил за моим взглядом:

— Прости, я обычно так не делаю, — потом удивлённо хмыкнул и покачал головой, — Короче, теперь делаю. Завтра починю.

Заглянула Настя с испуганными глазами. Молча сунула Диме полотенце. Он аккуратно раздел меня, завернул в мягкую махровую ткань, взял на руки и отнёс в постель. Укрыл одеялом, ворча под нос:

— Так и знал, что лучше не оставлять.

На минуту ушёл на кухню, вернулся с двумя кружками. Протянул мне одну:

— Пей.

Я привстала, послушно взяла и выпила. И поперхнулась. Это было что-то жгучее, крепкое и алкогольное. Дима быстро напоил меня водой из второй кружки. Я отдышалась и возмутилась:

— Что это?

Дима молча снял с себя мокрую одежду и лёг рядом, положил мою голову себе на грудь и, ласково поглаживая по плечу, сказал:

— Спи.

Мне стало тепло и пьяно. Я успокоилась и расслабилась. Лежала на его груди и слушала глухие вибрации сердца. По моему телу растекалась нежность, которой я срочно захотела поделиться:

— Люблю тебя выше звёзд. Даже в телескоп не видно, докуда я тебя люблю.

Я поняла, что мой язык не совсем меня слушается. Это было так странно, я смущённо хихикнула.

— Люблю тебя ещё больше, — в голосе Димы я услышала улыбку, — девочка моя, надо поспать.

— А как же Лена, фотографии, вы в постели, около ЗАГСА?

— Сказал же, завтра разберусь. Мы не встречаемся. Верь мне.

Я с готовностью кивнула, закрыла глаза и не заметила, как уснула.

Мне приснился сон.

Я стояла на берегу моря, сверкающего в лучах солнца, и слушала, как волны бьются о скалы. На мне было белое шёлковое платье, а на шее, руках и ногах переливались золотые цепочки. Мне было хорошо, очень. Я чувствовала себя совершенно счастливой. Со спины ко мне подошёл Дима, обнял за талию и положил подбородок на плечо. Мы молча стояли, наслаждаясь необыкновенным пейзажем. Волны временами накатывали на берег, омывая босые ноги. Я обернулась, поцеловала его в щёку:

— Люблю тебя, Дим.

Он нахмурился и спросил:

— Тогда почему ты всё время путаешь нас?

Вдруг из набежавшей волны появились руки Виктора, я сразу их узнала по шраму из детства около большого пальца, Виктора рассказывал, что упал с крыши гаража и напоролся на гвоздь. Руки уцепились за моё платье, потом схватили за ноги и потянули в море, которое неожиданно стало чёрным и бушующим. Я закричала и проснулась.

Димы рядом не было.