Глава 15 · Рита

— Ритуль, в холодильнике готового ничего не нашел, — Дима поворачивается ко мне, когда мы со Стасом входим в кухню. — Ты же не против, если я сам что-нибудь приготовлю?

Лишь на долю секунды мелькает мысль согласиться. Но исключительно от усталости. Ну и голода. А уж как этот подлец классно готовит — пальчики оближешь, как назло.

Но я вовремя одергиваю себя и его заодно:

— Нет уж! — отрезаю. — На своей кухне хозяйничать будешь. А здесь ты в гостях. Так что сядь и не отсвечивай!

Вижу, что первый моему приказу подчиняется Стасик. Хотя это явно не ему было адресовано.

Зато бывший муж плевать хотел, только усмехается:

— Обожаю, когда ты такая строгая, — и не садится же, гад. — Тогда давай вместе. Ты сегодня и так устала. Что хочешь готовить?

Пыхчу бессильно, тараня взглядом бывшего мужа. Он очевидно издевается. А я не понимаю, что мне теперь делать?

Ну вызову полицию. Так он даже не дебоширит, к моему сожалению. Да и у него кругом друзья имеются. Так что скорее всего мой вызов даже не примут.

На Стасика я не сильно надеюсь. Все что он может в данной ситуации — изображать влюбленного новобрачного. С чем он, к слову, довольно успешно справляется. Как ни повернусь — он прямо в рот мне заглядывает, будто ждет моих команд. Значит с него и начнем:

— Сильно устал сегодня, котик? — обращаю все свое внимание на водоносика, чем явно довожу до исступления обоих мужчин. — Что бы ты хотел съесть? Говори, я для тебя что угодно приготовлю.

Стас кивает. И наконец догоняет, что там был вопрос требующий более сложного ответа:

— Б-борщ, — выдавливает он, явно очень стараясь подыграть.

Но я вздыхаю не очень одобрительно. Потому что похоже мой «котик» впервые пришел на кухню до подачи ужина и понятия не имеет, сколько по времени готовится этот самый борщ.

Зато бывший…

— Ну это ты, дружок, загнул, — присвистывает Дима. — Требовать у беременной жены борщ, тогда как она сама только с работы вернулась, куда ходит по твоей милости, между прочим…

— Прекрати, — торможу бывшего. — У нас еще утром оставался борщ в холодильнике. Он имел в виду разогреть. Но видимо Лена на обед доела. А тебе лишь бы прицепиться, — отчитываю его, на ходу придумывая оправдания для своего «мужа». — Вообще не кажется, что ты здесь совсем не к месту? У нас вроде семейный ужин. А ты каким местом в квартире моих родителей?

— Ну так, одним больше — одним меньше, — Дима пожимает плечами. — Неужели не все равно уже? Вас тут набилось как в цыганском таборе, на шее моего тестя драгоценного. А вон полку в коридоре прибить некому, — кивает в сторону старенькой обувницы, видимой из кухни.

— Потому что мы все работаем! — рычу я, защищаясь. — В отличие от некоторых у нас дел по горло. А тебе если заняться нечем пойди свою Карину инспектируй.

— Понял. Тогда тащи инструмент, — вдруг велит он.

— Ч-чего? — теряюсь я.

— Ну раз вы все такие занятые, а я нет, то и полку мне чинить. Да, Стасян? — он явно забавляется. — Должен же кто-то отцу помогать.

Стас как назло тупит — кивает опять. А я от бессилия и злости со всего маху луплю по столу ладонью и рявкаю:

— А ну-ка хватит! — не выдерживаю просто, но голос подводит, потому что запястье простреливает резкой болью от моего необдуманного удара. — Я старалась быть вежливой, но мое терпение кончилось! Уходи вон, Филатов! Больше видеть тебя не желаю.

Бывший муж наконец отстает от холодильника, на который опирался и шагает ко мне — надеюсь чтобы уйти, ведь дверь прямо за моей спиной.

Но к моему разочарованию он замирает, остановившись прямо передо мной:

— Так и сломать ведь можно, — говорит будто невпопад.

Хочу было отшатнуться, но он вдруг ловит мою руку, ту самую, которую я необдуманно ударила об стол, и ведет меня к холодильнику. Достает из морозилки замороженный фарш и прикладывает к моему запястью, ровно там, где болит. Будто знает…

— Вот и придумали, что будет на ужин, — уже куда мягче говорит он. — Раз борща нет, значит будет Болоньезе. Ты пока размораживай фарш, а я займусь остальным.

Он отходит от меня и принимается как ни в чем не бывало суетиться по кухне. Ставит воду на макароны. Находит помидоры в ящике холодильника.

А я так и стою, застыв в шоке.

Да он просто издевается. Какого черта ему от меня нужно?

Что он там говорил? Забыть не может? Неужто правда?

В таком случае, я тоже не могу забыть. Его предательство.

То, как сильно я его любила «до». Так же сильно ненавижу «после».

Но кажется ему плевать и отступать он не собирается. Конечно, собственник недоволен, что на его имущество еще кто-то позарился. Вот он и пытается показать, кто тут круче.

Да только мне плевать.

Но раз предыдущая тактика не сработала. Значит поступим иначе.

Откладываю фарш на столешницу рядом с холодильником, и иду к столу, где в шоке притих Стасик.

Наклоняюсь к нему прямо через стол и томно, но максимально отчетливо произношу:

— Масик, раз мой бывший взял на себя приготовление ужина, может пойдем пока в комнату? Я покажу тебе, что надо делать, чтобы напугать уток.

У Стасика челюсть на полу.

А у меня спиной слышится удар, пока не очень понятного происхождения.

Одно ясно. Как я и предположила: в этой игре выигрывает не сильнейший. А тот, кто сильнее ненавидит.

И судя по тому, что следом я слышу, как хлопает входная дверь — в этом раунде я победила. Но можно ли считать его финальным?