Глава 4 · Дмитрий

— Что за долбанные шутки, — фыркаю себе под нос, и убираю телефон в карман.

Ускоряю шаг, потому что вижу, что зайка вот-вот выскользнет в ворота, и где ее потом искать я понятия не имею. А я уже зашел слишком далеко, чтобы позволить ей уйти.

Одна плюшевая нога уже оказывается на улице, когда я ловлю несговорчивую девицу за запястье и дергаю обратно. У нее едва не спадает поролоновая голова, но она судорожно ловит ее мягкой лапой. И хоть бы слово протеста в ответ на то, что я так бесцеремонно ее одернул, но нет.

— Поговорим? — спрашиваю мирно, желая-таки выяснить, почему упрямый заяц так усердно хочет от меня удрать.

Но это плюшевое создание не удивляет уже даже — отрицательно качает головой.

— Значит по-хорошему не получится? — выдыхаю я.

Снова головой качает, чем дико бесит:

— Ты немая что ли?

Зайка явно делает замах головой, чтобы кивнуть. Но охранник прерывает этот фарс:

— Да нет, очень даже разговорчивая барышня, между прочим, — выдает он девчонку с потрохами. — И голос приятный. Говорила, что очень торопится. Замужем. Поздравлять приходила некую Карину. Пригласительный есть. Если по ней какие-то вопросики, то могу ментов вызвать, надо?

— Разговорчивая, говоришь? — шарю взглядом по огромной заячьей голове, пытаясь понять, где тут хоть какая-то щель, в которую она меня должна видеть.

— Более того, острая на язык, — ухмыляется охранник. — Но видимо вопрос в деньгах, да, зайка? Мне хамить можно, а тут почуяла опасность?

Зайка вдруг выдергивает у меня свободную от перчатки руку, поднимает ее на уровень лица охранника и… складывает тонкие пальчики в изысканный для лесных жителей жест — фак.

Вау.

Ладно, я впечатлен. И кажется даже возбужден. Зайка то оказалась с острыми зубками.

Я только успеваю нагло ухмыльнуться, как вдруг эта мерзавка поворачивается ко мне… не меняя жеста.

— Значит по-плохому будем разговаривать? — усмехаюсь с того, что мне ни один мужик бы никогда не посмел такие жесты показывать, а тут мелкий грызун на мою голову.

Она кивает. И в наглую собирается сваливать, но я ловлю ее все за то же запястье и дергаю обратно:

— Сначала давай разберемся откуда у тебя браслетик из лимитированной коллекции Картье? — цежу не на шутку впечатленный. — Или сразу полицию вызываем?

Зараза опять кивает в ответ. А я даже разозлиться нормально не могу, потому что дурацкий жасминовый запах сбивает весь настрой.

А еще совсем неуместный стояк. Тоже мешает соображать.

Вот это конечно прикол: на зверей у меня еще не вставал. Тем более на плюшевых. Но сейчас как идиот пялюсь в смешные нарисованные глаза зайки, и с трудом могу с мыслями собраться.

Браслет, точно…

Слишком дорогая побрякушка для обычного аниматора. Я такой же своей бывшей дарил в куче прочих подарков, поэтому точно знаю, какой гемор его достать.

Я вообще любил дарить ей материальные подарки. А она не любила принимать их, всегда смущалась и отчитывала меня за лишние траты. Но сама дарила мне куда больше. Хоть и не измеримое в каратах и пробах.

Но это я слишком поздно понял. Ценность ее…

— Так че, может ментов? — предлагает охранник.

— Да не, погоди, — торможу я его. — Мне плевать где она этот браслет взяла. И мы замнем, — выразительно говорю я, продолжая пялиться в игрушечные глаза, — только если ответишь на один вопрос.

Это все, чего я хочу на самом деле. Ответ на скромный вопрос и мне реально без разницы, где она взяла этот проклятый браслет, хоть украла, хоть насосала — не мое дело. Но я решил, что это хороший бартер чтобы получить с нее ответ. Но она же молчит, как рыба об лед.

Вот и сейчас… таращит искусственные глаза и не шевельнется. Так и стоим молча: я, зайка и охранник.

А затем она делает едва заметный жест большущей головой. Такой кивок вверх, типа «выкладывай», и я наконец задаю свой дурацкий вопрос:

— Название духов, — озвучиваю и понимаю каким идиотом сейчас выгляжу.

Гнаться за ростовой куклой, припугнуть полицией, держать фактически силой, чтобы спросить… это.

Но я упрямо продолжаю, потому что эти секунды рядом с зайцем сносят крышу получше любого бухла. Возвращают меня в то время, когда я мог быть счастлив, но не ценил. Наказывают хуже, чем я сам себя наказывал весь этот год.

— Или мыло, — спрашиваю, сжимая в руке тонкое запястье. — Что это? Скажи название и я отпущу. Обещаю.

Заяц стоит, оторопев.

Охранник тоже кажись в шоке от моего тупого вопроса.

А я чувствую, что если она сейчас уйдет и оставит меня без ответа — умру просто.

Будто сама Рита снова сбежит от меня, доказав мне тем самым какой я кретин и ЧТО я проебал…

Рита.

Как же я устал скучать по ней. Хочется выпилить из памяти, чтобы перестало болеть то место в душе, где раньше жила она.

Зайка вдруг кивает. Озирается по сторонам, обнаруживает у охранника в нагрудном кармане ручку, и выдергивает ее, под его недовольный возглас. Затем вдруг берет меня за руку и… принимается выводить на моей ладони аккуратные буквы.

В конце ставит жирную точку, так, что я одергиваю руку от неожиданно острой боли.

Изучаю надпись: «Лучшая ночь» — очевидно название. Осталось разобраться название чего: мыла или духов. Но это уже не проблема.

Несколько секунд наблюдаю, как точка на моей ладони начинает наполняться кровью.

Вот же… зараза. И не боится же, что ментам ее сдам.

— Невиновные так не драпают. Значит точно этот браслет сперла, — комментирует охранник. — Чуйка у меня профессиональная.

Поднимаю взгляд, наблюдая, как заяц практически бежит через парковку, с трудом волоча колонку слабой ручкой.

Почему-то хочется помочь.

Видимо совсем мозгами повредился. Пить надо меньше. Или больше, чтобы не приставать ко всяким зайцам неразговорчивым. Хотя охранник сказал еще какая острая на язык. Почему же со мной молчала?

Пялюсь вслед удаляющейся зайки. Дурацкий хвостик на пушистой заднице виляет из стороны в сторону. А я ловлю себя на мысли, что у меня опять стоит.

Боже, я надеюсь, что пушистая задница здесь вовсе ни при чем, и все дело в гребанном запахе. Но у меня аж в груди все клокочет от желания прижать к себе эту плюшевую мерзавку.

Давненько я не испытывал такого острого, невыносимого желания, как сейчас. Пожалуй последний раз… примерно год назад.

— Правда отпустите ее? — выдергивает меня из мыслей охранник. — Или все же ментов вызвать?

— Нет, — отвечаю прежде, чем успеваю решить, что мне делать. — Не отпущу.

Решить, что делать и правда не успеваю, но делаю: шагаю за ворота, с намерением продолжить охоту на зайку.

Она уже успела свернуть за угол, и мне приходится ускорить шаг, чтобы моя добыча не уехала с места преступления прежде, чем я до нее доберусь и по меньшей мере заполучу ее номер.

Клянусь, я второй раз в жизни кого-то так сильно хочу. И возможно эта девица мой шанс закрыть гештальт по бывшей? Типа трахну эту, и наконец забуду ту? Было бы хорошо. Наверно.

Сворачиваю за угол и… буквально в землю врастаю.