Глава 8

Очнулась я в тишине, и это уже порадовало меня. Я открыла глаза и осмотрелась. Кажется, я находилась в больничной палате. Я лежала на кровати, справа от меня стояла тумбочка, а у окна – кресло. Большое окно было прикрыто тонкой шторой. Слева от меня находился стул, на котором сидела медсестра. – Вы пришли в себя, Елизавета Валерьевна. Сейчас я позову доктора, – сказала она, встала и выглянула из палаты. – Что со мной? – тихо спросила я. – Вам все объяснит доктор, – мягко ответила женщина. – Не переживайте, вы в хороших руках. Доктор Знаменский – один из лучших в Москве. – Я так долго была без сознания? Кажется, еще недавно я находилась около женской консультации, а сейчас уже в стационаре. – Ваш муж сумел быстро задействовать свои связи и устроить вас в нашу клинику. Для вас прошла пара мгновений, когда на самом деле прошло больше часа. Вам даже успели взять нужные анализы и поставить капельницу. – Муж? – испуганно спросила я, приподнимаясь на постели. – Лежите, вам сейчас нельзя вставать, – остановила меня медсестра. – Доктор придет и все вам расскажет. Тревога вновь наполнила мое сердце. Неужели сюда меня привез Лорин? И что мне теперь делать? Бежать из клиники? Но мои грандиозные планы не стоило осуществлять, в палату зашел Лев. – Наконец-то ты пришла в себя, дорогая, – сказал он, подходя ко мне. – Это ты меня сюда привез? – шепотом спросила я. – Я. А что? – удивился моему вопросу Лев. Я сразу же успокоилась. Тревоги ушли сами собой. – Хорошо, что не Лорин, – с довольной улыбкой ответила я. – Лорин больше не прикоснется к тебе, – пообещал Малинин. – Я не позволю. Я хотела узнать у Льва так много важного, но нас прервали: – Добрый день, – прозвучало с порога. – Я ваш лечащий врач, Знаменский Николай Михайлович. Хорошо, что вы пришли в себя, Елизавета Валерьевна. Хотя обморок был слишком долгим. Нужно будет выяснить причины этого. – А банальный стресс мог так повлиять? – поинтересовался Малинин. – Сильный стресс может вызвать многое. Лев, мне нужно осмотреть пациентку, ты выйдешь? – произнес доктор. Видимо, он был в курсе наших непростых отношений. Малинин посмотрел на меня и нехотя согласился: – Не буду смущать Лизу. Я подожду в коридоре, – сказал он и направился на выход. – Лиззи, я недалеко, не волнуйся. – Что же, Елизавета Валерьевна, приступим, – произнес Знаменский, когда Лев вышел. Доктор послушал меня, измерил давление, осмотрел с ног до головы, долго расспрашивал, чем я болела и как довела себя до потери сознания. Наконец он сказал: – Что же, пока все понятно. Вечером сделаем УЗИ, но сначала дождемся результатов анализов. Результаты будут уже скоро. Пока вам лучше полежать. И главное – не волноваться. – Скажите, доктор, есть вероятность того, что я беременна? – с надеждой спросила я. – Вероятность есть. Но пока не будем делать никаких выводов. Может быть, все дело в стрессе. Как я понял, в последние недели вам пришлось нелегко. – Знаете, сначала я испугалась задержке. А сейчас я всем сердцем хочу, чтобы это оказалось правдой. Я так давно мечтала забеременеть, – тяжело вздохнула я. – Результат будет готов примерно через час. Я вам сразу все расскажу. Не волнуйтесь. – Спасибо, доктор. – Я позову Льва. А то он, наверное, извелся в коридоре, – с улыбкой сказал Знаменский. – Я рад, что мой друг нашел, наконец, свою половинку. Он заслуживает счастья. – Я тоже рада, что встретила его, – серьезно ответила я. – Если бы не Лев, я бы, наверное, не смогла пережить все, что случилось со мной в последнее время. Стоило доктору выйти, как в палату вошел Малинин. Он подошел ко мне, пододвинул стул, сел рядом и взял мою руку в свою. – Как же ты напугала меня, Лиззи, – тихо произнес Лев. – Прости, я не хотела, – прошептала я, чувствуя свою вину. – Ты не брала трубку, игнорировала мои звонки, – глухо продолжил мужчина. – Я испугался, что с тобой что-то случилось, или я чем-то тебя расстроил. Даже думал, что потерял тебя… Не делай так больше, родная, – попросил он. Как же все сложно… Я понимала, что обидела Льва. Но меня не покидал страх, что любимый мужчина оставит меня, если я окажусь беременной от другого. Нужно все рассказать Малинину. Я глубоко вздохнула и произнесла: – Лев, дело в том, что, возможно, я беременна. – Я уже знаю все. Пришлось вытрясти из тети правду. Ты уж прости ее, у нее просто не было выбора. Я бы не отстал от нее без объяснений. – Хорошо, – кивнула я, вглядываясь в глаза мужчины. Он так и не сказал, как относится к моей возможной беременности. Вместо этого Малинин прижал мою ладонь к своим губам и начал целовать каждый пальчик. – И как ты могла подумать, что я откажусь от тебя, если ты беременна? – наконец произнес он нужные мне слова. – Ты для меня – весь мир. Без тебя я не представляю своей жизни. А твой ребенок… Он же будет продолжением тебя. Частичкой тебя. Так как я могу быть против его появления на свет? Слезы покатились из моих глаз. Только на этот раз это были слезы счастья. – Я люблю тебя, – вырвалось у меня. – И я люблю тебя, родная, – хрипло произнес Малинин, наклонился и поцеловал меня в губы. Наш поцелуй был недолгим. Вскоре Лев отстранился и сказал: – Прости, я не должен был тебя целовать. Тебе сейчас не до этого. – Глупости, – покачала я головой. – Ты самый важный мужчина в моей жизни. Разве я могу быть против твоих поцелуев? – И все же, тебе сейчас не стоит волноваться. А тут я… – А ты мне только помогаешь, – остановила я дальнейшее самобичевание мужчины. – Значит, ты бросил все дела в Питере и прилетел ко мне? – Да. В данный момент для меня нет ничего важнее тебя и твоего здоровья. Лев рассказал мне о своей работе, о квартире, которую он снимает, и о невероятных видах на старый город, открывающихся из окон квартиры. За разговорами прошел час. Мы и не заметили, как в дверях снова появился доктор Знаменский. – Результаты готовы, Елизавета Валерьевна, – сказал он. – И что там? – тревожно спросила я. – Вынужден вас огорчить. Вы не беременны, – произнес Николай Михайлович и подошел ко мне. Я смотрела на доктора Знаменского и не верила его словам. Как же так? Почему? – Может быть, вы ошиблись? – глухо спросила я. – Нет, Елизавета Валерьевна. Все верно. Мы, конечно, еще УЗИ сделаем, но это ничего не изменит. Я понимаю, что вы хотели бы обратного, но беременности пока нет. Слезы покатились по моим щекам, но я не замечала этого. В груди поселилась пустота. Дышать было сложно. Мой малыш… Его просто нет… Как же так? – Лиззи, не плачь. Прошу, успокойся. Не рви себе душу, – сквозь шум в ушах услышала я голос Льва. – Елизавета Валерьевна, вам нужно успокоиться, – поддержал его доктор. – Зачем? – всхлипывая, спросила я. – Зачем мне это делать? Я же все равно не беременна. – Дело уже в этом. Из-за стресса вы подорвали свой организм. Так нельзя. Подумайте о будущих детях. Им нужна здоровая мамочка, – убеждал меня Знаменский. – Будущим детям?.. Но я так долго пыталась забеременеть, и все без толку. А вдруг у меня вообще не будет детей? Меня все так же трясло. Слезы не желали прекращаться. Я свернулась калачиком, прижав к себе ноги, и уткнулась носом в подушку, чтобы мужчины не видели, насколько мне плохо. – Сейчас мы сделаем вам укол успокоительного, вы поспите, а после поговорим, – категорично произнес врач, выглянул в коридор и позвал медсестру. – Коля, расскажи, пожалуйста, все сейчас, – остановил его Малинин. – Ты же видишь, ей плохо. Еще придумает чёрт-те что. – Хорошо. Давайте расскажу вам, как обстоят дела. Но вы, Елизавета Валерьевна, попытаетесь успокоиться, – опять попросил меня Знаменский. – Я попытаюсь, – не сразу ответила я и попыталась сесть на постели, но меня остановили руки Льва. – Лучше лежи, – попросил он. – Как я уже говорил, из-за стресса ваш организм работает на пределе своих возможностей, – начал доктор. – Еще из общего анализа крови я мог сказать, что беременность маловероятна. У вас очень низкий уровень ферритина и гемоглобина, да и другие показатели не на высоте. Мы оставим вас в стационаре, обследуем полностью. Выясним, какие у вас есть проблемы по женской части, почему не наступает беременность. За это время мы проколем вам витамины и прокапаем поддерживающие препараты. Железо надо повышать однозначно. – Какие-то таблетки нужны? Я все куплю, – сказал Малинин. – Если нужно будет, я сообщу тебе, Лев, – произнес Знаменский. – И еще что я хотел вам сказать, Лиза… Вы же разрешите мне так обращаться к вам? – Да, – кивнула я. – Так о чем я хотел вам сказать. Вы слышали про несовместимость? Это далеко не миф, такое бывает довольно часто. Конечно, и у таких пар есть шанс зачать общего ребенка. Но сейчас я не об этом. В вашем случае все по-другому. Насколько я понял, вы разводитесь с мужем, чтобы выйти за Малинина. – Развожусь… Только предложение мне еще никто не делал, – прошептала я, пряча взгляд от любимого. – Лиззи. О чем ты? – взвился мой журналист. – Да, слов «выходи за меня», я не произносил. Но не раз давал понять, что как только ты будешь свободна, я женюсь на тебе. – Деспот, – хихикнула я. Кажется, мне стало легче. Упал груз, висевший на моих плечах. Я уже могла спокойно дышать. И это радовало. – Я не отступлюсь. Все сделаю, чтобы ты стала моей женой, – еще раз пообещал Малинин. – Какие у вас кипят страсти, – хмыкнул Знаменский. – Так я завершу свою мысль. Хотя мы редко советуем такие вещи, даже никогда. Но есть неплохой способ изменить ситуацию – смена партнера. В вашем случае и так будет выполнено это условие. – Самый замечательный совет. Побольше бы таких врачей, доктор Знаменский, – рассмеялся Лев. – Я же сказал, что не можем мы такое советовать, – улыбнулся мужчина. – Ну да, не поймут вас, – добавил Малинин и уже серьезно сказал. – Спасибо тебе, Коля. – Пожалуйста, Лёва. В палату вошла медсестра и спросила: – Вы звали, Николай Михайлович? – Уже не надо. Пациентка у нас сама успокоилась. Я сейчас распишу лечение, начнем курс уже сегодня. – Хорошо, – сказала девушка и вышла из палаты. – Лиза, от вас также требуется приложить усилия, чтобы выздороветь. Это значит – никаких нагрузок, как физических, так и эмоциональных, никаких волнений и тревог. Вам все понятно? – спросил доктор. – Понятно. Спасибо вам, Николай, – улыбнулась я. Знаменский вышел, а Лев поднял меня и прижал к себе. – Все будет хорошо, любимая. У нас обязательно появятся дети, – заверил меня Малинин и поцеловал в макушку. – Мы оба приложим к этому все возможные усилия. И тогда малыш захочет родиться у такой замечательной пары. – Спасибо, что ты со мной. Ты мне сейчас очень нужен, – прошептала я, вдыхая неповторимый запах кожи любимого мужчины. Мы еще долго сидели обнявшись, пока в палату не заглянула медсестра и не предупредила, что скоро принесет капельницу. Лев помог мне дойти до небольшой ванной комнаты, которая была в палате. Я привела себя в порядок и снова улеглась на постель. Мне предстояло долгое лечение. В этот день Лев ушел только поздно вечером. А рано утром меня «порадовал» телефонный звонок от свекрови. – Елизавета, я узнала, что ты в больнице. Почему ты не позвонила, не сообщила, – с укором спросила она и тут же продолжила, не давая мне возможности вставить хоть слово. – Мы с Лёнечкой переживаем за тебя. Ты должна беречь себя. Нам нужен здоровый ребенок. Надеюсь, с малышом все хорошо? – Я не беременна, – успела я сказать, как на меня снова обрушился град негодования. – Как ты могла? Ты избавилась от моего внука? Я всегда знала, что ты бессердечная стерва, Лизавета, – гневно воскликнула свекровь. – Хватит, Станислава Вениаминовна, – резко остановила я разбушевавшуюся женщину. – Я не избавилась от вашего внука, не делала аборт. Я не была беременна. – Я не верю! – Мне все равно, верите ли вы мне. Да, хотела вам сказать, что я обязательно поставлю в известность заведующую женской консультации о том, что ваша подруга сообщила вам о моей предполагаемой беременности. И добьюсь того, чтобы Ольга Игнатьевна была наказана за это, – жестко припечатала я и завершила разговор.