Глава 56 · Руслан

Несмотря на слова жены, все равно шагаю вглубь комнаты. Алиса, поняв, что я никуда не уйду, резко вскакивает с постели и принимает сидячее положение.

– Я же сказала…

– Нам надо поговорить, – осторожно начинаю, понимая, что моя Лисичка в данный момент – это бомба замедленного действия. Не знаешь, когда рванет.

–Ты обещал, что её не будет в нашем доме, – ее голос сипит. Нижняя губа трясется. Взгляд прикован к полу.

– Я знаю, прости. Больше её не будет в нашем доме. Больше она тебя не потревожит, – присаживаюсь рядом с ней. Алиса, отшатывается от меня, как от прокаженного, к самой стене. Так хочется прикоснуться к любимой. Погладить её животик и

почувствовать толчки сына. Прильнуть к губам, зарыться в её волосы. Как же тяжело держаться.

Рука так и тянется коснуться её кожи хотя бы кончиками пальцев. Хотя бы на долю секунды!

– Я так больше не могу, Руслан. Я на пределе… – дрожит.

– Понимаю. Но все будет хорошо. Тетя Вера поправится. Жанна не будет больше тебя донимать.

– Надеюсь, что и ты тоже, – заканчивает за меня мою фразу колкостью. Стрела попадает прямо в цель. Поражает сердце без шанса на спасение.

– Алиса, я принял решение забрать ребенка у Жанны. Как только она родит, я отниму малыша.

– Сам воспитывать будешь? – глухо выдает она, я же забываю как дышать от столь неожиданного вопроса.

Честно сказать, я еще не думал об этом. Знаю только одно, что я не брошу этого заведомо несчастного ребенка. Не дождавшись от меня ответа, она продолжает, смотря на меня испытывающим взглядом:

– Тебе не кажется, что это слишком жестоко? Даже для нее.

– А она не жестоко поступила с нами, Алис? Разрушила наш брак! Переспала со мной против моей воли! Думает, что раз забеременела от меня, то я теперь лежать у её ног должен? Нет. Она меня не интересует. Да она мне противна настолько, что видеть её тошно! Любовь моя, я не знаю, как мне еще доказать тебе, что это все были ее грязные игры. Она пришла в наш дом не просто так, понимаешь? -пытаюсь достучаться до любимой.

Так хочется, чтобы она мне поверила. Как доказать ей правду?! Алиса сверлит меня затравленным взглядом. Какое-то время

обдумывает мои слова. Надежда о том, что она меня поймёт и простит, гаснет все сильнее, когда она выдает:

– Знаешь, Русик, я тоже первое время винила во всем сестру. Винила себя за то, что пустила её в наш дом. Сходила с ума от мысли, что откажи я тогда просьбе тети, сейчас бы этого ничего не было. Но знаешь, потом я подумала о том, что если человек хочет изменить, он найдет способ это сделать. Не будь здесь Жанны, ты бы нашел себе другую. Дело-то не во мне. И даже не в сестрице. Дело в тебе, Руслан…

Эти слова добивают меня. Больно слышать такое.

– Ты ошибаешься, Лисичка. Я никогда не давал тебе повода сомневаться в моей верности. Своими словами ты сейчас делаешь мне очень больно.

В ответ Алиса лишь хмыкает.

– Мне тоже очень больно, Руслан! Можешь не сомневаться. Ты убил меня. Растоптал, уничтожил! Унизил, опустил ниже плинтуса, в конце концов!

– Мне жаль. Жаль, что я не могу поменять твое мнение. Жаль, что не могу тебе доказать свою невиновность! Но я продолжаю бороться за тебя.

– Бесполезно, – добивает меня тихим шепотом. -Я устала и хочу отдохнуть.

Встаю с кровати и порываюсь выйти из комнаты. Напоследок оборачиваюсь.

– Так странно и непривычно от того, что теперь мы с тобой по разным спальням, – выдаю с горечью, на что Алиса лишь крепко сцепляет ладони в замок. Мрачно усмехается. И этот её смех в самую глубь души западает, заставляя её медленно умирать.

– Человек привыкает ко всему. Мы с тобой не исключение. Пройдёт время, и ты даже не заметишь, что мы живем отдельно. Пройдет время, и каждый будет жить своей жизнью, – смотря в одну точку, отрешенно произносит Алиса.

Страшно видеть её такой. Потухший взгляд и бледное, уставшее лицо. Нет больше той яркости в её глазах и задорного смеха. Она так изменилась. Но я верну свою прежнюю Лисичку.

Обещаю это в первую очередь самому себе.

– Спокойной ночи, любимая, – не дождавшись ответа, выхожу из комнаты, тихонько закрывая дверь.

Этот разговор навсегда оставит след в душе. Глубокий, болезненный. Но все еще можно исправить.

Главное, не закопать себя еще глубже…