Глава 79 · Алиса

Пятнадцать лет спустя

– Сегодня твой день, доченька! Поздравляю, – выдаю я, держа в руках бокал и с любовью смотря на Полину. – Пусть каждый твой день будет наполнен счастьем, наша самая любимая и красивая девочка!

Дочь с благодарностью мне улыбается и едва заметно кивает. Затем перевожу взгляд на сына. Какой же и он у нас красавец растет! Сильный, высокий. Скоро догонит отца.

– Поверить не могу, вы у нас Лёвой уже такие взрослые! – умиляюсь, сдерживая наворачивающиеся слезы. Как же быстро летит время! В этом году мне исполнится тридцать восемь, Русику стукнуло сорок восемь, детям уже по пятнадцать.

И все только начинается!

– Вот я взрослый, а Полинка как была мелкой, так и осталась, – подстегивает её сын, Поля же в свою очередь пихает его в бок. Затем оба принимаются корчить друг другу озорные рожицы. Дети есть дети, сколько бы им не было лет!

– Взрослый ты наш! – задорно усмехается Русик. – Ничего не напоминает, Лисичка? – смотрит в мою сторону и подмигивает любимый. Ощущаю его ладонь на своей талии и от этого прикосновения волна мурашек расползается. Сколько бы лет не прошло, а я до сих пор так трепетно реагирую на мужа.

– Очень даже. Ох, сколько нервов вы мне вымотали своими спорами, драками и дележками игрушек, – беззлобно произношу я, с нежностью смотря на наших детей.

– Ага! А потом Поля жаловалась вам на меня, – лукавит Лёва, с хитрецой смотря на сестру.

– Потому что сам виноват был! – театрально дует губы Полина, но надолго её обиды не хватает, уже через пару минут дети не выдерживают и подавляют смешки, рвущиеся на ружу.

Вместе с ними подхватываем смех и мы.

Наши дети, как, наверное, многие браться и сестры, любят ехидничать, потешаться и подстегивать друг друга. Но в то же время это все у них происходит на позитивной волне, без обид и слез. В нужные моменты они стоят горой друг за друга. Были ситуации, когда в школе Полю обижали другие мальчишки, так вот, Лёва без лишних слов давал им понять, чтобы на его сестру даже не смотрели, иначе им будет худо.

Лёва вдруг становится серьезным, ободряюще хлопает сестру по плечу, а затем все же обнимает её.

– С днем рождения, мелкая! Люблю тебя, сестренка! -торжественно объявляет он, и наш узкий семейный круг поднимает бокалы над столом.

– Да почему сразу мелкая? Ты старше меня всего на семь месяцев, – противится дочка, сводя брови на переносице.

Да, наши дети в курсе, что Полина не родная нам дочь. Хотя, знаете, понятие «родная» для меня звучит весьма образно, ведь как только мы забрали её в свой дом еще совсем малышкой, с самого первого мгновения она стала для нас не менее важной, чем Лёва. Мы с Русиком любили и любим их абсолютно одинаково, тётушка же души не чает в своих внуках и до сих пор всячески их балует и защищает, если между нами возникают конфликты. Бабушка, как-никак. Они, наверное, все такие.

Полина росла сообразительной не по годам, и еще с восьми лет недоумевала, почему между ними с Лёвой разница всего семь месяцев, в то время как детей вынашивают девять. Уже тогда я поняла, что правду от моей девочки долго не утаить.

К четырнадцатилетию Поли я поведала ей историю о Жанне, о её грязных помыслах и коварном плане, которому не суждено было сбыться. Тогда я посчитала, что она заслуживает знать правду о своей матери. Пыталась объяснить ей, что моя сестра просто ступила не на ту дорожку, сделала роковую ошибку, которая по итогу понесла за собой множество последствий.

Русик тогда пытался меня переубедить и настаивал на том, чтобы Полина ничего не знала. Мол, эта страшная правда могла нанести ей душевную травму. Но я посчитала, что куда хуже было бы, нежели наша девочка сама бы все нечаянно узнала. Это был бы для нее еще больший удар. Да и я не хотела, чтобы в нашей семье были какие-то тайны.

Я знала, что дочь поймёт нас и адекватно воспримет эту информацию. Так и случилось. Наоборот, Полина была безумно благодарна нам за то, что не бросили её и взяли в свою семью, я же в свою очередь заверила девочку в том, что для нас она останется нашей дочкой и мы её очень сильно любим, вне зависимо от кровной связи.

– Потому что ты маленькая и худенькая. Мелкая, одним словом, – гордо расправив грудь, ехидничает Лёва, вырывая меня из размышлений. Вот же пакостник!

– Это все гены, Лев. В нашем семействе все мужчины крупные, высокие и коренастые, а девушки, наоборот, хрупкие и стройные, -вставляет свое слово тетя Вера. – Поль, не обижайся на него. Мужчины они с самого детства жуть какие вредные. Ты у нас умница и красавица!

– Вся в маму, – Полина смотрит на меня и едва заметно подмигивает. Мое сердце встрепенулось в груди от ее слов. Так приятно, что она, несмотря на известную ей правду, по-прежнему считает меня своей мамой. Лёва с Полиной очень похожи, поэтому остальные даже и не догадываются о том, что они не родные брат и сестра, а троюродные.

Рыжие волосы, веснушки и светлая кожа – наше отличие. Полина очень похожа как на меня, так и на Жанну, ведь мы и с сестрой всегда были схожи между с собой.

Жанна… Она стала такой далекой и ничтожной, что если бы не Полина, я бы и вовсе навсегда забыла о ее существовании. За эти годы в ее жизни ничего не изменилось – она все также находится в психиатрической клинике на принудительном лечении.

Когда наши семейные посиделки подходят к концу, Полина поворачивается в нашу с Русом сторону, смотрит так внимательно и серьезно на нас, что я сразу понимаю – это будет что-то важное.

– Мам, пап, – тихонько произносит она, коснувшись моего плеча. – Хочу кое о чем попросить…

– О чем, милая? – интересуется Руслан.

– Я хочу увидеть Жанну. Могу ли я её навестить?