Глава 44

Тая

Выходить в реальный мир после недели в больнице непросто.

Из-за того что у Лейлы была желтуха, нас оставили в роддоме. Сначала на день, потом еще на один, и еще. И вот наконец нам дали счастливую бумажку о выписке, и мы вышли из стен, которые уже начали прилично так давить.

Сегодня солнце светит ярко, обжигающе. Впервые за этот год, а может, мне только так кажется. Я подставляю лицо под лучи и улыбаюсь.

Хорошо-то как!

Встречают меня Мурад и Залина.

Что бы я делала, если бы не они, даже не знаю. Эти двое мне очень помогли. Отнеслись ко мне как к родственнице, всегда помогали и сейчас вот приехали за мной.

— Дай же посмотреть на нее! — Залина складывает руки на груди, а я откидываю уголок одеялка и показываю ей свою дочь.

Залина что-то говорит на незнакомом языке, а потом улыбается и прикрывает рот ладонью.

— Какая она чудесная, Тая. Мы так рады, что вас выписали! Ну, давай же, садись. Я подержу Лейлу, а ты располагайся поудобнее.

Мне помогают сесть, кладут дочь в позаимствованное у кого-то кресло. Мурад по-мужски скуп на эмоции, а Залина охает и ахает. Вспоминает своих детей, какие они когда-то были маленькие, а теперь вот выросли и разъехались по всей стране. И про внуков не забывает рассказать.

Залина говорит, чтобы я обращалась к ней за любой помощью. В женщине чувствуется нерастраченная материнская любовь.

— Кстати, Таюш, — начинает она осторожно, — твоя соседка Ольга сказала, что видела, будто бы к дому приезжала машина. С ее слов, машина постояла около твоего дома, а потом уехала.

Невольно кладу руки на дочь в попытке защитить от кого-то. Кто бы это мог быть?

— Никто не выходил, ничего по соседям не спрашивал, — продолжает Залина. — Мы с Мурадом подумали, что это, скорее всего, были покупатели.

— Покупатели? — хмурюсь. — Я же ничего не выставляла на продажу!

— Ты нет, а вот Зураб, как выяснилось, забыл убрать объявление о продаже дома. Там указан адрес, возможно, человек приехал вживую посмотреть на дом.

— Зурабу звонил кто-нибудь?

— Да, звонили. Он, собственно, потому и спохватился.

— Может, и вправду покупатель? — спрашиваю сама у себя.

Зачем Батыру меня искать? Мы развелись, разошлись как в море корабли. Никто никому ничего не должен, поэтому и это преследование вроде как ни к чему.

Уговариваю саму себя успокоиться.

Он меня отпустил. Я ему не нужна. Это был просто посторонний человек.

— Таечка, ты же знаешь, что можешь звонить нам с Мурадом в любое время дня и ночи? — мягко спрашивает Залина.

— Спасибо вам, — улыбаюсь ей. — Что бы я делала без вас.

Но женщина лишь отмахивается.

В дороге я окончательно успокаиваюсь. Все хорошо. Все просто прекрасно. Поводов для страха нет.

Когда я выхожу из машины, то не узнаю свой участок.

— Мы тут решили помочь тебе, — Мурад дружелюбно улыбается. — А то тебе сейчас явно не до уборки в саду будет. Мы все вычистили и крыльцо покрасили.

Вокруг и правда чисто и аккуратно. И да, мужчина прав, я бы не скоро приступила к уборке участка.

Прохожу в дом и принимаюсь разбирать вещи. Периодически отвлекаюсь на кормление Лейлы. Силы быстро заканчиваются, и я решаю последовать примеру дочери лечь спать.

Принимаю быстрый душ, при этом мне постоянно кажется, что Лейла плачет. Я даже выбегаю несколько раз в пене, но в доме тишина, это все фантомы в моей голове.

Конечно, если бы я была не одна, то спокойно бы отправилась в душ, помылась как следует после недели в больнице.

Тут же ругаю себя.

Если бы да кабы… Я одна. Вернее, мы с Лейлой одни. Это реальность. Иного не будет. Точка.

Первая ночь проходит в тревоге, я плохо сплю и постоянно проверяю дочь. Но чем больше проходит времени, тем сильнее я привыкаю ко всему.

Выстраиваю режим дня так, чтобы было комфортно нам с Лейлой. С каждым днем уверенность в завтрашнем дне крепнет, как и связь с дочерью.

Жизнь больше похожа на день сурка, но мне так даже больше нравится.

Я знаю, что будет завтра.

Через пару недель после нашего с дочерью возвращения ощущение уверенности в завтрашнем днем рушится, когда на пороге собственного дома я встречаю человека из прошлого