Глава 15

Через несколько дней после моих шпионских игр, за завтраком, осмелилась сама начать диалог. Мурат вернулся от дочери и был в хорошем расположении духа.

Сидела напротив своего мужа-тирана и собиралась духом, подбирала слова. Ели мы в полной тишине, лишь звон столовых приборов об изящный фарфор разносился эхом по помещению. Каждое утро изо дня в день мы сохраняли видимость семейной идиллии.

– Любимый, – ласково начала я, превосходно отыгрывая свою партию. – Ты еще на меня злишься?

– Да, – не отрываясь от планшета, бросил мне холодно муж.

Я же старалась держаться непринужденно, невольно посмотрела на свою нетронутую тарелку, мой аппетит давно пропал из-за угнетающей атмосферы.

– Но почему? – заканючила кокетливо. Уняла поднимающееся, испытывая неприязнь к самой себе.

Мурат полоснул по мне своим пронзительным взглядом, изучая моё лицо. Власть, которую он имел надо мной, была удушающей, невидимая безжалостная хватка на моей шее, только крепла с каждым днем. Я отпила кофе, горячий напиток практически обжег язык, но я лишь состроила просительную мордашку, вновь смотря на мужа.

– Ангел, – отчитывал он меня как маленькую. – Ты плохо себя вела. Ты всегда себя плохо ведешь, – недовольным тоном добавил он.

– Но ведь если я буду себя хорошо вести, тебе не за что будет меня наказывать, – хмыкнула не удержавшись.

– Ты никогда не сможешь вести себя хорошо. Ни одной женщине это не подвластно. Вы примитивные, глупые существа, созданные для утех и продолжения рода, – с присущей ему ненавистью выпалил супруг.

Наблюдала, как Мурат вновь погружается в свой планшет, а губы его скривились в насмешливой улыбке. Он наслаждался ситуацией, своей властью и не пытался этого скрыть.

Дрожащими руками я поставила чашку кофе обратно на блюдце, и ее тонкий звон снял напряжение.

– Откуда же у тебя столько ненависти ко всем женщинам без исключения, – прошептала потрясенно, – Неужели даже мать не заслуживает уважения?

– Мать? – рассмеялся в голос он, – Чья? Твоя, например? Что продала свою же дочь. Моя? Что нагуляла меня вне брака, и за это с позором была вышвырнута на улицу? Она была не в состоянии думать головой. Или может быть, ты?

Давящая тишина повисла в воздухе, выражение его лица стало колючим и злым. Я же сдулась, съежилась вся под его взглядом. Впервые слышала что-то о матери Мурата. Эта женщина не появлялась в нашем доме. Так же была запретной тема детства мужа или его семьи. – Я была бы хорошей матерью... Ты лишил меня... – беспомощно прошептала, прикрывая веки. Любое упоминание о Сабиночке было буквально физически болезненным. – Говори чётче и громче! – рявкнул он раздраженно. – Вечно сопли жуешь. Весь аппетит испортила, – вставая и швыряя салфетку на стол, процедил сквозь зубы последнюю фразу Мурат. Муж вышел из столовой, а я невидящим взглядом смотрела в тарелку. За что!? За что он так со мной? Встала, поправила платье и отправилась за ним следом. Нужно просить. По другому и быть не могло. Постучала в дверь кабинета. Дождалась разрешения войти. Мурат стоял у своего рабочего стола и просматривал какие-то документы, держа их в руках и хмурясь. – Тебе что-то не понятно? Мы закончили разговор. – не оборачиваясь бросил он мне. Не говоря ни слова, медленно начала снимать платье. На мою возню муж обернулся и дальше не отрываясь следил за мной. Рука его медленно вернула бумаги на стол, чуть не пронеся их мимо столешницы. Глаза его заблестели, а дыхание участилось. Ему нравилось смотреть на меня, нравилось делать это именно со мной, и я научилась этим пользоваться. Оставшись в одном нижнем белье, плавно опустилась на четвереньки и поползла к нему. Извиваясь и не торопясь, давая ему насладиться моментом. – Я была очень плохой девочкой, – выдохнула томно. А внутри дыра, пустота. Никаких чувств. Моя цель – получить драгоценные минуты общения с дочерью. И я стерплю ради этого всё. Подползла к нему вплотную, заглядывая преданно в глаза и ожидая приказа. – Ангел, – сглотнув, выдохнул рвано Мурат. А после, схватив меня больно за волосы, потянул вверх, выбирая самый банальный вариант.

Когда всё закончилось. Ждала. Нельзя торопиться, если решит, что это было не моё желание, а способ достижения цели, не видать мне встречи. – Ладно, – застёгивая штаны, соблаговолил муж. – У тебя будет пять минут. «Как же дорого ты оценил мои способности.» – хмыкнула мысленно. На лице же засияла благодарная улыбка. – Спасибо, любимый.

– Можешь, когда захочешь, – потрепал он меня по щеке, поощряя и выходя из кабинета. Как я была рада в тот момент, не описать. Нетерпеливо ждала, когда наступит время встречи. К вечеру Мурат позвал меня в кабинет. Села перед компьютером, Скайп открыт. Засуетившись, пригладила волосы. Руки дрожали, а на глаза против воли наворачивались слезы. Всё трепетало от волнения, что еще несколько секунд и я увижу свою девочку. – Только без глупостей. Иначе это будет последний раз. – нависая надо мной, с металлом в голосе предупредил муж. Активно закивала. Пошёл вызов, для меня мир вокруг потерял всю ценность, только монитор. С той стороны ответили. – Здравствуйте, Лейла Рустамовна, – с улыбкой поприветствовала мать Мурата. – Добрый вечер, Ангелина, – кивнула она сдержанно. Даже через монитор чувствовала, как не нравлюсь ей. Женщина меня не знала, но неприязнь ко мне испытывала, не удивлюсь, если Мурат приложил свою руку к этому. Лейла Рустамовна, дама пожилого возраста, но ухоженная и всегда опрятная. Она повернула камеру так, чтобы мне было видно. И сердце пропустило удар. Горький ком подступил к горлу. Но плакать нельзя, сразу отключат. Вообще сильные эмоции нельзя. Я могу напугать малышку. В углу большой просторной комнаты, больше похожей на спальню принцессы, сидела Сабиночка и играла с куклами. Она рассадила их за столом и подливала невидимый чай в фарфоровые розовые чашечки. Моё чудо. Моё счастье. Смешно разговаривала с ними и что-то напевала себе под носик. Как же она подросла за это время. Пухленькая... Мурат говорил, что покушать она любит. Словно почувствовав, что на нее смотрят, она отвлеклась от игрушек и повернулась ко мне.

– Тётя Геля! – радостно воскликнула доченька, подбегая ближе к видеокамере. – Привет, – счастливо прошептала, уже с трудом сдерживая слезы. – Ты так выросла... Так и хотелось сказать: «Доченька». А ещё больше обнять ее и никогда не отпускать. – Мне почти три, – гордо сообщила малышка, показывая на пальчиках. – Я знаю. Как ты там? Что делаешь? Последний раз нам разрешили поговорить пять минут, и то два месяца назад... – Хорошо. – бросила она торопливо, вновь убегая к игрушкам. В этом возрасте деткам неинтересно такое общение. Да, и видит она меня не часто. – Я люблю тебя, родная, – успеваю крикнуть, прежде чем недовольный муж нажал отбой. – Мы договаривались, – предостерегающе начал он, нависая надо мной. – Как ты можешь? – взорвалась я, не сдерживая слез. – Это моя дочь. Я имею право с ней общаться. По мнению Мурата, такими поступками я травмирую психику ребенку. Больной ублюдок! Ребенок растет вдали от матери, разве это не травмирует психику? Сам-то, гад. Каждую неделю к ней ездит. – Ты ничтожество, – шипел не хуже змеи озверевший муж. – Прав у тебя нет. Только обязанности. Я дал тебе всё. Ты неблагодарная дешёвая девка. – А ты, – зря я не сдержалась, но меня трясло от бешенства, – Больной урод, которого даже родная мать не любила! Не успела закрыться, удар четко прилетел по голове. Неуклюже свалилась со стула, группируясь и готовясь к очередной порции побоев. Но он не продолжил. Странно. Просто ушёл. Лежала на полу, глотала слезы и смотрела в потолок. Я вещь, я статуэтка, я кукла. Если долго повторять, то привыкаешь и легче воспринимаешь реальность. И вдруг. Пришла мысль. Плохая. Нет, не убить его, об этом я мечтаю давно. Много раз представляла, как делаю это пока он спит... Но тогда я не найду дочь, не верну. Меня просто посадят или признают больной. Только это останавливало от расправы над этим подонком, возомнившим себя хозяином моей жизни. Мысль о том, что я хочу быть любимой. Хочу семью, полноценную и нормальную. И почему-то в моей голове всплыл образ Александра. Будто он стоит у своей Шкоды и с улыбкой ждет меня. Опять рисую сказку? С другой стороны я уже столько вынесла и вытерпела, что вряд ли Романов сможет меня чем-то удивить...

Наверное, камеры запечатлели странный момент, девушка на полу, после удара в голову лежит и мечтательно улыбается...