Глава 7

Итак, у меня было целых три года, чтобы подготовить настоящую военную кампанию против драконьего общества. Я собиралась стать тем самым мягким завоевателем которому по моей задумке надменные драконы должны были сдаться без боя и с большой радостью в плен. А для этого нужно было сыграть на их слабостях. О, поверьте, что люди, что эльфы, что чешуйчатые змеи абсолютно одинаковы когда дело доходит до любопытства, жадности, ревности и прочих пороков, что совершенно несправедливо называют человеческими.

Поэтому номером один в моем списке была внешность. Привлекательная обертка на которую так падко большинство. Красотой меня природа на этот раз не обделила. Хрупкая воздушная блондинка с огромными голубыми глазами и нежным личиком в форме сердечка. Абсолютная противоположность здоровой, рыжей Доротеи Маккейн. Я была неплохим алмазом, что при правильной огранке обещал превратиться в настоящий бриллиант.

Танцы были отличным решением. Мне удалось возродить немалую часть таланта эльфийки и грация с которой я двигалась и танцевала вызывали дикий восторг у нанятого учителя из столицы.

— Ах, моя дорогая госпожа Крофтон, вы просто бесподобны! Небесное создание посетившее нашу грешную землю и я просто счастлив быть вашим учителем! — смахивал слезу господин Вилларье, что всегда был чересчур экспрессивным и слегка переигрывал. Но он был прав, без ложной скромности скажу, что двигалась я и правда великолепно.

Дальше дело стало за нарядами. Я изучала все веянья моды, сопоставляла с предыдущим опытом и собиралась выработать стратегию. Мне нужны были не просто модные платья. Такое может заказать даже пустоголовая кукла. Мне нужен был вызов, скандал, но тот что породит восторг и восхищение, а не порицание.

Поэтому, к выбору портнихи, что будет шить мой гардероб я подошла очень тщательно. Мадемуазель Габен была молодой и перспективной портнихой, которой более старые и опытные конкурентки не давали развернуться в полную силу. И она с радостью взялась за заказы для такой богатой и знатной семьи. Мои идеи были для нее в новинку, но она очень быстро включилась проявляя отменный талант к созданию нарядов. Выбранные модели убедили ее, что мена ждет успех, а значит юная графиня Крофтон прославит и ее.

Да-да, вы не ослышались! К моему шестнадцатилетию отец наконец-то получил титул графа и милость его императорского величества в виде поместья на севере страны.

Нужно ли говорить, что хозяйство было разорено и заброшено, а также составляло немаленькую проблему для казны? Но его величество здраво рассудил, что у новоиспечённого графа Крофтона хватит денег на то, чтобы поставить графство на ноги.

Такое изменение статуса существенно подняло нас в глазах общества и мое заодно в качестве единственной наследницы. Ловкие дельцы и разоренные аристократы начали интересоваться дочерью графа Крофтона, но папа пресекал их любопытство. Еще бы мне шел только семнадцатый год и до запланированной даты было еще далеко. Поэтому я практически безвылазно сидела в поместье и оттачивала еще одно женское оружие — ум.

История, география, политика, экономика, поэзия и философия. С последними двумя проблем вообще не было. Но познавательные беседы напомнили мне каким острым умом обладали Мария Мещерская и Валентина, и как кавалеры обожали прекрасное чувство юмора Верочки.

А вот загадочность и хитрость эльфийки Элениель должна была сыграть последнюю и очень важную скрипку в будущем дебюте.

Мистификация! Полнейшая и безумная чехарда слухов, созданных с одной целью. Люди должны засыпать и просыпаться с моим именем на устах. Здесь не знали слова пиар, но я планировала продемонстрировать местным суть и значение этого термина.

И начало этому было положено за пол года до бала.

В то утро завтрак проходил в привычном узком семейном кругу. Мама элегантно поглощала овсянку, я была проворнее и уже допивала нежнейший жасминовый чай, а вот папа только-только разворачивал утреннюю газету, доставленную ему прямо из типографии.

— Что за черт?!!!!! — глаза отца округлились, а потом и вовсе налились гневом.

— Да как они смеют!

Мама испугано уронила ложку уставившись на отца.

— Что там Дистер?!

— Ничего, Викки, просто мерзкая маленькая статейка, полная сплетен.

Но маму было не так просто провести.

— Ну уж нет, Дистер Сириус Крофтон, тебе меня не провести! Говори немедленно, что там написано! — очень-очень редко у мягкой и доброй мамы появлялся вот такой тон. И горе было тому человеку, что пробовал ей противоречить в такие минуты. Папа знал это, но к его чести нужно сказать, что он все же попытался увильнуть.

— Милая, я не думаю, что стоит читать такие никчемные вещи за столом. Аппетит…

— Читай! — в голосе мамы зазвучала сталь и грозный дракон, самый опасны хищник в природе, жалобно вздохнул и бросив на меня быстрый взгляд подчинился.

" Уже совсем скоро приближается такой ожидаемый всеми уважаемыми матронами империи Осенний бал. Благородные семейства прихорашивают своих юных дочерей и готовятся представить новый цветник на суд его императорского величества. Но в таком чудесной благоухающей клумбе не обошлось в этом году без залетных семян. Вот например еще до недавно никому не известное семейство К., что получило свой титул только благодаря удивительному стечению обстоятельств и невероятному везению их главы готовится представить свою единственную дочь. Но что это будет за девица, спросите вы? И не подсунут ли нам сорняк вместо нежной розы? Известно об этой девицы очень мало, так как родители прячут ее от общества. Возможно потому, что у новоиспеченной аристократки еще не появились манеры приличествующие даме высокого положения? Или единственная наследница страдает каким-то исключительным изъяном? А возможно дворец ожидают нашествия настоящей дикарки, питающейся со стола руками. Берегитесь, кавалеры, вас могут оглушить и утащить в пещеру. Хотя, это вряд ли. Для такого барышня должна превращаться, но увы и ах, благодаря достоверным источникам нам стало известно, что девица К. совсем не может совершить оборот в дракона. Много вопросов порождает эта дебютантка, но в любом случае, дорогие читатели, Осенний бал сбросит все покровы и маски, и рассудит нас с этой неизвестной дамой К."

Под конец чтения руки у папы задрожали и он просто смял ни в чем не повинный листок бумаги.

— Ах! — мама прикрыла рот ладонью, чтобы скрыть от папы хитрую улыбку.

— Я уничтожу, эту грязную газетенку. Сотру в порошок мерзкую душонку этого журналиста….

— И пустишь по ветру все наши старания — улыбнулась я папе, решив больше его не мучить, так как белый дракон не на шутку разбушевался.

— Что ты говоришь, зайчонок? — отец опешил от такого заявления и даже присел на стул с которого вскочил во время чтения.

— Наша дочь говорит, Дистер, что заплатила за эту статью, а некоторые тезисы даже написала сама в моем скромном соавторстве — мама очень правдоподобно опустила глазки пряча в них пляшущих свои дикие танцы бесят.

— Но зачем? — Дистер все еще непонимающе смотрел то на жену, то на дочь поочерёдно — Эта статья марает имя, Леи!

— О, нет, милый, это только первая часть акта и мы тебя очень просим не вмешиваться, а просто досмотреть представление до конца — мама была очень убедительна, когда смотрела на папу таким хитрым, многообещающим взглядом.

А все же хорошо, что я взяла ее в сообщницы! Виктория Крофтон оказалась не только отличной матерью, но и самой лучшей подружкой и поддельницей на свете. Она давала просто неоценимые советы привнося в наш план такие хитросплетенные идеи, что мне оставалось только порадоваться, что эта женщина на моей стороне.

— Викки, если ты мне гарантируешь, что это не повредит ни тебе, ни малышке… — начал было папа, но мама его быстро перебила.

— Дистер, я бы никогда не допустила такого. Ты же знаешь!

— Хорошо! — папа сдался под двойным натиском любимых женщин и выбросил белый флаг — Моя помощь вам нужна?

— Да — тут уже оживилась я — Папа, дай денег. Много!

После первой статьи прошла неделя. Столица отсмеялась над жалкой полукровкой и "дикаркой Крофтон", но вскоре их ждало небывалое событие. В столицу явилась целая делегация из очень далекой страны Зулсу. Странные люди, одетые в немыслимые яркие одежды верхом на верблюдах наводнили город.

Хмурые воины с шоколадной кожей сопровождали караван из ста ослов груженных огромными сундуками, где весело позвякивало, то, что любой меняла узнает на слух. Сладкий звук денег! Воины были суровы и молчаливы, а вот слуги у них не страдали подобной хворью. Один особо разговорчивый любитель выпить разболтал симпатичной служанке удивительную историю, достойную баллады барда или любовного романа на худой конец.

Этот караван принадлежал шаху Барну, повелителю их клана и известному ценителю женской красоты. Однажды, один из торговцев Зулсу побывал в этих краях и прогуливаясь по столице увидал девушку несравненной красоты. Будто ангел спустившийся с небес девица была прелестна и чиста. Пораженный торговец так и застыл на месте, но увидев что женщина садится в экипаж и уезжает с драконом, проследил за ней не в силах удержать свое пылкое южное сердце. Девушка оказалась из знатного рода и бедняга даже не стал пробовать просить ее руки. Но владея талантом живописца запечатлел на холсте образ прекрасной. Да так и уехал в свою страну страдая от горя и любви.

Оказалось, что торговец тот был давно дружен с шахом и последний частенько захаживал к нему в гости. И конечно же увидал там портрет несравненной. Да и влюбился без памяти, потребовав выдать всю правду про девушку. Торговец отказался отдавать портрет за что и был казнен, а князь и так узнал, что несравненную красоту зовут Леонора Крофтон. И девушка эта не только красива, но и благородна. Сраженный любовью правитель разогнал весь свой гарем и отправил за прелестницей своих ближайших людей с несметными сокровищами.

Нужно ли говорить, что чем правдоподобнее бред, тем охотнее люди верят в него? Да и наличие каравана было ярким доказательством правдивости истории пьяного слуги. А уж когда иноземцы спросили дорогу к поместью Крофтонов….

Что тут началось! Новость разлетелась по столице подобно пожару и "дикарка Крофтон" в одну секунду превратилась в "несравненную красавицу Крофтон".

Все гадали примет ли отец юной госпожи предложение, но в тот же вечер посольство вернулась на тот самый постоялый двор потрепанное и злое, а свидетели говорили, что над поместьем графа бушевал огонь разгневанного дракона.

Раздразненная любопытством публика пыталась разузнать, что да как, но посольство угрюмо молчало, а болтливый слуга лишь боязливо поглядывал по сторонам. При этом представители влюбленного шаха очень быстро собрались и отправилась восвояси.

Оставшись без информации с проверенных источников толпа зевак начала сама додумывать случившееся и пришла к выводу, что граф не хочет отдавать свой драгоценный цветочек!

Еще целый месяц в столице гадали пойдет ли шах войной на империю, чтобы отбить понравившуюся девушку или просто украдет ее?

Но я не собиралась оставлять почтенную публику без новых слухов и сплетен.

Ха-ха, вы у меня та просто не отделаетесь!

А потом на улицах города появились люди, которые клялись, что точно знают — Леонора Крофтон чёрная ведьма, продавшая душу тёмной волшбе и они точно видели как имперский патруль заходил в поместье Крофтонов, чтобы вытащить злобную тварь за волосы и предать огню.

Но потом через три дня оказалось, что никакой волшбы не было, а бедную девушку оболгали. Об этом утирая слезы жалости и умиления рассказывал один из тех стражников, что были в патруле и имели честь сам удостовериться в невиновности Леоноры Крофтон которую оболгали злые языки.

А потом вышла сенсация, что Леонора Крофтон на фоне последних событий уходит в монастырь служительниц Дракона Отца, отрекшись от этого жестокого света. И не успели жители столицы оплакать девство удивительной и чистой девушки, как она передумала уходить. Вернее ее уговорили. Таинственный прекрасный незнакомец, что явно принадлежал к королевскому роду умолял девицу на коленях поменять свое решение и принять участие в Осеннем балу, где он сможет сделать ей предложение превселюдно, открыть свое лицо скрытое золотой маской.

А потом…. меня воровали пираты, я была замешана в контрабанде, моя мать оказалась внебрачной дочерью короля соседней державы(да простят нас дедушка и бабушка), артефакт защиты изобрела я, но при этом потеряла один глаз. Я была высокой брюнеткой, полненькой блондинкой, рыжей без одной ноги. Я прелестно пела, жевала табак, дралась на мечах и чертовски хорошо вышивала крестиком.

Нужно ли говорить, что столица истерзанная противоречивыми слухами бурлила и обещала достичь точки кипения аккурат к балу где наконец-то будет представлена знаменитая наследница? Страсти были такими, что если к назначенному сроку наследницу Крофтонов не покажут привселюдно, столица обещала вспыхнуть бунтом и всей неуправляемой массой пойти брать поместье графа.

Ведь безумие овладело толпой желающей хоть на мгновение взглянуть на знаменитую Леонору Крофтон. Мое изображение даже начали рисовать и продавать на черном рынка (с нашей легкой руки) как истинный портрет несравненной. Правда он был нисколечко не похож на меня и существовало около двадцати версий этой живописи, но народ это не смущало. Картины разлетались как горячие пирожки и каждый из покупателей искренне верил, что уж его то точно настоящий.

Правда проверить это не было возможным. Ведь воплощая свой замысел в жизнь мы с мамой перестали выходить за территорию поместья еще за пол года до бала. Конечно это не останавливало любопытных, а в некоторых особых случаях просто безумных, от попытки пробраться к нам. И вот тут то прекрасно сработали папины артефакты защиты.

— Ну хоть какая-то польза от этих идиотов — бурчал папа, снимая очередной экспериментальный артефакт с первого круга защиты и внося тщательные записи его взаимодействия со взломщиком. И уж потом вызывал стражу, чтобы забрали еще одного слегка прокопчённого наглеца уверовавшего, что может пробраться в твердыню Крофтонов и увидеть их сокровище.

И все же единожды мне пришлось уступить чужому любопытству и удовлетворить его лично.