Глава 37

Неловкость словно висела в воздухе… Сидеть на веранде общепита фактически наедине, было довольно странно. Обычно в таких местах толкучка, а сегодня, словно в насмешку, мы были одни. Мужчина, которого я столько лет считала своим врагом, буквально пару часов назад вступился за меня перед своей матерью. Правда, у меня был ряд вопросов, откуда вообще растут ноги, что я родила мёртвых малышей? У кого язык мог повернуться сказать такое? В каких бы я ни была отношениях с кем-либо, для меня наговорить что-то на детей – высшая степень невозможного. Кем бы ни были родители, дети не виноваты. Почему тогда со мной произошла такая ситуация? – О чём ты думаешь? Сытый Казанцев, откинулся на спинку стула и внимательно на меня посмотрел. – Тебе не кажется, что вся наша ситуация, сложилась как-то непонятно? Надо же было с чего-то начать… – Кажется, – поступил спокойный ответ. – И? – Что и? – лукаво усмехнулся мужчина, – надо было бежать снимать головы с плеч? Надо же… Вспомнил мою любимую сказку… – Когда ты появилась в поле моего зрения, я точно понял, что что-то произошло, даже начал выяснять, – вмиг стал серьёзным Казанцев. – Слишком много, при детальном рассмотрении, не сходится. Еле подавила в себе желание скептически поднять брови. Неужели… А сразу всё нравилось, да? – У тебя по сей день эмоции на лице написаны, – покачал головой мой бывший муж. – Мне и раньше не нравилось, но тогда меня накрыла злость, ревность и чувство, что меня предали. Я не хотел разбираться, не хотел ничего выяснять. Доказательства о том, что… Казанцев замялся. Да, получить новость, что твои дети родились мёртвыми – это печально, но пережить можно, хоть и ужасно трудно. Ты их никогда не видел, не успел прожить с ними хоть какое-то время, за исключением времени общения с пузиком. Сейчас же, совершенно иначе. Казанцев видел своих сыновей. Теперь они были не гипотетическими плодами в животе, а именно живыми и здоровыми мальчиками, хоть и временно с ветрянкой. Произнести сейчас вслух, что ему сообщили об их смерти, было трудно. Я бы точно не смогла… – В общем, те новости были для меня ударом и ковырять из, при условии, что меня предала жена, мне не захотелось. – Почему ты вообще поверил кому-то рандомному? – с горечью спросила я. – Я не знаю… Мужчина встал и подошёл к перилам, вглядываясь в рекламный щит напротив. Спина стала напряжённой, мышцы словно напряглись. Воспоминания о той ситуации давались ему с трудом. Тебе тоже было несладко, забыла? Внутренний голос услужливо напомнил мне о каждой бессонной ночи, болячках, новых зубах и попеременных болезнях, которые доводили меня до белого каления. – Пойми, в тот период было трудно что-то нормально воспринимать. Начал мужчина, которому, видимо, очень хотелось расставить все точки… – Мы так долго строили компанию, получив шанс на миллион, совсем позабыли, что все мы люди и у нас есть семьи. Сама вспомни, сколько времени я проводил на работе. Сколько сил, внимания и энергии уходило на каждый проект и заказ. Я же и зрение тогда себе знатно посадил, не вылезая из компьютера. Совершенно забыл, что у меня жена почти в родах… Когда увидел те фотографии… Меня словно перемкнуло. Мне казалось, на тот момент, что наша семья – это единственный оплот стабильности в этом мире. А тут такое… Было страшно. Первая эмоция – ужас. Предательство я осознал уже позже. Каждый раз, когда я брался за трубку, с целью позвонить тебе, срывался и напивался вдрызг. Мысль, каково было тебе переживать потерю мальчишек, меня убивала, ведь мне было настолько хреново, что словами было не передать… Я струсил, Лёль. Банально испугался, что не смогу помочь тебе ничем, и скачусь в истерику из-за измены. На тот момент, мне казалось, что всё должно крутиться вокруг меня и всех должно волновать только моё состояние, а потом… Потом вдруг осознал, что всё это время был полнейшим эгоистом. Моё желание контролировать всё и вся, было маниакальным. В голове вдруг забилась мысль, что в такой ситуации я обязан был сделать всё, чтобы докопаться до правды, выяснить все обстоятельства и… Поддержать свою жену. Понятное дело, что если бы подтвердилось произошедшее, мы бы всё равно развелись, но на том этапе тебе требовалась поддержка. Точнее, если считать те новости реальными. Кто же знал, что это всё враньё… Сказать мне было нечего. Я понимала, что Казанцев явно корил себя всё это время, заморачивался, но… Так и не позвонил. Да и видео, которое мне прислали тогда… Он так и не объяснил его происхождение. мысленно зажмурившись, послала к чёрту свои сомнения и на одном дыхании выпалила: – Что это было за видео? Мир словно замер. Плечи мужчины словно ещё больше напряглись, а спина стала ещё прямее. Затянувшееся молчание меня не радовало совершенно… Словно затишье перед бурей… В одно мгновение он обернулся и пристально посмотрел на меня, словно решался… Вообще, был похож на человека, который вот-вот прыгнет в пропасть. Именно на этом этапе, мне уже был известен ответ на мой вопрос. Не надо было придумывать, увиливать или врать. Нет. Ответ был написан на лице моего бывшего мужа. – Я… – Я не уверена, что хочу знать ответ. – Ты задала вопрос. – Всё и так видно. Наблюдать за тем, как рушится моё намерение найти хоть какую-то причину для прощения, было по меньшей мере, странно. – Лель, – позвал меня казанцев, когда я отвернулась, в надежде скрыть одинокую слезинку, покатившуюся по щеке. – Да. На том видео я. Но это не то, что ты подумала… Началось…