Глава 43

Господи, как же мне надоело всё это… Глядя на эту вокруг ухоженную даму, мне больше всего на свете хотелось, чтобы она ушла… Теперь я очень хорошо понимала, откуда растут ноги в ситуации с изменой Казанцева. Понятное дело, что не обошлось без моей дорогой свекрови, но, боюсь, что основная идея принадлежит этой «чудесной женщине». – Зачем вам это? – откинувшись на спинку кресла, уточнила я, устало глядя на собеседницу. Не то чтобы я очень замучилась, но меня действительно начало утомлять количество недовольных вокруг нашей семьи, хоть пока ещё и бывшей. Хотя… Почему же бывшей? Я родила этому мужчине сыновей! Я по умолчанию уже его семья, так что, для того чтобы защищать всё это мне не требуется штамп в паспорте! Предложение-то он мне уже сделал! Валентина Альбертовна сидела, поджав губы. Ощущение, что она съела лимон, причём целый, разжевав его хорошенько, меня не отпускало, уж слишком недовольна она была… Губы, покрытые алой помадой, скривились, выдавая недовольство, но барышня соизволила ответить: – Ты ему не ровня, моя дорогая, пора бы это уже уяснить, – хмыкнула она. – Остальные причины не для твоего ума, милочка. – За кого вы меня принимаете, интересно? – невольно улыбнувшись, проговорила я, облокотившись на свой кулак и делая самое беззаботное лицо, на которое была способна. – Идите отсюда, а? По добру, поздорову. – Что, прости? – от вежливости этой старой карги стало совсем тошно. – Что ты слышала! – рявкнула я, совершенно наплевав на все правила приличия. Я прекрасно знала этикет, основные правила вежливости и вообще, в целом, как беседовать с кем-то подобным или находиться в подобном обществе, только сейчас, больше всего мне хотелось спустить с лестницы эту особо умную только за то, что посмела сунуть нос в мою семью. Да, мы испытываем трудности, до сих пор толком не поговорили, и Казанцев не сильно спешит мне рассказать всё, но после произошедшего прошло три года! Я сделала свой выбор… Теперь этот выбор осталось отстоять. – Я попрошу вас покинуть мой дом. Я встала и сверху вниз глянула на свою гостью. Ощущение, что я хозяйка положения хотя бы в этих стенах, пьянило меня, словно игристое. Я не собиралась больше ни секунды слушать эту женщину и позволять ей играть в свои игры тем более. Что бы она там ни планировала и какие цели ни преследовала, ей придётся переступить через меня ещё разок, правда, я уже так безропотно не отступлю. – М-да, я думала ты умнее… Валентина Альбертовна поступила ровно так, как я и думала. Психологическое давление, попытка манипуляции… Всё это старинный женский арсенал, который всегда работал. Только не со мной… Наглость этой женщины была настолько велика, что желание избавиться от неё было в разы сильнее, чем желание задуматься над её словами. Валентина Альбертовна встала и грациозно покинула дом, двигаясь абсолютно неслышно, напоминая удава… Главное, чтобы она тебя не придушила! С внутренним голосом я была согласна, только вот беспокойство зашкаливало. С учётом её возможностей, какие она может устроить мне проблемы? Ну не пойдёт ли она на преступление, да ещё и против детей? Думать об этом не хотелось, хотя я и не исключала этот факт. Глянув на время, я с удивлением отметила, что совсем скоро должны приехать мои, а вот мой новоиспечённый жених так ни разу и не позвонил, что, честно говоря, приводило в замешательство. Лишний раз обойдя дом по кругу, я вернулась на детский этаж и начала разбирать там. Рука не поднялась выкинуть в мусор все детские вещи, которые я с таким предвкушением и энтузиазмом покупала, только готовясь к появлению мальчиков. Меня захлестнули воспоминания… Кроватки, игрушки, грызунки, огромное количество всяких-разных распашонок… Всё такое милое, с очаровательными узорчиками и рисунками, что щемит сердце. Я уже и не помню, когда они были такими маленькими… После переезда в обратно к маме мы все купили заново. Денег не хватало, надо было поменять жильё, поэтому брали все по минимуму, что приводило к бесконечным стиркам. Конечно, было тяжело, но я ни секунды не сомневалась ни в чём. Я настолько люблю своих мальчишек, что всё остальное просто ерунда, по сравнению с трудностями. К ночи я наконец-то привела в порядок всё, что было необходимо. Вместо детских кроваток-маятников Казанцев уже подсуетился и сейчас тут красовались кровати в виде огромных машинок, с очаровательными огоньками, которые ещё и регулировались по яркости. Заигравшись, я даже не сразу заметила, что телефон звонит, а когда взяла трубку, двинулась от резкого звука. – Алло, – повторяла я в трубку, в ожидании пока помехи пройдут, – вас неслышно, алло! Скрип, какая-то возня, а потом… стон? В недоумении я глянула на номер телефона входящего звонка, но поняла, что в моей телефонной книжке он был не сохранён. – Перезвоните ещё раз, пожалуйста. Положив трубку, я тряхнула головой, Я продолжила уборку. Ещё около двух часов ушло на то, чтобы протереть везде пыль и повесить новые шторы, которые я с огромным удовольствием отпарила самостоятельно. Внезапно я услышала из приоткрытого окна звук подъезжающей машины. Было два варианта, либо Казанцев, либо дети с мамой, но я была бы рада обоим вариантам. Бегом по ступенькам вниз и вот я уже стою на выходе, всматриваясь в могучую фигуру своего мужа. Влетела в его объятия с таким огромным удовольствием, отметив, что мужчина ужасно устал. Тёмные круги под глазами, бледная кожа… – Почему ты не позвонил? – нахмурилась я, внимательно осматривая его. – Ты же знаешь мою маму… Казанцев отмахнулся, а я застыла, заметив след от губной помады на воротнике белоснежной рубашки…