Глава 19.

Наверное, рано или поздно нам придется столкнуться, хотя последнюю неделю я успешно от него прячусь. Если раньше от Новосибирска я не уезжала дальше, чем на сотню километров, то теперь ищу материал в самых дальних деревнях нашей области, приближаясь к Алтаю. В общем делаю все, только, чтобы реже появляться в студии, где Громов кажется прописался.

— Гладышева, зайди, — не успеваю смыться, когда меня вызывает главный редактор. Он немного тучный, пугающий и строгий. Но потрясающе справедливый. Я сажусь в кресло, когда он роняет свое тело в соседнее.

— Тебя не было на собрании вчера, — Кравцов сводит брови.

— Да, я была в Метелево. Там такая мама…

— Я потом почитаю. Смотрю последние дни совсем закопалась в работе. И Никиту припахала.

— Я могу и сама. Электричка работает.

— Да понятно, что работает. Что с тобой? Это как — то связано с тем, что в твоем досье стоит реальная фамилия Громова?

Я прижимаюсь спиной к креслу, отвожу глаза.

— Брат?

— Муж.

— Ты шутишь?

— Нет. Мы не развелись, да и не общались эти шесть лет.

— Он в курсе, что ты тут?

— Нет. Не уверена. Он меня не видел. Да если бы и увидел, не узнал.

— Он спрашивал о программе твоей, у него есть идеи отправить тебя снимать матерей за границу.

— Ого! – пульс частит. – Это же то, что я предлагала с самого начала!

— Да, я помню, но он сначала хочет с тобой познакомиться.

— А это обязательно?

— А ты думаешь, он твою передачу не посмотрит?

— Вряд ли. Зачем? Он занятой, видел рейтинги.

— Ну в принципе, да. Пока он тебя не требовал, да и сейчас подготовка к мероприятию— День журнала «Максим». Но долго я тебя прятать не могу.

— Знаю, знаю… — киваю и тороплюсь на выход. Слежу, чтобы не особо мелькать, как вдруг вижу Громова, который как раз выходит из лифта. Я тут же отворачиваюсь спиной и юркаю в дверь лестницы. Выдыхаю, слыша, как хлопает дверь редактора.

Блин, почему я прячусь. Почему. В конце концов я отличный ведущий. Я заслужила доверие. Не уволит же он меня. А наш брак давно себя исчерпал. Никому не нужен.

Нужно просто появиться там, где он будет расслаблен. Встретится не на работе, а в неформальной обстановке. Думаю как раз день рождения журнала подойдет. Он будет со своей очередной любовницей, а я буду с Никитой. Да. Мы встретимся как старые знакомые. Это успокаивает, дает дополнительный заряд энергии.

На улице звоню Кате, которая наверняка захочет поучаствовать в выборе платья для мероприятия. Она конечно за, да и всегда готова хоть ненадолго выйти из дома. Мы выбираем бордовое платье с открытой спиной, подбираем украшения, черные лакированные туфли. Да в общем, разоряем мою карточку на несколько тысяч. Сидя у парикмахера, который делает мне завивку, я убеждаю себя, что весь этот марафет для себя, а не для Кости. Он должен видеть, что у меня без него все отлично. Что наш разрыв — лучшее, что случилось в нашей жизни. Как представлю себя на месте затюканной Кати, ежусь, как от холода. Да, все было к лучшему.

Стоит мне, такой красивой добраться домой, как звонит Никита, который уже готов забрать меня, Он сам в черном смокинге, с уложенными в прическу волосами. Выглядит не меньше, чем принц. Подтягивает меня к себе и целует в губы. Я отвечаю. Мне нравятся его губы, они приятные на вкус после фруктовой жвачки, которую он жует постоянно, потому что бросает курить. Да и бросает, потому что я попросила.

— Никит, опоздаем…

— Да, точно. Сегодня кстати будет выступление на пилонах. Какой-то конкурс, чтобы люди не заскучали.

— Здорово. А я никогда спортом не занималась.

— Тебе и не нужно, тебе от природы дана идеальная фигура.

— Засмущаешь.

— Просто констатирую факт.

— Знаешь, а я ведь когда –то была пухлой.

— Не верю, — смеется Никита, берет меня за руку и целует. – Но знаешь, я бы посмотрел, как у тебя вырастет грудь и живот.

— Никит…

— Прости-прости, я помню, мы пока эту тему не трогаем. Я уже говорил, что готов ждать, сколько угодно?

— И я это очень ценю.

— Да, я когда понял, что ты девственница, решил, что такую девушку стоит подождать.

Я чуть язык не глотаю.

— Почему ты решил…

— Ну как же,

Ань. В универе у тебя никого не было, на работе ты отношений тоже не заводила. Ты ждешь принца, и я готов им стать. Хочешь долго и счастливо, будет.

— Никит…

— Не говори ничего, просто представь. Отец уже обещал купить нам дом. Будем вместе мотаться по твоим мамочкам, а вечером смотреть сериальчики. У нас даже вкусы с тобой схожие.

Мне нужно опровергнуть его мечты. Дать понять, что я не тот идеал, который он себе выдумал. Но и настроение ему портить не хочется. В конце вечера обязательно скажу. Обязательно.

Мы подъезжаем к новомодному ресторану, который недавно открылся в центре города. Никита сам открывает мне двери. Да и вообще не отходит ни на шаг, не давая даже вздохнуть свободно. Я периодически чувствую на себе точеный взгляд, но никак не могу понять, откуда он. Кто смотрит. Громов? Он объявил начало мероприятия, но я пряталась за колонной, чтобы он меня не заметил. Потом убегала в туалет, чтобы он снова меня не увидел. Да, я помню, что мне нужно показаться ему красивой и независимой, но как же страшно, черт возьми, посмотреть в лицо своему прошлому. Позорному и наивному.

— Аня, потерял тебя, — врезается в меня Никита, тут же прикасаясь к спине и скользя по ней все ниже. Он уже выпил и очевидно надеется, что сегодня ему что – то обломится.

— Нюра. Это правда ты... – голос иголочками впивается в мои нервы, вынуждая застыть каменным изваянием. Я уговариваю себя, что нужно дышать, только вот не получается. Только вспоминать, как он кричал Нюра в больнице, а я отбивалась от него, оставляя кровавые полосы на его красивых руках и шее.

— Я Анна, — поворачиваю голову, старясь встать ближе к немного ошалевшему Никите. – Пора бы уже запомнить.