Глава 34.

Утром мы встали, еще когда не взошло солнце и долго нежились в постели. Забыли о всех сложных словах, которые нужно будет сказать друг другу. Просто лежали в обнимку, как много лет назад и обсуждали глупости.

Костя спрашивал какие я сериалы посмотрела за эти годы и оказалось, что вкусы в этом у нас по-прежнему сходятся. Мы долго смеялись над финалом сериала, который, когда – то начинали смотреть вместе. Решили даже вместе на выходных сходить в кино.

— Нужно квартиру обставить, я если честно в душе не ебу, кто будет этим заниматься, — намек настолько жирный, что я толкаю его в бок. Его красивый бок с косым рельефом. С его появлением я забросила собственные тренировки, надо бы вернуться к ним.

— А где ты жил в Москве?

— По съемным или в отеле, если не хотелось по пробкам тащиться.

— Никогда не жил с девушкой? — удивленно вскидываю бровь. Да, мне чертовски интересно, сколько баб он сменил за эти годы. Готовил ли ему так же вкусно, как когда – то я?

— Нет, Ань. Ни с кем не жил.

— Никто бы не выдержал такого графика?

— Не думал об этом. Наверное, просто знал, что рано или поздно вернусь к тебе. Ну так что? Займешься обустройством нашего гнезда?

— Гнезда? Я вообще — то еще не согласилась тут жить.

— Ну пока Сашок гуляет на свободе выбора у тебя немного, а там уже привыкнешь, поставишь свои баночки, занавески повесишь в цветочек и уезжать никуда не захочется.

— В цветочек? Ты же фукал на них?

— Если мне прям совсем не понравится, то я тебе об этом скажу, и мы вместе выберем альтернативу, — он целует меня в нос, откидывается на подушку. Вибрирующий телефон берет.

Раньше я никогда не задумывалась лазать в его гаджет, он говорил, что пишут по работе, а я верила. Теперь у меня все зудит спросить, кто там.

— Кто это, с утра пораньше?

— Дима. Он поставил своих пацанов следить за Сашей. Тот неубиваймый уже вышел из больницы.

— Будет нас искать?

— Катю наверняка, так что нужно развод им готовить и заявление на него катать. Я могу сходить с ней, чтобы она херни не написала.

Ну уж нет. Катя очевидно решила, что путь свободен, но за эту ночь все изменилось.

— Ты лучше напиши, что нужно, а мы сходим.

— А тебе не нужно на интервью, я твое расписание посмотрел. Даже скачал, — лыбится как дурачок. — Чтобы всегда знать, где тебя подловить.

— Какой а… Это ты, наверное, до прихода адвоката скачал?

— Если бы. Нет, первый час я на тебя пиздец как злился, можно сказать овечка волка переиграла и уничтожила, но потом на треню сходил и легче стало, — говорит он все ниже, смущая меня чувственным баритоном. Скользит рукой под тонкое одеяло, опаляя пространство своей ослипительной улыбкой. У меня тут же все внутри крутит, а нежность утра превращается в чувственную страсть, от которой я пытаюсь спасти единственным способом.

— Ты что, меня овцой назвал?

— Аня, Аня, овечкой, милой. Заспанной и такой вкусной, что хочется тебя сожрать…

Костя рывком подминает меня под себя, тут же раздвигает ноги и убирает одеяло в сторону.

Его кол уже тычется в мою влажную промежность, а губы касаются щеки, накрывают губы.

Я закидываю ноги ему на плечи, давая нужный угол для более точного погружения. Чем глубже он вторгается, тем сильнее завязываются узлы моих ощущений. В какой-то момент я просто вскрикиваю, чувствую себя до конца наполненной, ощущая тяжесть его яиц на своей заднице. Он выходит медленно и врывается быстро.

Четкий ритм, не сбиваясь, не издавая не звука, словно ждет, что я сама сыграю эту партию.

Я принимаю правила игры, сощуриваюсь и сжимая губы плотно, не давая себе произнести ни звука, даже когда он увеличивает амплитуду, даже когда кончик члена долбит прямо в матку.

Он шумно дышит, пожирает взглядом диким, я вторю, он скалится, а я ответ.

— Тебе не выиграть, — хрипит он, ускоряя темп. Я уже на грани, но и проиграть не могу. Тогда я просто делаю запрещенный примем и резко, до боли сжимаю его соски. Помню, как сильно ему это нравится.

Костя ревет в голос, а я победно выстанываю, отпуская себя на свободу. Его плоть все сильнее распирает меня изнутри, так что я чувствую каждую пульсирующую венку.

— Сучка, — сжимает он обе груди в одной руке, по очереди прикусывая и посасывая.

Скользит языком между, продолжая свои такие привычные, такие простые движения внутри меня. Я на грани, Костя сам уже не в себе. Тянет меня на себя, садится так, что теперь я скачу на его члене, сама, задавая темп, пока Костя просто не удерживает мое бедро, не хватает меня за волосы, начиная двигаться резко снизу, скользя во мне взбешенным поршнем, словно машину несет на скорости двести километров в час, создавая вокруг нас смачные пошлые звуки из шлепков и стонов. Меня подбрасывает как на катапульте, я целую его, крича ему в рот, слыша ответный стон.

Он стаскивает меня с члена, заливая живот и попадая несколькими каплями на мой подбородок.

Мы мгновение другое смотрим друг другу в глаза, а потом я просто сползаю поцелуями по его животу, слизывая остатки с его головки, проникаясь снова этим пряным вкусом, зависимость от которого не поддается никаким моральным или законным нормам. Это ненормально желать брать в рот, но как же приятно обладать властью над этим чертовым кабелем.

Но если он снова пойдет в сторону, даже объясняя это необходимостью, то все закончится. Второй раз страдать из-за него я не хочу. Не буду.

Он думает, я сосать буду, но внезапно я собираю его яйца в кулак. Костя выгибает бровь.

— Если ты мне изменишь…

— Не будет этого.

— Костя, если ты мне изменишь, то все закончится. Тогда, вернись ты ко мне, я бы простила, а может быть простила бы снова, но сейчас…

— Ань, не будет этого. Я добился чего хотел, теперь я хочу только тебя. И если ради этого надо будет надеть целибат, то я надену...

— Даже так?

— Блять…

— А ведь это отличная идея.

— Аня! – дергает он меня, а я, улыбаясь во весь рот. – Это глупо, ты сама не выдержишь.

— Месяц, Костя. Всего лишь месяц. Судя по твоим же словам, для тебя это не проблема.

— Ну точно не тогда, когда ты лежишь рядом.

— Вот и узнаем какая у тебя выдержка, ведь каждый день сотни женщин хотят тебя в свою постель, вот ляжет одна из них обнаженная, сможешь ли ты отказать?

— Эти твои гипотетически...

— Сможешь?

— Естественно, я же не животное.

— Вот и докажи это.

— Ебнутая, блин. Ладно! И хватит мне свою голую задницу показывать, пошли в душ, нам скоро ехать.

— Обиделся, — сморю его вслед, он лишь хмыкает, поворачиваясь своим спортивным телом и чуть — чуть встряхивая уже опавший член. – Ты сама не выдержишь и недели.

Я падаю на спину, заливаясь смехом,

— Костя, ты был бы отличном стриптизером! — кричу в уже закрытую дверь, а потом обнимаю подушку, счастливо вздыхая.

Локоть задевает его телефон. По телу тут же жар проносится, а я бросаю взгляд в сторону душевой.

Он любит постоять под душем.

Я бы смогла все посмотреть и больше не волноваться. Только один раз.

Хватаю телефон, но он конечно заблокирован. Только сверху видно сообщение от «Димона». Тут код и я наобум ввожу его дату рождения. Мимо. Волнение нарастает, и я ввожу свою дату рождения. Тоже мимо. Дата нашей свадьбы? Ну а вдруг. Подходит!

Телефон загорается, и я тут же влезаю в ближайший мессенджер.

— Аня, хватит жопу греть, пошли мыться! – его голос как гон колокола.

Я тут же роняю телефон на то же место и вскакиваю. Ладно, код я знаю, еще посмотрю потом.

Иду в ванную, чувствуя неприятное жжение в груди. Стыд заливает лицо, и я надеюсь он не узнает насколько я низко пала, влезая в его телефон.

Но мне нужно знать, нужно знать, что он больше меня не предаст, что ему можно верить.