Глава 33

После того как у Богдана сбежала жена, вся жизнь у Ксюши пошла наперекосяк. Не верящая в судьбу, всякие сглазы и приметы, Ксения «прозрела» попав за решетку. Там, цыганка и гадалка в одном флаконе Зара, предрекла ей погибель от соперницы. Плату взяла последней припрятанной шоколадкой. Конечно, Ксюха не сразу поверила в бредовую ворожбу, она ж не дура. Но, вскоре убедилась, что проблемы стали возникать просто так, на пустом месте.

То адвокат от нее откажется, ссылаясь на непонятные причины, то сыпь по всему телу образовалась. Ксюха чесалась как припадочная, раздирая кожу в кровь, пока ее не упекли в стационар венерической больницы. Там Ксюшу так закормили лекарствами, что волосы полезли с головы целыми клочьями. Постоянная тошнота и головокружение стали неотъемлемой частью ее жизни. Отношение медицинского персонала как к скотине бессловесной. От прежней красоты Ксении остался шиш, да маленько. Она впала в отчаяние и, наверное, окончательно бы свихнулась… Если бы не случай.

Несмотря, на заживающие гнойные болячки и серый цвет лица в Ксюху влюбился молоденький практикант. Он приносил ей дешевый йогурт в маленьких баночках и яблоки, которые с трудом можно было разгрызть. Когда никто не видел, гладил ее по спине и немного ниже, пыхтел как паровоз. Веснушки на его бледной коже становились ярче, а глаза раскосые затуманивала похоть.

— Я помогу тебе сбежать, — шепнул ей на ухо. — Ксень, тебя скоро должны выписать. Я спасу тебя, любимая.

Только тут Ксения внимательно посмотрела на щуплого извращенца, который наверняка дрочил в туалете, вспоминая ее.

— Шмотки нормальные принеси и деньги, — она загадочно улыбнулась несчастному парню и тот окончательно потерял голову.

Следующим вечером после обхода, парень проник в ее палату с целым пакетом украденного шмотья у родной сестры. Ксения все перемерила и оставила себе застиранное нижнее белье, поскольку это лучше, чем ничего, и футболку со спортивным костюмом. Денег ей влюбчивый практикант отсыпал аж две тысячи семьсот рублей.

Ксения похлопала ресницами над богатством и быстренько все сгребла в карман, даже «спасибо» не сказав. Парнишка вывел ее через черный вход, когда в ночных коридорах наступила пустота, чуть подсвеченная тусклыми лампочками.

— Вот, мой адрес, — он сунул ей бумажку и ключ трясущимися руками от пьянящего чувства, что все удалось. — Жди, утром буду, — чмокнул ее в мягкие губы и подтолкнул к свободе.

Так они и расстались. Студентик, со своими несбыточными мечтами, что придет в тесную однушку, пропахшую жареной картошкой. Будет пить чай с Ксенией за расшатанным столом со сломанной ножкой. Он в торжественной обстановке прочитает любимой свои стихи, которые сочинил специально для нее. После жарких поцелуев, они раскинут скрипучий диван и будут предаваться страстной любви, какая только в кино бывает. Радужные круги идиллии еще долго мелькали перед глазами. До окончания смены.

Ксения, записку и ключ выкинула сразу же за первым углом. В кусты.

Где искать виновницу всех своих бед, Ксюха знала. Успела подслушать тогда, когда еще жила с лысым чурбаном, купаясь во внимании, подарках и обещаниях. Чем больше уходило у Богдана времени на поиски жены, тем сильнее он менялся. Вавилов стал холоден и раздражителен, мог наорать на нее ни с того ни с сего… Тогда и решилась Ксюха уйти красиво, хлопнув… Нет, не дверью. Хлопнув у любовника из сейфа накопления и драгоценности. За его же деньги, наняла бандитов, чтобы устранить несостоявшегося жениха.

Все непосильно нажитое отобрали после задержания менты… Почти. Кое-что удалось припрятать на «черный день». Хватит, чтобы «сглаз» снять и затеряться на необъятных просторах страны.

Третьи сутки Ксения была в проклятом месте, прячась по заброшенным амбарам и на одной из пустующих дач. Глупые люди привыкли прятать ключи под ковриком. Она выжидала, высматривала. Питалась скудно тем, что нашла в домике. Пусть, на зубах скрипят старые макароны, зато никто ее толком не видел и не слышал.

Да. Ксюхина ночная вылазка с поджогом вышла криво. Сама чуть не вспыхнула, плеснув бензина на кроссовок. Обувь скинула, но ожог все равно остался на выпирающей косточке у лодыжки. Белобрысая старперша каким-то чудом выбралась. Живее всех живых, коза старая.

Ксеньке так обидно было, не передать. Лежа в поле, она тихо скулила и вырывала с корнями траву. Самое ужасное, что за этой Дашкой начал ухлестывать видный мужик. Ксюха таких самородков чувствовала издалека. А этот, помимо того, что богат, еще симпатичный и приятный. Выходит, что Ксеня сама ей удружила, освободив от плешивого мужа со скверным характером? Где справедливость?!